Фандом: Сотня. В первой главе все начинается с Мёрфи и инопланетного существа, но чем дальше — тем больше персонажей, приключений и остросюжетки. Таймлайн от первого сезона до пост-третьего. Первая глава — полностью от лица инопланетного существа, вторая — пополам его взгляд и взгляд Мёрфи, далее — Мёрфи, Беллами, Кларк, Вика и остальных.
Добавить в моё избранное
159 мин, 41 сек 19235
Он совсем рехнулся, что полез в это болото?
А кошка продолжала делать вид, что тут ее вообще нет, и она так просто мимо проходила, случайно на дерево вскочила. И вообще уже, похоже, уходить собралась.
Мёрфи мысленно вздохнул, хотя больше хотелось встать и побиться головой о ближайшее дерево, но такой подвиг сейчас ему точно был не под силу. Отлично, кошка есть, выманил, чуть не загнулся, но выманил. Но только он совершено не помнит всего того, что собирался ей сказать. Вернее, помнить-то он помнит. Сложно забыть довольно простую мысль: не обращай внимания на идиота Беллами и прочих идиотов Аркадии и помоги людям с этими станциями. Но только вот в такой форме Тирр его не послушается. А все доводы, убеждения и формулировки словно смыло ночным дождем. Или они в болоте утопились. Вместо самого Мёрфи.
Кошка спрыгнула со сломанного дерева и сделала первый шаг — в противоположную от Мёрфи сторону.
— Тирр, не уходи. Пожалуйста.
Мёрфи раздосадовано скривился: да, очень убедительно вышло, просто зашибись.
Но кошка остановилась. А потом развернулась и подошла к нему. И Мёрфи с чистой совестью провалился то ли в сон, то ли в беспамятство.
Проснувшись ближе к вечеру, Мёрфи с приятным удивлением понял, что чувствует себя на удивление прилично — то ли организм проявлял чудеса выносливости, то ли снова постаралась кошка.
Тирр никуда не ушла, но продолжала упорно отмалчиваться. Но зато хоть Мёрфи смог сказать ей все, что хотел. Он не переоценивал свой дар убеждения, и предпочел бы, чтобы на его месте были Кларк или Эбби с Кейном (Беллами тоже подошел бы, только Мёрфи был небезосновательно уверен, что именно он — последний человек на этой планете, которого станет слушать кошка). Но никого из них тут не наблюдалось, и уговаривать упрямую обиженную инопланетянку приходилось именно ему. И очень неуютно было осознавать, насколько многое зависит от этого разговора. Но, по крайней мере, он старался.
Все это время не подававшая виду, что вообще слушает его, Тирр, неожиданно встала и заявила:
— Хорошо, — и резко взмахнула хвостом.
И Мёрфи словно по голове ударили. Земным глобусом. В самом прямом смысле этого слова. Причем очень подробным и детальным глобусом. С двенадцатью красными точками на нем.
— Что это было?! — Мёрфи рефлекторно схватился за висок, и хотя под пальцами голова была совершенно целой, но ощущения были — как будто туда вогнали раскаленный железный штырь, засадив его до самого основания черепа.
— Язык рурров. Вернее, способ общения. Теперь у тебя есть карта с координатами всех двенадцати станций. А если ковчеговцы хотят большего, то придется платить.
— Чем?
— Беллами.
Мёрфи замер. Что? Зачем? Что она собирается с ним делать? И ведь она же сама его спасла тогда на станции. Правда, по просьбе Мёрфи, но все же. И почему тогда теперь…
— В каком смысле «Беллами»? — осторожно спросил Мёрфи.
Но кошка только недовольно взмахнула хвостом, этим жестом словно отрицая его право на подобную недогадливость.
— Тебе нужен… его труп? — внутренне замирая, уточнил он.
— Нет, — Тирр едва заметно фыркнула. — С этим я и сама справлюсь. Устраивающим меня способом. Так что мне он нужен исключительно живой. Но да, ты прав. Общения со мной Беллами почти наверняка не переживет.
— Тирр…
— Что? — кошка недобро прищурилась.
— Но почему?
— Потому! — отрезала кошка.
— Но на станции ты же сама его спасла!
— Тогда я больше не собиралась помогать вам с радиацией, но кое-кто только что битый час старательно убеждал меня передумать.
— Но какая связь?
— Р-р-р!
Мёрфи понял, что насчет Беллами он сейчас нормального ответа не добьется, и зашел с другой стороны.
— Какие шансы у нас… у Аркадии решить эту проблему без твоей помощи?
Тирр снова фыркнула, теперь вполне явственно и, как показалось Мёрфи, даже с едва заметным одобрением.
— Шансы есть. Если вы вообще успеете найти способ, как отключать станции. Но там слишком высокий уровень радиации, а у вас нет защитных костюмов, способных выдержать и треть настолько интенсивного излучения. И все, кто пойдут на станции — смертники. В зависимости от везения и прочих факторов, в процессе погибнет от полусотни до нескольких сотен человек. Ковчеговцев. Способ отключения слишком сложен и вариативен. Аборигенов вы не сможете использовать, даже если попытаетесь обучить — не успеете.
Мёрфи молчал. Он не сомневался, что кошка говорит правду. И где-то это было даже не настолько плохо, как он опасался. Ситуация не безнадежна. У них все может получиться и без кошки. Они могут спасти Землю. Если очень повезет, всего лишь ценой пятидесяти жизней — почти мелочь на фоне того, сколько уже погибло в борьбе за их выживание. Но кем будут эти пятьдесят? Прежде всего техники, инженеры, добровольцы…
А кошка продолжала делать вид, что тут ее вообще нет, и она так просто мимо проходила, случайно на дерево вскочила. И вообще уже, похоже, уходить собралась.
Мёрфи мысленно вздохнул, хотя больше хотелось встать и побиться головой о ближайшее дерево, но такой подвиг сейчас ему точно был не под силу. Отлично, кошка есть, выманил, чуть не загнулся, но выманил. Но только он совершено не помнит всего того, что собирался ей сказать. Вернее, помнить-то он помнит. Сложно забыть довольно простую мысль: не обращай внимания на идиота Беллами и прочих идиотов Аркадии и помоги людям с этими станциями. Но только вот в такой форме Тирр его не послушается. А все доводы, убеждения и формулировки словно смыло ночным дождем. Или они в болоте утопились. Вместо самого Мёрфи.
Кошка спрыгнула со сломанного дерева и сделала первый шаг — в противоположную от Мёрфи сторону.
— Тирр, не уходи. Пожалуйста.
Мёрфи раздосадовано скривился: да, очень убедительно вышло, просто зашибись.
Но кошка остановилась. А потом развернулась и подошла к нему. И Мёрфи с чистой совестью провалился то ли в сон, то ли в беспамятство.
Проснувшись ближе к вечеру, Мёрфи с приятным удивлением понял, что чувствует себя на удивление прилично — то ли организм проявлял чудеса выносливости, то ли снова постаралась кошка.
Тирр никуда не ушла, но продолжала упорно отмалчиваться. Но зато хоть Мёрфи смог сказать ей все, что хотел. Он не переоценивал свой дар убеждения, и предпочел бы, чтобы на его месте были Кларк или Эбби с Кейном (Беллами тоже подошел бы, только Мёрфи был небезосновательно уверен, что именно он — последний человек на этой планете, которого станет слушать кошка). Но никого из них тут не наблюдалось, и уговаривать упрямую обиженную инопланетянку приходилось именно ему. И очень неуютно было осознавать, насколько многое зависит от этого разговора. Но, по крайней мере, он старался.
Все это время не подававшая виду, что вообще слушает его, Тирр, неожиданно встала и заявила:
— Хорошо, — и резко взмахнула хвостом.
И Мёрфи словно по голове ударили. Земным глобусом. В самом прямом смысле этого слова. Причем очень подробным и детальным глобусом. С двенадцатью красными точками на нем.
— Что это было?! — Мёрфи рефлекторно схватился за висок, и хотя под пальцами голова была совершенно целой, но ощущения были — как будто туда вогнали раскаленный железный штырь, засадив его до самого основания черепа.
— Язык рурров. Вернее, способ общения. Теперь у тебя есть карта с координатами всех двенадцати станций. А если ковчеговцы хотят большего, то придется платить.
— Чем?
— Беллами.
Мёрфи замер. Что? Зачем? Что она собирается с ним делать? И ведь она же сама его спасла тогда на станции. Правда, по просьбе Мёрфи, но все же. И почему тогда теперь…
— В каком смысле «Беллами»? — осторожно спросил Мёрфи.
Но кошка только недовольно взмахнула хвостом, этим жестом словно отрицая его право на подобную недогадливость.
— Тебе нужен… его труп? — внутренне замирая, уточнил он.
— Нет, — Тирр едва заметно фыркнула. — С этим я и сама справлюсь. Устраивающим меня способом. Так что мне он нужен исключительно живой. Но да, ты прав. Общения со мной Беллами почти наверняка не переживет.
— Тирр…
— Что? — кошка недобро прищурилась.
— Но почему?
— Потому! — отрезала кошка.
— Но на станции ты же сама его спасла!
— Тогда я больше не собиралась помогать вам с радиацией, но кое-кто только что битый час старательно убеждал меня передумать.
— Но какая связь?
— Р-р-р!
Мёрфи понял, что насчет Беллами он сейчас нормального ответа не добьется, и зашел с другой стороны.
— Какие шансы у нас… у Аркадии решить эту проблему без твоей помощи?
Тирр снова фыркнула, теперь вполне явственно и, как показалось Мёрфи, даже с едва заметным одобрением.
— Шансы есть. Если вы вообще успеете найти способ, как отключать станции. Но там слишком высокий уровень радиации, а у вас нет защитных костюмов, способных выдержать и треть настолько интенсивного излучения. И все, кто пойдут на станции — смертники. В зависимости от везения и прочих факторов, в процессе погибнет от полусотни до нескольких сотен человек. Ковчеговцев. Способ отключения слишком сложен и вариативен. Аборигенов вы не сможете использовать, даже если попытаетесь обучить — не успеете.
Мёрфи молчал. Он не сомневался, что кошка говорит правду. И где-то это было даже не настолько плохо, как он опасался. Ситуация не безнадежна. У них все может получиться и без кошки. Они могут спасти Землю. Если очень повезет, всего лишь ценой пятидесяти жизней — почти мелочь на фоне того, сколько уже погибло в борьбе за их выживание. Но кем будут эти пятьдесят? Прежде всего техники, инженеры, добровольцы…
Страница 33 из 44
