Серый туман

— В этой стране возможно всё, — ответила Стелла, быстро взмахнув волшебной палочкой, которую до этого вертела в пальцах. — И потом, я бы не сказала, что вы всё ещё враги.

— А кто?

— Вы — люди, которым нужна помощь.

— Вот как? — удивился Лон-Гор. — Что, все триста восемьдесят?

— Лично я исключений делать не намерена, — ответила Стелла. — Мы с вами очень вовремя догадались, что в беду попали все. А вы намерены?

— Нет… Но некоторым из нас, наверное, очень трудно будет помочь.

— Тем, кто мучил арзаков сознательно? — догадалась фея. — Я сочувствую и тем, и другим, и мне страшно представить ту пустоту, что засела в душах мучителей. Но всё поправимо, кроме смерти… Вы носите с собой изумруд?

Вопрос был несколько неожиданным, но Лон-Гор коснулся нагрудного кармана, чтобы проверить, не потерял ли камушек.

— Да, ношу.

— А что вы думаете о том, что гипноз перестал действовать?

— Возможно, это влияние вашей страны. Местная магия вытесняет пришлую, а что?

— И изумруды носят все в лагере? И Риган тоже?

— Почему вы спрашиваете? Вы хотите сказать, что…

— Нет, пока что я, как и Урфин, ничего не хочу сказать, — прервала Стелла. — Просто даю наметки к новой теории.

— Но нам же нужен эксперимент! — вскинулся Лон-Гор и тут же сник: единственный, над кем его можно было провести, спал в карантинной палате под ударной дозой снотворного. — Изумруд у арзака и у менвита, изумруд только у кого-то одного по очереди, оба без изумруда. Я бы ещё предложил дважды слепой метод с одинаковыми… ёмкостями, куда можно положить изумруд и обычный камушек — под номерами, чтобы только потом выяснить, какой результат чему соответствует…

Стелла слушала его очень внимательно.

— Науку я отдаю на откуп вам, — сказала она, — и оставляю за собой магию. Почти всю.

— Энни же говорила присматриваться к камушкам! — вспомнил Лон-Гор. — А я не понял.

Засмеявшись, Стелла закрыла лицо рукой.

— Она имела в виду вовсе не это, а гномов.

— Кого?

Стелла рассказала про племя крохотных человечков, которые маскировались под камни под ногами.

— Это и есть ещё одни ваши лазутчики? Кроме птиц? И сколько у вас ещё чудес?

— Я и сама не знаю все. А на Рамерии есть чудеса?Стелла подобрала край платья и прищурилась на восходящее над горами солнце. Рассвет не радовал, напротив, она тревожилась с тех самых пор, как час назад увидела у периметра лагеря рыжее пятно леса.

— Оно было меньше, — озадаченно сказал Урфин, который провожал её. — А вот карта, на ней отмечено, куда тянутся эти полосы.

Стелла взяла карту с собой. На ней жёлтые линии пересекали всю страну, хаотично метались туда-сюда и добирались даже до Фиолетовой страны. Их цвет намекал на колдовство Виллины, но она бы не стала устраивать осень. Зачем идти против воли Гуррикапа? Не они создавали эту страну, не им и разрушать.

Разрушать — какое страшное слово!

Колдовство же Арахны давно рассеялось, и не стоило о нём и вспоминать.

— И ещё мне кажется, что некоторые птицы перестали разговаривать, — добавил Урфин. На его плече сидел верный Гуамоко, который изредка поддакивал.

— Я это проверю, — пообещал он. — Но прежде нужно отнести всем арзакам изумруды — вот это работа! Пожалуй, обращусь к своим родичам из леса, больно тяжёлые выходят свёртки.

Стелле происходящее нравилось всё меньше и меньше, и прямо из окрестностей Ранавира она направилась в долину Марранов.

Её немедля провели в жилище князя и княгини, но и в доме, согретом теплом очага, Стелла всё равно чувствовала дрожь.

— Приветствую тебя, княгиня, — сказала она.

Юма в окружении нескольких девушек сидела на шкурах у очага, и одна из приближённых занималась её туалетом, вплетая княгине в волосы перья и бусины.

— Здравствуй, уважаемая Стелла, — по-простому приветствовала её Юма и велела принести шкуры и подушки. Стелла села по другую сторону очага, отметив любимый цвет подушек: их наверняка выменяли в Розовой стране. — Что привело тебя сюда?

— Я хотела бы поговорить с тобой и князем Тормом о деле, которое не терпит отлагательств, — ответила Стелла. Юма не была ей близкой подругой, но одна правительница понимала другую, несмотря на то, что лично они встречались только несколько раз.

— Если фея Стелла не прислала гонцов, а пришла сама, то это действительно очень важно, — вслух рассудила Юма. — Но мой муж сейчас ушёл на другой конец долины бить и солить уток, так что ты можешь говорить со мной. Если потребуется принять решение сообща, мы пошлём за Тормом быстроногую Нони, а если дело можно решить и так, просто передадим ему наш разговор. Что случилось?

Юма спрашивала из вежливости, она не могла не знать о происшествии.