Фандом: Гарри Поттер. Когда просыпаешься после лучшего секса в твоей жизни и не очень понимаешь, что тебе с этим делать…
Добавить в моё избранное
3 мин, 53 сек 15067
В чужих постелях он просыпался очень редко — по пальцам одной руки пересчитать. Как-то не сложилось у него с чужими постелями. Эта была, пожалуй, даже удобнее, чем его собственная, по крайней мере, шире и мягче. Он прислушался, не открывая глаз: в комнате явно никого, кроме него, не было, зато откуда-то доносилось осторожное позвякивание и едва слышный шум воды. Пахло… Чем может пахнуть в комнате, где двое мужчин занимались сексом полночи? Вот этим и пахло. Снейп глубоко вдохнул, задержал дыхание, открыл глаза и сел, спустив голые ноги на пол. На полу оказался пушистый ковер — когда Поттер успел стать сибаритом?
Поттер. Поттер… Он переспал с Поттером. Он переспал. С Поттером. Вот в этой самой комнате, в этой самой постели. Он. Переспал. С Поттером! От повторения про себя и вполголоса вслух ситуация не стала более приемлемой. Он пере… Снейп негромко выругался. Когда, в какой момент вчерашнего министерского приема, с какого перепугу кто-то из них двоих решил, что «к тебе или ко мне» будет логичным завершением вечера? Он потер виски, пытаясь вспомнить: кто начал разговор? Кто постепенно сокращал дистанцию — взглядами, едва заметными улыбками, двусмысленными намеками, мимолетными прикосновениями? Кто предложил — давай? К тебе или ко мне? Он или… Поттер? Если бы он вчера напился, его состояние можно было бы списать на похмелье, но кто же напивается в Министерстве? Так что если это и было похмельем, то скорее моральным. Дьявол!
Самым разумным было бы аппарировать отсюда к чертям. Правда, для этого нужно как-то найти в куче сваленного на полу барахла собственные трусы — аппарировать без трусов в сорок с лишним по меньшей мере несолидно. И холодно.
— Акцио, трусы Северуса Снейпа!
Натягивать мятую рубашку и чем-то заляпанные брюки откровенно не хотелось, как и думать о том, чем именно они заляпаны. Альтернативой была заботливо оставленная на стуле поттеровская футболка с непонятным желтым ушастым вроде как зверем, восторженное идиотство на лице которого чем-то напоминало самого Поттера — так что Снейп просто накинул мантию, поплотнее запахнул ее и отправился на поиски. Аппарировать не попрощавшись было бы трусостью.
Хорошо, что Поттер все-таки не поселился в проклятом доме на Гриммо…
— Чай или кофе? Или тыквенный сок? — Поттер обернулся, видимо, услышав его шаги. На нем были мешковатые серые штаны и футболка с еще одним непонятным существом, очевидно, родственником первого — что-то типа безухого плохо нарисованного дракона с огнем на конце хвоста. Аллегория на самого Поттера, иначе не скажешь. Снейп в мантии на голое тело почувствовал себя неловко, пришлось сесть и положить локти на стол.
— Я… хм… понятия не имею, что ты предпочитаешь на завтрак, — дурацкий дракон нагло улыбался, а Поттер, кажется, нервничал, и это успокаивало. — Я вообще не очень знаю, что ты предпочитаешь… Ну, кроме…
В голове некстати замелькали обрывки прошедшей ночи. И без легилименции понятно было, что в голове у Поттера они замелькали тоже — или другие, но похожие. Но почему именно Поттер? Почему именно с Поттером все было… вот так? Прогнав смутные воспоминания о пальцах, зарывавшихся в волосы, оттягивающих голову, чтобы губы могли прикоснуться к шее, Снейп чуть более торопливо, чем собирался, ответил:
— Кофе. Черный, без сахара, — пришлось глубоко вздохнуть, чтобы взять себя в руки. К счастью, занятый кофе Поттер ничего не заметил.
О чем говорят люди, протрахавшиеся почти всю ночь напролет? Снейп не знал. Поттер, судя по всему, не знал тоже. Но почему Поттер? Почему из всех людей в мире — Поттер? И почему с Поттером было так хорошо?
— Я… — Поттер опустился на самый дальний от Снейпа стул, обхватил кружку с очередной нелепой зверюшкой обеими руками. — Я просто хотел сказать, ну… Это было очень здорово. Сегодня ночью. С тобой.
— Рад слышать.
Снейп покосился на собственную кружку — к счастью, на ней не было никаких картинок. «Здорово» оказалось очевидным преуменьшением, это был лучший секс в его жизни. С Поттером. Черт.
— Это был лучший секс в моей жизни, знаешь, — эхом отозвался Поттер. — Не то чтобы я часто… ну, ты понимаешь? Но с тобой…
— Поттер.
Снейп должен был что-то сказать — что-то такое, что вернуло бы их на свои места, стерло из прошлого ночь, в которой голый Поттер стонал и выгибался, нависая над ним… Но нужных слов почему-то не находилось.
— Мне пора, — он отставил наполовину полную чашку и поднялся, тщательно следя за тем, чтобы полы мантии не разошлись. — Это было… да. Я пришлю тебе сову.
Поттер догнал его у двери, притиснул к стене, навалился сверху. От него исходили волны злости и неловкого, рвущегося наружу желания, на которые тело Снейпа отреагировало совершенно возмутительным образом. Недопустимо. Невозможно. Неизбежно…
— Сову? — срывающимся голосом повторил Поттер. — Сказал бы я, куда тебе эту сову засунуть… Ты…
Поттер. Поттер… Он переспал с Поттером. Он переспал. С Поттером. Вот в этой самой комнате, в этой самой постели. Он. Переспал. С Поттером! От повторения про себя и вполголоса вслух ситуация не стала более приемлемой. Он пере… Снейп негромко выругался. Когда, в какой момент вчерашнего министерского приема, с какого перепугу кто-то из них двоих решил, что «к тебе или ко мне» будет логичным завершением вечера? Он потер виски, пытаясь вспомнить: кто начал разговор? Кто постепенно сокращал дистанцию — взглядами, едва заметными улыбками, двусмысленными намеками, мимолетными прикосновениями? Кто предложил — давай? К тебе или ко мне? Он или… Поттер? Если бы он вчера напился, его состояние можно было бы списать на похмелье, но кто же напивается в Министерстве? Так что если это и было похмельем, то скорее моральным. Дьявол!
Самым разумным было бы аппарировать отсюда к чертям. Правда, для этого нужно как-то найти в куче сваленного на полу барахла собственные трусы — аппарировать без трусов в сорок с лишним по меньшей мере несолидно. И холодно.
— Акцио, трусы Северуса Снейпа!
Натягивать мятую рубашку и чем-то заляпанные брюки откровенно не хотелось, как и думать о том, чем именно они заляпаны. Альтернативой была заботливо оставленная на стуле поттеровская футболка с непонятным желтым ушастым вроде как зверем, восторженное идиотство на лице которого чем-то напоминало самого Поттера — так что Снейп просто накинул мантию, поплотнее запахнул ее и отправился на поиски. Аппарировать не попрощавшись было бы трусостью.
Хорошо, что Поттер все-таки не поселился в проклятом доме на Гриммо…
— Чай или кофе? Или тыквенный сок? — Поттер обернулся, видимо, услышав его шаги. На нем были мешковатые серые штаны и футболка с еще одним непонятным существом, очевидно, родственником первого — что-то типа безухого плохо нарисованного дракона с огнем на конце хвоста. Аллегория на самого Поттера, иначе не скажешь. Снейп в мантии на голое тело почувствовал себя неловко, пришлось сесть и положить локти на стол.
— Я… хм… понятия не имею, что ты предпочитаешь на завтрак, — дурацкий дракон нагло улыбался, а Поттер, кажется, нервничал, и это успокаивало. — Я вообще не очень знаю, что ты предпочитаешь… Ну, кроме…
В голове некстати замелькали обрывки прошедшей ночи. И без легилименции понятно было, что в голове у Поттера они замелькали тоже — или другие, но похожие. Но почему именно Поттер? Почему именно с Поттером все было… вот так? Прогнав смутные воспоминания о пальцах, зарывавшихся в волосы, оттягивающих голову, чтобы губы могли прикоснуться к шее, Снейп чуть более торопливо, чем собирался, ответил:
— Кофе. Черный, без сахара, — пришлось глубоко вздохнуть, чтобы взять себя в руки. К счастью, занятый кофе Поттер ничего не заметил.
О чем говорят люди, протрахавшиеся почти всю ночь напролет? Снейп не знал. Поттер, судя по всему, не знал тоже. Но почему Поттер? Почему из всех людей в мире — Поттер? И почему с Поттером было так хорошо?
— Я… — Поттер опустился на самый дальний от Снейпа стул, обхватил кружку с очередной нелепой зверюшкой обеими руками. — Я просто хотел сказать, ну… Это было очень здорово. Сегодня ночью. С тобой.
— Рад слышать.
Снейп покосился на собственную кружку — к счастью, на ней не было никаких картинок. «Здорово» оказалось очевидным преуменьшением, это был лучший секс в его жизни. С Поттером. Черт.
— Это был лучший секс в моей жизни, знаешь, — эхом отозвался Поттер. — Не то чтобы я часто… ну, ты понимаешь? Но с тобой…
— Поттер.
Снейп должен был что-то сказать — что-то такое, что вернуло бы их на свои места, стерло из прошлого ночь, в которой голый Поттер стонал и выгибался, нависая над ним… Но нужных слов почему-то не находилось.
— Мне пора, — он отставил наполовину полную чашку и поднялся, тщательно следя за тем, чтобы полы мантии не разошлись. — Это было… да. Я пришлю тебе сову.
Поттер догнал его у двери, притиснул к стене, навалился сверху. От него исходили волны злости и неловкого, рвущегося наружу желания, на которые тело Снейпа отреагировало совершенно возмутительным образом. Недопустимо. Невозможно. Неизбежно…
— Сову? — срывающимся голосом повторил Поттер. — Сказал бы я, куда тебе эту сову засунуть… Ты…
Страница 1 из 2
