Фандом: Гарри Поттер. Очередной стёб: мальчики — налево, девочки…
Добавить в моё избранное
6 мин, 53 сек 1720
— возмутилась младшая Уизли, но взгляд её говорил об обратном.
— Так это ж по канону! Пошли!
— Ну, я не знаю…
— Там будет Панси, — вилась вокруг подруги самая умная ученица Хогвартса, словно змей-искуситель.
У Джиневры загорелись глаза. Она-то знала, что Панси и Герми самые развратные девчонки школе. А Гермиона так изменилась за это лето… В очередной раз.
— Ладно! — согласилась она. — Только метлу отнесу в башню.
— Ни в коем случае! — возмутилась Гермиона. — Метлу обязательно надо взять с собой!
Лаванда Браун расстроено вздыхала, глядя, как во рту её благоверного исчезает уже шестая порция картофеля с мясом. Лав-Лав каждый день ждала того момента, когда Рональд станет круглым, как бладжер, и застрянет в дверях Большого Зала. Тогда она сможет с лёгкой душой его бросить и вернуться к Парвати. Вспоминая, как им раньше было весело вдвоём, и какие у Патил быстрые пальчики, Лаванда смахнула одинокую слезинку и продолжила наблюдать, как Рон с лицом Эйнштейна поглощает третью порцию пудинга.
Парвати не обращала внимания на стенания своей подруги. Она давно простила её за то, что Лаванда переметнулась во вражеский лагерь, и даже была несколько благодарна. Она вообще много кому была благодарна. Например, Гарри Поттеру, из-за которого она разочаровалась в мужчинах ещё на четвёртом курсе. Или своей сестре, которая познакомила её с таким большим количеством когтевранских девочек. Ну, и когтевранским девочкам, конечно — не зря же они такие умные и начитанные!
Она была благодарна даже мадам Пинс — за то, что в библиотеке есть такие книги.
Луна Лавгуд, одна из тех умных когтевранских девочек, бродила где-то в коридорах Хогвартса с мечтательным лицом. Ей было абсолютно всё равно, что происходит вокруг. Все эти сексуальные настроения её никак не касались. У Луны были интересы поважнее — нарглы, мозгошмыги и морщерогие кизляки. Вот что было действительно интересно и захватывающе!
Глядя на окружающих людей, Луна всё больше уверялась в их ненормальности. К сожалению, девочка нашла лишь Плаксу Миртл, которая орошала восточное крыло замка своими слезами.
«Бедная!» — подумала Лавгуд, сбегая в противоположное крыло с мыслями, что привидение распугало всех морщерогих кизляков.
Плакса Миртл страдала от одиночества. Страдала оттого, что в школе чародейства и волшебства было мало призраков женского пола, а те немногие, которые всё-таки имелись, не обращали на неё ни капли внимания. И оттого, что живые тоже старались не попадаться ей на глаза, заходя в туалет Миртл только для того, чтобы сварить зелье или что-нибудь выкинуть.
В общем, Плакса Миртл мучалась из-за того, что даже после её смерти ничего не изменилось.
Нимфадора Тонкс грубо отмахивалась от сослуживцев. Уж она-то разделяла мысли Хогвартского приведения! Ну что за вечная проблема — ни на работе нет сладеньких девочек, ни в Ордене! Прямо дефицит какой-то! Если бы она знала, что у Пожирателей с этим дела обстоят лучше, то переметнулась бы на их сторону. Но там, кажется, тоже было не с кем позажигать, кроме любимых тетушек. Жалко.
Придется ждать каникул, когда приедут Гермиона с Джинни. А Гермиона-то так изменилась за лето…
Вальбурга Блэк и её сын истерично ругались, выдвигая друг другу взаимные условия. Сын уже несколько лет предлагал ей заткнуться и клялся сжечь её портрет к Салазаровой бабушке. Вальбурга отвечала, что заткнётся, но только если Сириус повесит у них дома портрет Друэллы, чтобы почтенная дама могла ходить к ней в гости. Сириус отвечал, что он скорее повесится сам, чем совершит такой опрометчивый поступок, на что Вальбурга хохотала и верещала, что может легко это устроить, тем более, что сие избавит её дом от мерзких грязнокровок и магловских выродков.
В итоге, они нашли компромисс: Сириус повесит пустой портрет, который Вальбурга сможет посещать, в гостевой спальне, где летом безобразничали девчонки…
Метла Джинни Уизли думала о том, что после всего, что с ней сделали сёстры Гринграсс, а также Грейнджер и Паркинсон, она никогда больше не сможет взлететь. Метла хотела, чтобы её разобрали по прутикам, распилили черенок на много-много частей и закопали в самом дальнем уголке Запретного Леса. А еще лучше — чтоб сожгли!
Беллатрикс Лестрейндж упорно делала вид, что не замечает нервного тика своей сестры. Нарцисса, отчаявшись привлечь внимание Беллы, зашипела что-то на весь зал, отчего любимый Тёмный Лорд стал кидать на Цисси заинтересованные взгляды. В его похожую на напудренный бильярдный шар голову пришла мысль о том, что блондиночка ничего — вон она как умеет. Даже её ненаглядный муженек так не радовал своего господина. А что, если…
Белла глухо зарычала сквозь крепко стиснутые зубы.
Ну почему Нарцисса всегда все портит?!
— Так это ж по канону! Пошли!
— Ну, я не знаю…
— Там будет Панси, — вилась вокруг подруги самая умная ученица Хогвартса, словно змей-искуситель.
У Джиневры загорелись глаза. Она-то знала, что Панси и Герми самые развратные девчонки школе. А Гермиона так изменилась за это лето… В очередной раз.
— Ладно! — согласилась она. — Только метлу отнесу в башню.
— Ни в коем случае! — возмутилась Гермиона. — Метлу обязательно надо взять с собой!
Лаванда Браун расстроено вздыхала, глядя, как во рту её благоверного исчезает уже шестая порция картофеля с мясом. Лав-Лав каждый день ждала того момента, когда Рональд станет круглым, как бладжер, и застрянет в дверях Большого Зала. Тогда она сможет с лёгкой душой его бросить и вернуться к Парвати. Вспоминая, как им раньше было весело вдвоём, и какие у Патил быстрые пальчики, Лаванда смахнула одинокую слезинку и продолжила наблюдать, как Рон с лицом Эйнштейна поглощает третью порцию пудинга.
Парвати не обращала внимания на стенания своей подруги. Она давно простила её за то, что Лаванда переметнулась во вражеский лагерь, и даже была несколько благодарна. Она вообще много кому была благодарна. Например, Гарри Поттеру, из-за которого она разочаровалась в мужчинах ещё на четвёртом курсе. Или своей сестре, которая познакомила её с таким большим количеством когтевранских девочек. Ну, и когтевранским девочкам, конечно — не зря же они такие умные и начитанные!
Она была благодарна даже мадам Пинс — за то, что в библиотеке есть такие книги.
Луна Лавгуд, одна из тех умных когтевранских девочек, бродила где-то в коридорах Хогвартса с мечтательным лицом. Ей было абсолютно всё равно, что происходит вокруг. Все эти сексуальные настроения её никак не касались. У Луны были интересы поважнее — нарглы, мозгошмыги и морщерогие кизляки. Вот что было действительно интересно и захватывающе!
Глядя на окружающих людей, Луна всё больше уверялась в их ненормальности. К сожалению, девочка нашла лишь Плаксу Миртл, которая орошала восточное крыло замка своими слезами.
«Бедная!» — подумала Лавгуд, сбегая в противоположное крыло с мыслями, что привидение распугало всех морщерогих кизляков.
Плакса Миртл страдала от одиночества. Страдала оттого, что в школе чародейства и волшебства было мало призраков женского пола, а те немногие, которые всё-таки имелись, не обращали на неё ни капли внимания. И оттого, что живые тоже старались не попадаться ей на глаза, заходя в туалет Миртл только для того, чтобы сварить зелье или что-нибудь выкинуть.
В общем, Плакса Миртл мучалась из-за того, что даже после её смерти ничего не изменилось.
Нимфадора Тонкс грубо отмахивалась от сослуживцев. Уж она-то разделяла мысли Хогвартского приведения! Ну что за вечная проблема — ни на работе нет сладеньких девочек, ни в Ордене! Прямо дефицит какой-то! Если бы она знала, что у Пожирателей с этим дела обстоят лучше, то переметнулась бы на их сторону. Но там, кажется, тоже было не с кем позажигать, кроме любимых тетушек. Жалко.
Придется ждать каникул, когда приедут Гермиона с Джинни. А Гермиона-то так изменилась за лето…
Вальбурга Блэк и её сын истерично ругались, выдвигая друг другу взаимные условия. Сын уже несколько лет предлагал ей заткнуться и клялся сжечь её портрет к Салазаровой бабушке. Вальбурга отвечала, что заткнётся, но только если Сириус повесит у них дома портрет Друэллы, чтобы почтенная дама могла ходить к ней в гости. Сириус отвечал, что он скорее повесится сам, чем совершит такой опрометчивый поступок, на что Вальбурга хохотала и верещала, что может легко это устроить, тем более, что сие избавит её дом от мерзких грязнокровок и магловских выродков.
В итоге, они нашли компромисс: Сириус повесит пустой портрет, который Вальбурга сможет посещать, в гостевой спальне, где летом безобразничали девчонки…
Метла Джинни Уизли думала о том, что после всего, что с ней сделали сёстры Гринграсс, а также Грейнджер и Паркинсон, она никогда больше не сможет взлететь. Метла хотела, чтобы её разобрали по прутикам, распилили черенок на много-много частей и закопали в самом дальнем уголке Запретного Леса. А еще лучше — чтоб сожгли!
Беллатрикс Лестрейндж упорно делала вид, что не замечает нервного тика своей сестры. Нарцисса, отчаявшись привлечь внимание Беллы, зашипела что-то на весь зал, отчего любимый Тёмный Лорд стал кидать на Цисси заинтересованные взгляды. В его похожую на напудренный бильярдный шар голову пришла мысль о том, что блондиночка ничего — вон она как умеет. Даже её ненаглядный муженек так не радовал своего господина. А что, если…
Белла глухо зарычала сквозь крепко стиснутые зубы.
Ну почему Нарцисса всегда все портит?!
Страница 2 из 2
