Карта для путешественника

По определенным причинам пока что нужно, чтобы он работал вне аврората, как и ты, собственно, поэтому я и хотел тебя спросить, нельзя ли занять под лабораторию одно из помещений в твоем доме на Гриммо. Помнится, там даже была лаборатория, только заброшенная.

Гарри распахнул глаза.

— Конечно, — воскликнул он. — И жить он тоже может у меня! — И добавил, встретив внимательный взгляд Снейпа: — Так же проще.

— Конечно, так проще! — обрадовался Кингсли.

— Кинг, — сказал Снейп, и что-то в его тоне Гарри очень не понравилось, — ты иди в трактир, а я разберусь с мистером Поттером и тебя догоню.

— Гарри, ты в…

— Ты иди, иди, — перебил его Снейп. — Я скоро буду.

Взгляд его, брошенный на Гарри, не предвещал ничего хорошего.

— Ну ладно, — вздохнул Кингсли, отходя к окну. — Ты и Гарри бери тогда с собой, его надо накормить. Запечатайте тогда здесь все.

Гарри проводил взглядом его широкую спину. Потом с вызовом посмотрел на Снейпа. В конце концов, если Снейп собирается работать у него на Гриммо, черта с два он, Гарри, будет выслушивать нотации. Детское время кончилось, он взрослый человек и имеет право делать со своей жизнью все, что хочет.

— У меня все было под контролем! — сказал он.

Снейп молча сверлил его взглядом.

— Сюда бы никто не сунулся до утра. Я взял кальян, а не трубку, значит, риска пожара не было.

— У вас все под контролем, — обманчиво мягко согласился Снейп. — А еще вам, конечно, в голову не пришло взять под этот самый контроль такие факторы, как стресс и вторую за день дозу.

— И что? — воскликнул Гарри. — Пусть сегодня мне было бы хреново, но я завтра же начал бы курс лечения. Я думал, что вы умерли. Как вы думаете, куда я еще мог с этим пойти?! Может быть, мне надо было пойти к Джинни: «Ты знаешь, дорогая, я тут, на минуточку, влюблен в Снейпа, но он умер»…

Он осекся, но конечно же, было уже поздно. Впрочем, наверное, это стоило сказать хотя бы ради редкого зрелища удивления Снейпа. Тот приоткрыл рот, словно силился что-то сказать, потом закрыл его. Несколько минут они с Гарри таращились друг на друга.

Потом Гарри рассмеялся:

— Что, еще не отпала охота читать мне мораль?

У Снейпа ноздри раздулись от ярости:

— Если вы решили шутить со мной, Поттер!

— Нет, нет, — Гарри поднял руки вверх в примиряющем жесте. Это было так удивительно — то, что он почувствовал. Снейп был в ярости, Снейп был совершенно прежним, но Гарри чувствовал только любовь. Снейп при всем желании не мог навредить ему сейчас.

«Это моя игра и мои правила», — вспомнилось вдруг. Гарри на секунду сделалось страшно, что он опять спит, и он протянул руку и вцепился в руку Снейпа. Снейп, по всем его правилам, наверное, должен был отцепить ее, оттолкнуть, но он только смотрел на Гарри, как будто видел его в первый раз.

— Но почему вы решили, что я умер? — наконец спросил он.

— Наверное, проще показать, — ухмыльнулся Гарри. Он знал, что это может уничтожить все, что у Снейпа еще оставалось к нему, любые зачатки доброго отношения, что, возможно, Снейп будет насмехаться над ним вновь и вновь, где бы они ни встретились, но Гарри чувствовал себя невероятно, невыносимо свободным.

Моя игра — мои правила. Никто не может мне навредить.

— Давайте, — подначил Гарри. — Вы же хотели посмотреть.

Он отпустил руку Снейпа, и, устроившись поудобнее, открыл разум. Последний визит к Снейпу в Мунго и четыре встречи, одну за другой, и сегодняшнюю прогулку к камням. Снейп действовал довольно бесцеремонно, быстро оставлял одно воспоминание, переходил к другому, потом снова возвращался к прежнему. Наконец он опустил палочку. Гарри выдохнул, ожидая реакции. Вся его бравада сдулась в один миг, он почувствовал себя беспомощным и жалким.

Снейп молчал. Несколько минут молчал и отводил взгляд, который так нужен был сейчас Гарри. Потом наконец заговорил:

— В мрачности Кингсли, пожалуй, была моя вина. Он надеялся, что я успею создать антидот к антидоту, но, поскольку я пришел в себя лишь десять дней назад, мое здоровье было еще слишком слабым, я при всем желании не мог проводить долгие часы у котла и не уложился в срок.

Это признание потрясло Гарри, наверное, не меньше, чем сам тот факт, что Снейп был жив. Снейп признавался в слабости и тем самым равнял его с собой!

— Сметвик, безусловно, ошибся и ввел в заблуждение вас, — продолжил, между тем, Снейп. — Я вовсе не собирался блуждать где-то разумом, уверяю вас. Из-за яда мой организм очень ослаб, и ему требовалось очиститься и набрать силу. Сметвик, который не слишком силен в легиллименции, попытался проникнуть в мой разум, но я встретил его окклюменционными барьерами, из-за чего, вероятно, он и сделал эти потрясающие своим идиотизмом выводы.

— Понятно.