Фандом: Гарри Поттер. С Тайной Комнатой и Философским Камнем разобрались? Отлично. На очереди — Узник Азкабана! Но почему он должен быть одиноким и печальным, бедняжка? Пусть будут два Узника… три Узника… лучше бы, конечно, пять Узников!
Добавить в моё избранное
134 мин, 14 сек 19026
Гарри тоже уже узнал его. И это был не Сириус Блэк. Перед Гарри стояла мадам Хуч.
— Здравствуйте, профессор, — вежливо сказал Гарри.
Профессора его кротость не смягчила.
— Снейп! Так и знал, что это будешь ты! Ну почему тебе везде надо сунуть свой нос?! — проревела профессорша басом.
Вот тогда Гарри всё и надоело. Он наставил палочку на Хуч и сказал:
— Игра окончена, профессор Поттер.
— Я так и знал что ты всё испортишь! Весь в папашу, он тоже вечно вынюхивал и выслеживал! Жить людям не давал! — ответил профессор. — Ну почему тебе больше всех надо?!
— Вы не поверите, сэр, но я здесь не против вас. Я здесь за тем же, за чем и вы: прячусь от дементоров, — примирительно заметил мальчик.
— Вот так я и поверил. Да вы всей компанией ходите за нами по следам, все наши ходы облазили! Бродяга давно вас вынюхал! «Прячусь»! Вшестером! Будешь отрицать, что вас было шестеро?
— Увы, но буду. Я здесь один. Можете проверить хоть на сыворотке правды, — сказал Гарри.
— Что я буду проверять — как будто я не знаю, с кем ты водишься с первого класса! Малфой, Нотт, Кребб, Гойл… Пожиратели смерти! Не возражай, я знаю, что они здесь с тобой были! — упорствовал тренер. — Весь в папашу, слизеринца… Точно… Он тоже всегда шлялся с этой компанией. Кто бы мог подумать, что сын Лили Эванс будет дружить с этой шпаной! Гриффиндорец. Да ты гриффиндорец только по названию! Позорище…
— Эта шпана уже три года помогает мне бороться против Сами-Знаете-Кого, — спокойно сказал Гарри.
— Угу… А еще она спит и видит, как бы вернуть меня в Азкабан! Малфой умрет от счастья… Вот и тебя успели завербовать… Да тебя и завербовывать не надо, ты сам в первых рядах стараться будешь… Не возражать! — рыкнула Хуч. — Я помню твою довольную рожу, когда меня арестовывали. Думаешь, я не заметил?
— А какого чертова тролля вы вообще в этом году вернулись в Хогвартс, сэр? Вот это был полный идиотизм! — не выдержал Гарри.
Грудь мадам Хуч бурно вздымалась от гнева.
— Да как ты обращаешься к преподавателю! «Чертова тролля»! Ты ничего не понимаешь, это был великолепный план. Сам Дамблдор его придумал. Не тебе судить… И у нас бы всё удалось, никто ничего не заметил, если бы не ты!
— Ну да, никто не заметил, как профессор Люпин пропускает каждое полнолуние, — хмыкнул Гарри.
Хуч шумно выдохнула.
— Снейп, чего ты хочешь? Что тебе надо? Так счастлив посадить людей в Азкабан? Сириус отсидел по ложному обвинению двенадцать лет, а тебе всё мало? И Люпина тебе не жаль? А он тяжело болен… Да вы и так его застращали на уроках, он сам рассказывал…
— Я не собираюсь доносить на вас. Как вы поняли, наверное, я уже давно вас опознал и давно мог бы это сделать, если бы захотел, — раздельно проговорил Гарри.
Хуч немного помолчала.
— Видите, я же не нападаю на вас. И я один, — сказал Гарри снова.
— Двадцать баллов с Гриффиндора за неуважение к преподавателю и двадцать за нахождение в неположенном месте, — надменно заявила Хуч. — И по двадцать с каждого из вашей компании. Опускай палочку, Снейп, и дай пройти. И чтобы больше я тебя здесь не видел.
— Да, мэм, — вежливо сказал Гарри.
Хуч поперхнулась и прошла мимо.
Затем она обернулась и бросила:
— И брось скверную привычку шпионить, это может плохо кончиться.
— Он тебе угрожал? Я не ослышалась, Гарри? — свирепо спросила Гермиона. — Нет, мы этого так не оставим.
— И что ты сделаешь?
— Я немедленно пойду к Дамблдору!
— Так Дамблдор их и покрывает, — хохотнул Кребб.
— Я думаю, он уже в курсе. Снейп побежал докладывать нам, а Поттер — Дамблдору, — решил Малфой.
— Поттер мне сам сказал, что это был план Дамблдора, — подтвердил Гарри.
— Отлично. Значит, сразу к министру!
— По-моему, лучше пойти к профессору Люпину. Он выглядит разумным человеком, с ним можно договориться по-хорошему, — предложил Нотт.
— Ни с кем из этой компании нельзя договориться по-хорошему! — отрезала Гермиона.
— Я тоже за профессора Люпина, — сказал Гарри.
— Ты не понимаешь. Он член их шайки. Они всё решают вместе!
— И что они решат, в самом деле? Будут вести себя осмотрительнее, раз они на прицеле, и это нам и нужно.
— Или наоборот. Они угрожали тебе, Гарри. Ты в опасности, понимаешь?
— Всю жизнь мне кто-то угрожает, — философски сказал Гарри. — Я привык. И что они могут мне сделать? Люпин — нормальный человек, Поттера я знаю уже три года. Покричит и успокоится, он всегда так себя ведет. Ничего он не замышляет, он просто разговаривать иначе не умеет. Его угрозы несерьезны.
— У Полной Дамы спроси! — возразила Гермиона.
— Гарри прав, профессор Поттер не способен причинить вред ученику, — поддержал Рон.
— Здравствуйте, профессор, — вежливо сказал Гарри.
Профессора его кротость не смягчила.
— Снейп! Так и знал, что это будешь ты! Ну почему тебе везде надо сунуть свой нос?! — проревела профессорша басом.
Вот тогда Гарри всё и надоело. Он наставил палочку на Хуч и сказал:
— Игра окончена, профессор Поттер.
— Я так и знал что ты всё испортишь! Весь в папашу, он тоже вечно вынюхивал и выслеживал! Жить людям не давал! — ответил профессор. — Ну почему тебе больше всех надо?!
— Вы не поверите, сэр, но я здесь не против вас. Я здесь за тем же, за чем и вы: прячусь от дементоров, — примирительно заметил мальчик.
— Вот так я и поверил. Да вы всей компанией ходите за нами по следам, все наши ходы облазили! Бродяга давно вас вынюхал! «Прячусь»! Вшестером! Будешь отрицать, что вас было шестеро?
— Увы, но буду. Я здесь один. Можете проверить хоть на сыворотке правды, — сказал Гарри.
— Что я буду проверять — как будто я не знаю, с кем ты водишься с первого класса! Малфой, Нотт, Кребб, Гойл… Пожиратели смерти! Не возражай, я знаю, что они здесь с тобой были! — упорствовал тренер. — Весь в папашу, слизеринца… Точно… Он тоже всегда шлялся с этой компанией. Кто бы мог подумать, что сын Лили Эванс будет дружить с этой шпаной! Гриффиндорец. Да ты гриффиндорец только по названию! Позорище…
— Эта шпана уже три года помогает мне бороться против Сами-Знаете-Кого, — спокойно сказал Гарри.
— Угу… А еще она спит и видит, как бы вернуть меня в Азкабан! Малфой умрет от счастья… Вот и тебя успели завербовать… Да тебя и завербовывать не надо, ты сам в первых рядах стараться будешь… Не возражать! — рыкнула Хуч. — Я помню твою довольную рожу, когда меня арестовывали. Думаешь, я не заметил?
— А какого чертова тролля вы вообще в этом году вернулись в Хогвартс, сэр? Вот это был полный идиотизм! — не выдержал Гарри.
Грудь мадам Хуч бурно вздымалась от гнева.
— Да как ты обращаешься к преподавателю! «Чертова тролля»! Ты ничего не понимаешь, это был великолепный план. Сам Дамблдор его придумал. Не тебе судить… И у нас бы всё удалось, никто ничего не заметил, если бы не ты!
— Ну да, никто не заметил, как профессор Люпин пропускает каждое полнолуние, — хмыкнул Гарри.
Хуч шумно выдохнула.
— Снейп, чего ты хочешь? Что тебе надо? Так счастлив посадить людей в Азкабан? Сириус отсидел по ложному обвинению двенадцать лет, а тебе всё мало? И Люпина тебе не жаль? А он тяжело болен… Да вы и так его застращали на уроках, он сам рассказывал…
— Я не собираюсь доносить на вас. Как вы поняли, наверное, я уже давно вас опознал и давно мог бы это сделать, если бы захотел, — раздельно проговорил Гарри.
Хуч немного помолчала.
— Видите, я же не нападаю на вас. И я один, — сказал Гарри снова.
— Двадцать баллов с Гриффиндора за неуважение к преподавателю и двадцать за нахождение в неположенном месте, — надменно заявила Хуч. — И по двадцать с каждого из вашей компании. Опускай палочку, Снейп, и дай пройти. И чтобы больше я тебя здесь не видел.
— Да, мэм, — вежливо сказал Гарри.
Хуч поперхнулась и прошла мимо.
Затем она обернулась и бросила:
— И брось скверную привычку шпионить, это может плохо кончиться.
— Он тебе угрожал? Я не ослышалась, Гарри? — свирепо спросила Гермиона. — Нет, мы этого так не оставим.
— И что ты сделаешь?
— Я немедленно пойду к Дамблдору!
— Так Дамблдор их и покрывает, — хохотнул Кребб.
— Я думаю, он уже в курсе. Снейп побежал докладывать нам, а Поттер — Дамблдору, — решил Малфой.
— Поттер мне сам сказал, что это был план Дамблдора, — подтвердил Гарри.
— Отлично. Значит, сразу к министру!
— По-моему, лучше пойти к профессору Люпину. Он выглядит разумным человеком, с ним можно договориться по-хорошему, — предложил Нотт.
— Ни с кем из этой компании нельзя договориться по-хорошему! — отрезала Гермиона.
— Я тоже за профессора Люпина, — сказал Гарри.
— Ты не понимаешь. Он член их шайки. Они всё решают вместе!
— И что они решат, в самом деле? Будут вести себя осмотрительнее, раз они на прицеле, и это нам и нужно.
— Или наоборот. Они угрожали тебе, Гарри. Ты в опасности, понимаешь?
— Всю жизнь мне кто-то угрожает, — философски сказал Гарри. — Я привык. И что они могут мне сделать? Люпин — нормальный человек, Поттера я знаю уже три года. Покричит и успокоится, он всегда так себя ведет. Ничего он не замышляет, он просто разговаривать иначе не умеет. Его угрозы несерьезны.
— У Полной Дамы спроси! — возразила Гермиона.
— Гарри прав, профессор Поттер не способен причинить вред ученику, — поддержал Рон.
Страница 28 из 40
