Фандом: Романтический мир Джейн Остин. Джордж восторга супруги не разделяет. Он в уме считает, во сколько им обойдётся этот бал, и понимает, что это, пожалуй, целое состояние в их положении — одно лишь бальное платье обойдётся им в несколько жалований Уикхема.
Добавить в моё избранное
12 мин, 40 сек 17878
В Ньюкасл они прибывают за полночь.
Здесь довольно холодно и сыро, мундир практически не греет, а более тёплой одежды в это время года по уставу не положено. У Уикхема безумно болит спина от чересчур долгого сидения в седле, а в голове бьётся лишь одна надежда, что постель окажется достаточно мягкой, а дом достаточно тёплым. Ему хочется есть. И он настолько голоден, что совершенно всё равно, что именно, хотя обычно в еде довольно привередлив. И от вина или эля Джордж Уикхем тоже не отказался бы. И от пары-тройки глотков хорошего коньяка. Только вот сейчас вряд ли предоставится возможность его отведать.
В эту ночь в Ньюкасле ужасно темно, даже луна не светит. В окнах некоторых домов горит тусклый свет, но его явно недостаточно, чтобы увидеть весь город. Впрочем, вполне достаточно, чтобы понять, что Ньюкасл не самое лучшее место для отдыха или развлечений. Да, он совершенно не похож на приветливый шумный Меритон или очаровательный Брайтон. Уикхем страшно нервничает из-за того, что почти ничего не видит. Ему всюду чудятся обрывы, овраги и Полковник говорит что-то, когда они останавливаются, но Джордж не особо вслушивается. Ему безумно хочется спать. Он едва держится в седле и даже не знает, где будет ночевать.
Наконец, даётся приказ спешиться и тут же что-то говорится о домах, в которых придётся провести первые пару ночей, пока полковник не договорится с местными властями о более удобном и удачном размещении полка. Уикхему достаётся отдельная комнатка в доме какой-то вдовы — все остальные селятся по трое, а то и по четверо. Тут Джордж вспоминает, почему именно ему выпала такая честь, и хмурится. Ему, однако, стоит быть благодарным глупости Лидии и за наличие отдельной комнаты, и за оплату всех карточных долгов, которые на себя взял Дарси.
Коляска, в которой едут жена полковника, жёны капитанов и Лидия, останавливается довольно скоро. И не успевает Уикхем приблизиться к ней, как его милая жёнушка, забыв обо всех приличиях и манерах, расталкивает почтенных женщин, хватает свои сундуки (одним она задевает ногу одной из этих леди), выпрыгивает из коляски, совершенно позабыв поблагодарить ошарашенного полковника, который, впрочем, помогает ей спуститься, и, не оглядываясь по сторонам и едва ли смотря себе под ноги, бросается к мужу. Уже в самом конце своего пути она спотыкается и падает, благо, Уикхем оказывается рядом и всё-таки успевает её в последний момент поймать.
Лидия расплывается в улыбке и с совершенно неуместной кокетливостью вручает супругу оба свои сундука (они, впрочем, не слишком большие), с таким видом, будто бы носить оные за ней по пятам — высшая честь для любого мужчины. В сундуках, должно быть, у Лидии сложены платья, что собрала ей в дорогу заботливая матушка, пожалуй, самая добродушная и забавная женщина, которую только можно представить. Впрочем, Уикхема это мало касается. В любом случае, предварительно поблагодарив полковника и его жену за заботу о юной миссис Уикхем, Джордж тащит эти сундуки до самой комнаты.
Лидия вовсе не кажется уставшей. Всю дорогу она вполне бодро скачет рядом с супругом, то и дело дёргая его за рукава, чем ужасно мешает идти. Миссис Уикхем мимоходом кокетничает с другими офицерами, бросает влюблённые взгляды на самого Джорджа и что-то щебечет о том, что она знала о своём замужестве ещё года два назад, когда Джордж Уикхем ещё не остановился в Меритоне, что они обязательно пригласят в Ньюкасл Китти, когда достаточно обживутся и что, возможно, тогда её старшая сестрёнка найдёт себе мужа и будет с ним так же счастлива, как и Лидия со своим. Джордж про себя отмечает, что вряд ли когда-либо Китти Беннет позволят приблизиться к новоявленной миссис Уикхем.
Вдова встречает их не слишком-то ласково. Им подаётся на редкость отвратительный ужин — жидкий бульон, в котором даже зелени не плавает, по куску жёсткого мяса и холодный несладкий чай. Уикхем снова начинает тосковать по тем временам, когда старый мистер Дарси ещё был жив, а желание выучить поменьше, а репутацию в школе и университете иметь получше было единственной проблемой. Лидия, впрочем, не замечает укоризненных взглядов хозяйки дома и не слишком хорошего настроения мужа. От ужина она отказывается, даже не увидев его, и нетерпеливо ёрзает на скамейке, желая поскорее очутиться в их комнате. Джордж Уикхем ужин всё же съедает — настолько он голоден — и тоже спешит поскорее оказаться в спальне. Ему хочется рухнуть в кровать даже не раздеваясь и недели три просто лежать, лежать и лежать, отсыпаясь за те недели, которые пришлось провести в дороге.
Комнатка оказывается тоже весьма скверной. Маленькая, с низкими потолками, креслом с ободранной обшивкой и узкой кроватью, столь ветхой на вид, что Уикхему становится ясно — двоих она вряд ли выдержит.
— Тут вполне недурно! — не очень уверенно выдаёт Лидия после некоторой паузы, стараясь придать своему голосу побольше жизнерадостности. — А посмотри — какие миленькие занавески!
Здесь довольно холодно и сыро, мундир практически не греет, а более тёплой одежды в это время года по уставу не положено. У Уикхема безумно болит спина от чересчур долгого сидения в седле, а в голове бьётся лишь одна надежда, что постель окажется достаточно мягкой, а дом достаточно тёплым. Ему хочется есть. И он настолько голоден, что совершенно всё равно, что именно, хотя обычно в еде довольно привередлив. И от вина или эля Джордж Уикхем тоже не отказался бы. И от пары-тройки глотков хорошего коньяка. Только вот сейчас вряд ли предоставится возможность его отведать.
В эту ночь в Ньюкасле ужасно темно, даже луна не светит. В окнах некоторых домов горит тусклый свет, но его явно недостаточно, чтобы увидеть весь город. Впрочем, вполне достаточно, чтобы понять, что Ньюкасл не самое лучшее место для отдыха или развлечений. Да, он совершенно не похож на приветливый шумный Меритон или очаровательный Брайтон. Уикхем страшно нервничает из-за того, что почти ничего не видит. Ему всюду чудятся обрывы, овраги и Полковник говорит что-то, когда они останавливаются, но Джордж не особо вслушивается. Ему безумно хочется спать. Он едва держится в седле и даже не знает, где будет ночевать.
Наконец, даётся приказ спешиться и тут же что-то говорится о домах, в которых придётся провести первые пару ночей, пока полковник не договорится с местными властями о более удобном и удачном размещении полка. Уикхему достаётся отдельная комнатка в доме какой-то вдовы — все остальные селятся по трое, а то и по четверо. Тут Джордж вспоминает, почему именно ему выпала такая честь, и хмурится. Ему, однако, стоит быть благодарным глупости Лидии и за наличие отдельной комнаты, и за оплату всех карточных долгов, которые на себя взял Дарси.
Коляска, в которой едут жена полковника, жёны капитанов и Лидия, останавливается довольно скоро. И не успевает Уикхем приблизиться к ней, как его милая жёнушка, забыв обо всех приличиях и манерах, расталкивает почтенных женщин, хватает свои сундуки (одним она задевает ногу одной из этих леди), выпрыгивает из коляски, совершенно позабыв поблагодарить ошарашенного полковника, который, впрочем, помогает ей спуститься, и, не оглядываясь по сторонам и едва ли смотря себе под ноги, бросается к мужу. Уже в самом конце своего пути она спотыкается и падает, благо, Уикхем оказывается рядом и всё-таки успевает её в последний момент поймать.
Лидия расплывается в улыбке и с совершенно неуместной кокетливостью вручает супругу оба свои сундука (они, впрочем, не слишком большие), с таким видом, будто бы носить оные за ней по пятам — высшая честь для любого мужчины. В сундуках, должно быть, у Лидии сложены платья, что собрала ей в дорогу заботливая матушка, пожалуй, самая добродушная и забавная женщина, которую только можно представить. Впрочем, Уикхема это мало касается. В любом случае, предварительно поблагодарив полковника и его жену за заботу о юной миссис Уикхем, Джордж тащит эти сундуки до самой комнаты.
Лидия вовсе не кажется уставшей. Всю дорогу она вполне бодро скачет рядом с супругом, то и дело дёргая его за рукава, чем ужасно мешает идти. Миссис Уикхем мимоходом кокетничает с другими офицерами, бросает влюблённые взгляды на самого Джорджа и что-то щебечет о том, что она знала о своём замужестве ещё года два назад, когда Джордж Уикхем ещё не остановился в Меритоне, что они обязательно пригласят в Ньюкасл Китти, когда достаточно обживутся и что, возможно, тогда её старшая сестрёнка найдёт себе мужа и будет с ним так же счастлива, как и Лидия со своим. Джордж про себя отмечает, что вряд ли когда-либо Китти Беннет позволят приблизиться к новоявленной миссис Уикхем.
Вдова встречает их не слишком-то ласково. Им подаётся на редкость отвратительный ужин — жидкий бульон, в котором даже зелени не плавает, по куску жёсткого мяса и холодный несладкий чай. Уикхем снова начинает тосковать по тем временам, когда старый мистер Дарси ещё был жив, а желание выучить поменьше, а репутацию в школе и университете иметь получше было единственной проблемой. Лидия, впрочем, не замечает укоризненных взглядов хозяйки дома и не слишком хорошего настроения мужа. От ужина она отказывается, даже не увидев его, и нетерпеливо ёрзает на скамейке, желая поскорее очутиться в их комнате. Джордж Уикхем ужин всё же съедает — настолько он голоден — и тоже спешит поскорее оказаться в спальне. Ему хочется рухнуть в кровать даже не раздеваясь и недели три просто лежать, лежать и лежать, отсыпаясь за те недели, которые пришлось провести в дороге.
Комнатка оказывается тоже весьма скверной. Маленькая, с низкими потолками, креслом с ободранной обшивкой и узкой кроватью, столь ветхой на вид, что Уикхему становится ясно — двоих она вряд ли выдержит.
— Тут вполне недурно! — не очень уверенно выдаёт Лидия после некоторой паузы, стараясь придать своему голосу побольше жизнерадостности. — А посмотри — какие миленькие занавески!
Страница 1 из 4
