Каждый может упороться до неузнаваемости и влипнуть в неприятности. Но я упоротая уже давно и надолго. Ибо только этим можно обьяснить факт того что, кинувшись в лес за силуэтом, я смогла… попасть в векторы Слендера, словить розу от Оффа, превратиться в безликую и совратить Сплендора! А ведь была простым человеком с даром целителя… но как бы я ни переживала… да хранит меня святая Википедия и Пророк Добро!
Добавить в моё избранное
84 мин, 22 сек 2539
— Держи свои щупальца при себе, осьминожка! — безумно смеюсь я, проводя рукой по векторам.
— Это вектора, а не щупальца… сколько можно повторять… — глухой голос Слендера не похож на привычный мне, так он звучал когда мы только познакомились. Но тут он вздрогнул и принялся разматывать вектора, а я побежала к месту четвёртой записки.
— Слендермен, Слендермен, я иду к четвёртой…
Слендермен, не испугаюсь я тебя! — пропела я, срывая записку. Осталось всего четыре, а Слендера нет… я прижалась спиной к дереву и застыла, ожидая. Безумие, выпитое из братьев, бурлило во мне, стремясь вырваться, но я терпела. И тут изза дерева выскакивает Слендер и тянется ко мне векторами, но я лишь безумно смеюсь, глядя ему в лицо. Он удивляется, почему я не убегаю, а я тем временем пытаюсь влезть в его голову. И правда, воспоминания обо мне заперты в его подсознании, но мои действия расшатывают замок. Думаю что смогу вернуть ему память к восьмой записке…
… Вектора неспешно обматываются вокруг моих ног и рук, и я прихожу в себя. Блин… опять влезла слишком глубоко и лишилась чувств. А Сленд этим воспользовался…
— Да прекращай уже! — рявкнула я, а Слендер выронил меня из векторов. — тебе одного раза не хватило, решил снова попробовать меня убить?! — Слендер завис, а я смылась, направляясь к пятой записке.
Так мы и играли с ним — я собирала записки, он меня ловил, я ломала замок на его воспоминаниях, говоря фразы из нашей с ним совместной жизни… и так до восьмой записки. На этом моменте замок уже был сломан, но я устала бегать, и мой контроль ослаб. И в ту же секунду возле Слендера появился Кабадатх. Я уже почти полностью ослабла, стояла прижавшись к дереву спиной.
— Ну что же ты, сын… — голос Отца Безликих был как лёд. — жертва устала, не убежит… убей же её…
— Нет.
— Что?
— Я сказал НЕТ, отец. Я не убью её. Я её люблю.
— Чтож, я пытался вылечить тебя от этого бесполезного чувства, сын, но раз по хорошему не выходит… вам всё равно не быть вместе, ты монстр, а она человек…
— Я не человек, господин Кабадатх. Как же Вы забыли об этом… — сказала я. Безумие прорвалось сквозь защиту и я, выпустив крылья и вектора, взлетела в небо, сорвав сходу записку с дерева и обвив выронившего от неожиданности косу Кабадатха…
Битва была недолгой. Я крепко обмотала векторами Отца Безликих и взлетела очень высоко в небо, почти выйдя за пределы атмосферы. Там я бросила его на ближайшее светящееся плотное облако и, спрятав крылья, атаковала с молниеносной скоростью. Кабадатх пытался защищаться, но безумие превратило меня в берсеркера — боевую машину с неуловимой скоростью, огромной силой и нечувствительностью к боли. Я лишилась в процессе сражения почти всех векторов, кроме двух, но Кабадатх теперь напоминал мелко порубленный салат. Чёрная кровь так эффектно смотрелась на светящемся облаке… но безумие, к счастью, уже исчерпало себя и я, стянув с себя изрезанный плащ, собрала останки в ткань и кинулась с облака, раскрыв крылья…
(Вместо эпилога)
Похороны проходили по традиции людей, ведь Безликие не сказали мне как хоронят наших собратьев. Коса Смерти, оставшаяся от Кабадатха, оказалась символом Хранителя Тьмы. И теперь ей владел… знаете кто? Конечно Слендер! Впрочем я и не удивилась, увидев его с косой в руках, когда спустилась с неба, неся в руках то что осталось от Отца Безликих. По пути на землю моя ноша загорелась, и спустя пару секунд в узелке остался лишь мелко поломанный скелет, на черепе которого не было носа, глаз и ушей. Тоесть это всё как раз было, но напоминало тонкие трещины в черепных костях. Слендер, конечно, уже знал о исходе сражения, ведь символ Хранителя не даётся в руки никому кроме своего хозяина. Увидев же меня, он воткнул косу в землю и, подойдя вплотную, обнял меня, а я обвила руками его, бросив сухо брякнувший костями узелок.
Ладно. Не туда веду. Поскольку остались только кости, я их перемолола в пыль в серебряной ступке серебряным пестиком (включая череп, который пришлось сначала ломать руками, а потом толочь) и развеяла эту пыль над морем в Тёмной параллели. Всё таки пусть Кабадатх упокоится на своей родной земле… или близко к тому. Мне Слендер рассказывал что Тёмная параллель не их родина, но наиболее близка по энергетическим характеристикам, а в их родной мир путь закрыт…
Блин, снова отклонилась. Развеяв пыль, я устроила минуту молчания. В принципе Кабадатх был хорошим Безликим… насколько возможно. Ведь и в моей теперешней жизни тоже его заслуга, ведь не схвати я его косу… осталась бы жалким имитатором, и со временем умерла бы от какой нибудь случайности. Светлая ему память…
Открыв глаза, я заметила всю семью, стоявшую за моей спиной. Слендер, Офф, Трендер, Сплендор, Ранди, Эндер… с каждым у меня бывали сложности, ситуации, о которых я не стала рассказывать… ситуации, которые и рада бы рассказать, но цензура не пропустит.
— Это вектора, а не щупальца… сколько можно повторять… — глухой голос Слендера не похож на привычный мне, так он звучал когда мы только познакомились. Но тут он вздрогнул и принялся разматывать вектора, а я побежала к месту четвёртой записки.
— Слендермен, Слендермен, я иду к четвёртой…
Слендермен, не испугаюсь я тебя! — пропела я, срывая записку. Осталось всего четыре, а Слендера нет… я прижалась спиной к дереву и застыла, ожидая. Безумие, выпитое из братьев, бурлило во мне, стремясь вырваться, но я терпела. И тут изза дерева выскакивает Слендер и тянется ко мне векторами, но я лишь безумно смеюсь, глядя ему в лицо. Он удивляется, почему я не убегаю, а я тем временем пытаюсь влезть в его голову. И правда, воспоминания обо мне заперты в его подсознании, но мои действия расшатывают замок. Думаю что смогу вернуть ему память к восьмой записке…
… Вектора неспешно обматываются вокруг моих ног и рук, и я прихожу в себя. Блин… опять влезла слишком глубоко и лишилась чувств. А Сленд этим воспользовался…
— Да прекращай уже! — рявкнула я, а Слендер выронил меня из векторов. — тебе одного раза не хватило, решил снова попробовать меня убить?! — Слендер завис, а я смылась, направляясь к пятой записке.
Так мы и играли с ним — я собирала записки, он меня ловил, я ломала замок на его воспоминаниях, говоря фразы из нашей с ним совместной жизни… и так до восьмой записки. На этом моменте замок уже был сломан, но я устала бегать, и мой контроль ослаб. И в ту же секунду возле Слендера появился Кабадатх. Я уже почти полностью ослабла, стояла прижавшись к дереву спиной.
— Ну что же ты, сын… — голос Отца Безликих был как лёд. — жертва устала, не убежит… убей же её…
— Нет.
— Что?
— Я сказал НЕТ, отец. Я не убью её. Я её люблю.
— Чтож, я пытался вылечить тебя от этого бесполезного чувства, сын, но раз по хорошему не выходит… вам всё равно не быть вместе, ты монстр, а она человек…
— Я не человек, господин Кабадатх. Как же Вы забыли об этом… — сказала я. Безумие прорвалось сквозь защиту и я, выпустив крылья и вектора, взлетела в небо, сорвав сходу записку с дерева и обвив выронившего от неожиданности косу Кабадатха…
Битва была недолгой. Я крепко обмотала векторами Отца Безликих и взлетела очень высоко в небо, почти выйдя за пределы атмосферы. Там я бросила его на ближайшее светящееся плотное облако и, спрятав крылья, атаковала с молниеносной скоростью. Кабадатх пытался защищаться, но безумие превратило меня в берсеркера — боевую машину с неуловимой скоростью, огромной силой и нечувствительностью к боли. Я лишилась в процессе сражения почти всех векторов, кроме двух, но Кабадатх теперь напоминал мелко порубленный салат. Чёрная кровь так эффектно смотрелась на светящемся облаке… но безумие, к счастью, уже исчерпало себя и я, стянув с себя изрезанный плащ, собрала останки в ткань и кинулась с облака, раскрыв крылья…
(Вместо эпилога)
Похороны проходили по традиции людей, ведь Безликие не сказали мне как хоронят наших собратьев. Коса Смерти, оставшаяся от Кабадатха, оказалась символом Хранителя Тьмы. И теперь ей владел… знаете кто? Конечно Слендер! Впрочем я и не удивилась, увидев его с косой в руках, когда спустилась с неба, неся в руках то что осталось от Отца Безликих. По пути на землю моя ноша загорелась, и спустя пару секунд в узелке остался лишь мелко поломанный скелет, на черепе которого не было носа, глаз и ушей. Тоесть это всё как раз было, но напоминало тонкие трещины в черепных костях. Слендер, конечно, уже знал о исходе сражения, ведь символ Хранителя не даётся в руки никому кроме своего хозяина. Увидев же меня, он воткнул косу в землю и, подойдя вплотную, обнял меня, а я обвила руками его, бросив сухо брякнувший костями узелок.
Ладно. Не туда веду. Поскольку остались только кости, я их перемолола в пыль в серебряной ступке серебряным пестиком (включая череп, который пришлось сначала ломать руками, а потом толочь) и развеяла эту пыль над морем в Тёмной параллели. Всё таки пусть Кабадатх упокоится на своей родной земле… или близко к тому. Мне Слендер рассказывал что Тёмная параллель не их родина, но наиболее близка по энергетическим характеристикам, а в их родной мир путь закрыт…
Блин, снова отклонилась. Развеяв пыль, я устроила минуту молчания. В принципе Кабадатх был хорошим Безликим… насколько возможно. Ведь и в моей теперешней жизни тоже его заслуга, ведь не схвати я его косу… осталась бы жалким имитатором, и со временем умерла бы от какой нибудь случайности. Светлая ему память…
Открыв глаза, я заметила всю семью, стоявшую за моей спиной. Слендер, Офф, Трендер, Сплендор, Ранди, Эндер… с каждым у меня бывали сложности, ситуации, о которых я не стала рассказывать… ситуации, которые и рада бы рассказать, но цензура не пропустит.
Страница 21 из 22
