В середине 90-х годов в пригородных лесах Самары орудовал маньяк, который нападал на любовные пары, уединявшиеся в машинах. В народе убийцу прозвали «лесным маньяком» и«лешим».
Добавить в моё избранное
21 мин, 3 сек 13791
Основными психическими особенностями, соответствующими эпилептоидному радикалу, являются пунктуальность, склонность мышления к детализации, раздражительность, злопамятность, склонность к накоплению аффекта и вспышкам негативных аффективных разрядов, ханжество, лживость. Основными психическими особенностями, соответствующими параноидальному радикалу, являются высокая целенаправленность поведения, ригидность, склонность к доминированию и игнорированию мнения окружающих, тенденция опираться исключительно на субъективные оценки, критицизм, эмоциональная черствость, подозрительность, склонность воспринимать поведение окружающих как угрожающее. Такие особенности личностного реагирования Ворошилова, как высокая целенаправленность защитного поведения, проявляющаяся в» обелении«себя и активном обвинении других лиц в сочетании с такими чертами характера, как скрытность и лживость, не исключает вероятности оговора Ворошиловым окружающих.»
Выявленные у него личностные нарушения находят отражение в его сутяжной активности (обилие жалоб в различные инстанции, где содержатся обвинения в адрес различных лиц и учреждений).
6 июля 1998 года уголовное дело в отношении сотрудников милиции было передано в Самарский районный суд города Самары. 26 октября 1999 года служители Фемиды вернули его в городскую прокуратуру для производства дополнительного расследования. Затем стараниями Ворошилова, который не прекращал писать жалобы, дело начало гулять по инстанциям. Однако вина сотрудников правоохранительных органов так и не была доказана.
Более того, Ворошилов пытался засудить телевизионные каналы, которые посмели осветить судебный процесс по делу «лесного маньяка». Дескать, журналисты совершенно безосновательно представили его на суд зрителей как серийного убийцу.
Но прокуратура все его многочисленные жалобы отклонила на том основании, что телевизионщики в своих программах не нарушали законодательство Российской Федерации о средствах массовой информации, в них делалась оговорка о том, что вина Ворошилова может быть установлена только решением суда.
6 марта 2000 года, рассмотрев кассационную жалобу, судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда РФ оставила приговор без изменения. Жалобы о пересмотре приговора в порядке надзора были отклонены.
Последний раз Дмитрий Ворошилов проявил себя в 2005 году, когда обратился в Европейский суд по правам человека с очередной жалобой на жестокое обращение со стороны сотрудников правоохранительных органов.
8 декабря 2005 года Европейский суд по правам человека в Страсбурге отказал в признании всех пунктов жалобы Ворошилова (жалоба была на жестокое обращение и пытки во время следствия), указав на то, что осужденный не исчерпал всех возможностей оспорить решение суда в России.
Вопрос о причастности Ворошилова к серии убийств даже среди силовиков не был решен однозначно.
«После ареста Ворошилова с учетом всех нюансов, с учетом всех особенностей, которые были присущи этой серии очень похожих друг на друга убийств — именно такие преступления прекратились», — утверждал следователь Владимир Сафронов.
В 2013 году Олег Иванец набирая материал для статьи в своем блоге пообщался с одним из оперов, который участвовал в его задержании и первых допросах в том далеком 97-ом. На вопрос: «Так вот теперь, по прошествии стольких лет, скажи честно-он виноват? Лесной маньяк-это он?», бывший опер (уволенный в свое время из органов как раз из-за Ворошилова) ответил:
«Думаю да. Есть такая вещь-оперская чуйка. Так вот мы все этой чуйкой (от слова» чуять«-прим. ) чуяли-это его рук дело». Логика здесь есть. Конечно, все понимали, что Ворошилов и есть тот самый маньяк и делали все, чтобы его закрыть. Но по сути, так ничего и не добились. Сам Ворошилов так и не признался. Следствие облажалось. Суд судил «по чуйке»(мое мнение). Было колоссальное давление со стороны руководства УВД области. Вплоть до того, что должны были полететь многочисленные погоны в случае, если бы маньяка не нашли бы (и не осудили бы-что равнозначно). Все требовали маньяка поймать -его поймали. Все требовали маньяка осудить-его осудили (правда признали, что он-не маньяк, а просто убийца).Из 15 вменяемых ему жертв удалось «доказать» лишь две«.»
По мнению адвоката Ворошилова Николая Филимонова, следствием была дана неправильная квалификация этого эпизода как покушения на убийство двух человек, да и вообще этот эпизод довольно плохо «привязан» к данному уголовному делу.
И все-таки самый сокрушительный аргумент, представленный на суде защитником, заключался не в опровержении собранных следствием доказательств. Его, как ни странно, подарило адвокату само обвинение, передав суду список нераскрытых убийств, совершенных в Самарской области в 1997-99 годах. В него вошло около двухсот преступлений. Три из них, относящиеся к 1998 году, когда Ворошилов уже сидел в камере, поразительно напоминают почерк «лесного маньяка».
Выявленные у него личностные нарушения находят отражение в его сутяжной активности (обилие жалоб в различные инстанции, где содержатся обвинения в адрес различных лиц и учреждений).
6 июля 1998 года уголовное дело в отношении сотрудников милиции было передано в Самарский районный суд города Самары. 26 октября 1999 года служители Фемиды вернули его в городскую прокуратуру для производства дополнительного расследования. Затем стараниями Ворошилова, который не прекращал писать жалобы, дело начало гулять по инстанциям. Однако вина сотрудников правоохранительных органов так и не была доказана.
Более того, Ворошилов пытался засудить телевизионные каналы, которые посмели осветить судебный процесс по делу «лесного маньяка». Дескать, журналисты совершенно безосновательно представили его на суд зрителей как серийного убийцу.
Но прокуратура все его многочисленные жалобы отклонила на том основании, что телевизионщики в своих программах не нарушали законодательство Российской Федерации о средствах массовой информации, в них делалась оговорка о том, что вина Ворошилова может быть установлена только решением суда.
6 марта 2000 года, рассмотрев кассационную жалобу, судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда РФ оставила приговор без изменения. Жалобы о пересмотре приговора в порядке надзора были отклонены.
Последний раз Дмитрий Ворошилов проявил себя в 2005 году, когда обратился в Европейский суд по правам человека с очередной жалобой на жестокое обращение со стороны сотрудников правоохранительных органов.
8 декабря 2005 года Европейский суд по правам человека в Страсбурге отказал в признании всех пунктов жалобы Ворошилова (жалоба была на жестокое обращение и пытки во время следствия), указав на то, что осужденный не исчерпал всех возможностей оспорить решение суда в России.
Вопрос о причастности Ворошилова к серии убийств даже среди силовиков не был решен однозначно.
«После ареста Ворошилова с учетом всех нюансов, с учетом всех особенностей, которые были присущи этой серии очень похожих друг на друга убийств — именно такие преступления прекратились», — утверждал следователь Владимир Сафронов.
В 2013 году Олег Иванец набирая материал для статьи в своем блоге пообщался с одним из оперов, который участвовал в его задержании и первых допросах в том далеком 97-ом. На вопрос: «Так вот теперь, по прошествии стольких лет, скажи честно-он виноват? Лесной маньяк-это он?», бывший опер (уволенный в свое время из органов как раз из-за Ворошилова) ответил:
«Думаю да. Есть такая вещь-оперская чуйка. Так вот мы все этой чуйкой (от слова» чуять«-прим. ) чуяли-это его рук дело». Логика здесь есть. Конечно, все понимали, что Ворошилов и есть тот самый маньяк и делали все, чтобы его закрыть. Но по сути, так ничего и не добились. Сам Ворошилов так и не признался. Следствие облажалось. Суд судил «по чуйке»(мое мнение). Было колоссальное давление со стороны руководства УВД области. Вплоть до того, что должны были полететь многочисленные погоны в случае, если бы маньяка не нашли бы (и не осудили бы-что равнозначно). Все требовали маньяка поймать -его поймали. Все требовали маньяка осудить-его осудили (правда признали, что он-не маньяк, а просто убийца).Из 15 вменяемых ему жертв удалось «доказать» лишь две«.»
По мнению адвоката Ворошилова Николая Филимонова, следствием была дана неправильная квалификация этого эпизода как покушения на убийство двух человек, да и вообще этот эпизод довольно плохо «привязан» к данному уголовному делу.
И все-таки самый сокрушительный аргумент, представленный на суде защитником, заключался не в опровержении собранных следствием доказательств. Его, как ни странно, подарило адвокату само обвинение, передав суду список нераскрытых убийств, совершенных в Самарской области в 1997-99 годах. В него вошло около двухсот преступлений. Три из них, относящиеся к 1998 году, когда Ворошилов уже сидел в камере, поразительно напоминают почерк «лесного маньяка».
Страница 6 из 7
