История Дедушки Джерарда

— Кто-то не возвращался со школы, кто-то уходил в магазин так и не дойдя до него. Но самое интересное, что никаких следов похищения не было. Никто ничего не видел, никто ничего не слышал. Ни трупов, ни выживших найти никто не мог, — он прошелся рукой по своей старческой лысине и ненадолго замолчал. — Полиция работала не продыхая. На улицах был введен комендантский час. Арестовывали любого, кто появлялся на улицах позже десяти. А бедные дети теперь ни на секунду не оставались одни. В школу их отводили родители, — он хлопнул ладонью об колено. — Забирали оттуда тоже. Рядом со школами и детскими площадками дежурили полицейские. В общем, город стоял на ушах, — он облизнул губы и посмотрел мне в глаза. — И всё это длилось до весны. — голос дедушки сделался тише и загадочней. Он чуть наклонился ко мне и я сделал то же самое. — Детей наконец-то нашли… — он замолчал, а затем перешел на шепот. — Но, никто не выжил.

Я дрогнул. В глубине души что-то закололо, и страх поселился под моей кожей.

— А знаешь как нашли детей, Джеймс?

— Как? — мой голос дрогнул.

— Они оттаяли. Пришла весна и все трупы вылезли наружу. Но это не самое страшное, — дедушка придвинулся еще ближе и его голос сделался гремучим и приглушенным. — Самое страшное то, что всё это время, дети были внутри снеговиков.

В тот момент, я даже не обратил внимание, как мои руки лихорадочно задрожали. Я не до конца понимал смысл сказанных слов, но подсознание само вырисовывало картины.

— Как это внутри снеговиков, дедушка?

Он снова облизнул губы.

— Все очень просто, но в то же время гениально, Джеймс. Убийца похищал детей, убивал их, а затем лепил снеговиков и засовывал детей внутрь. За все время пропало более десяти мальчиков и девочек. Но знаешь, почему это одновременно гениально и ужасно, Джеймс?

Я покачал головой, не отрываясь от глаз дедушки.

— А потому что полицейские, — он хлопнул ладонью об колено. — Родители пропавших детей, — снова хлопок. — И просто обычные граждане, по несколько раз за день проходили мимо этих замерзших насмерть трупов и даже не подозревали, что те находятся совсем рядом. Представляешь, что они ощутили, выйдя однажды на улицу и увидев, как из тающих снеговиков вылезает человеческая рука или детское, замерзшее лицо? Или шла мать пропавшего ребенка на работу, а из снеговика на нее смотрят мертвые глаза ее дитя.

Я больше не мог это слышать, но я должен был узнать то, что не давало покоя. История пугала, но соблазняла мое падкое сердце.

— А кто же совершил все эти убийства? — не знаю, почему, но я тоже заговорил шепотом. Дедушка покачал головой.

— Его не нашли. Хотели всё пришить одному бездомному, но доказательств и улик не было… Не нашли и не найдут… — он замолчал и, теперь полностью поглощенный огнем воспоминаний, мирно пил чай, смотря на очаг камина.

Не нашли и не найдут… — снова повторил он, не отрываясь от огня.

В душе бурлил страх и картина рассказанного. Я выдохнул, встал с кресла и потянулся. По телу пробежали мурашки.

— Мда, дедушка, столько лет прошло, но ты всё ещё можешь меня напугать, — я улыбнулся. — Ужасная история, лучше бы ты мне ее не рассказывал. Ну да ладно, думаю, нужно разбудить Эмилию, на улице уже темно. Я протопал к лестнице, но голос дедушки приковал меня к месту.

— Эх, Джеймс, неужели ты до сих пор не понял?

Он повернулся ко мне. И в этот момент его безумный, лишенный смысла взгляд уставился в мои глаза. Беззубая, натянутая улыбка дедушки показалась тогда жуткой и… Потусторонней.

— Эмилия спит, — он приподнял руку и пальцем указал на окно. — Она проснется только весной.

Мой взгляд скользнул от его пальца к оконному стеклу, на котором мороз изящно изобразил красивые узоры. В свете горящего камина, который отбрасывал свет на задний двор, я разглядел небольшого, аккуратно слепленного снеговика, ростом примерно с моей сестренки Эмилии…