Знаешь, что больше всего пугает людей? Ответ прост — неизвестность. Люди страшатся ее. Слыша телефонный звонок с незнакомого номера, мы внутренне вздрагиваем. Люди боятся темноты, потому что не знают, что в ней, а не потому, что нас страшит сам факт того, что нет света… — Катя! Быстрее! Ну что ты плетешься, как черепаха? — возмущается молодой парень, таща девушку за руку. Та с явной неохотой плетется за ним по тропинке.
Добавить в моё избранное
6 мин, 54 сек 12799
Шли они через лесопарк, торопясь в кафе на другом конце заповедника. Там их уже ждали друзья, зашедшие с западного входа.
Город был маленьких и располагался рядом с крупным лесом, часть которого стала лесопарком-заповедником. Сперва здесь все было устроено, были ровные аллеи, небольшие палатки с хот-догами и напитками, но если продвигаться вглубь, то вскоре можно попасть в самый настоящий, дикий, необузданный лес.
— Костя! — недовольно воскликнула девушка, едва успевая за своим спутником. Тот опять свернул на очередную аллею.
Сегодня небо было необычайно серым, облака заволокли весь небосвод. Свет был тусклым и будто бы шел откуда-то извне. Лес в таком освещении был весьма жутким.
— Мы опаздываем, ты не можешь шевелиться быстрее?! — рявкает на девушку Костик, когда та споткнулась и упала на аллею. Та, недовольно потирая ушибленную коленку, недовольно посмотрела на молодого человека и сердитым голосом проговорила:
— Сейчас обижусь и уйду, — она огляделась, и неожиданно посерьезнела. — Тебе не кажется, что мы не туда свернули?
Константин отмахнулся от нее, как от назойливой мухи, схватил за руку, и довольно грубо потащил дальше.
— Они сейчас уйдут уже, — аргументирует он свое поведение парень, продолжая путь. Я брел по лесу, обходя дорожки для туристов, которые я знал, как свои пять пальцев.
В меня не верят. В меня уже давно прекратили верить, а мои попытки напомнить о себе списывают на маньяков. Какая жалость, не правда ли?
Мало того, что в меня не верят, те, кто еще вспоминают обо мне, воображают меня тупым, бездумным чудовищем, жаждущим крови. Обидно, не правда ли?
Я мыслю, я весьма умен, а меня называют лишенным разума! Как я не пытался намекнуть о своей разумности, все списывают либо на расчетливых серийных убийц, либо на самоубийства и несчастные случаи. Я, конечно, понимаю, что зато меня никогда не поймают (хотя, если честно, меня бы итак не поймали), но я хочу, чтобы все признали, что в чаще леса живет НЕЧТО. ЧТО В ЧАЩЕ ЛЕСА ЖИВУ Я!
Итак, я брел по лесу, выискивая новую жертву. Вторую на недели, между прочим.
Мое внимание привлекли громкие возгласы с северной тропы. Кто-то ругался, громко, с выражением, со злостью. Мои губы невольно растянулись в ласковой улыбке. Выглянув из густых зарослей кустарника, я обнаружил молодую пару. Вот и жертва. Мы с Костей шли уже второй час по этой странной тропе. Где-то полчаса назад ровная тропинка кончилась, и началась просто протоптанная полоса среди леса. Здесь было жутко. Ветер завывал в ветвях, те шумели, а этот дурак все тащил меня через лес.
— Может, пойдем обратно? Темнеть начинает, — наконец, говорю я.
Он наконец-то останавливается и оглядывается. Кажется, растерян. Я же говорила!
— Ну… Думаю, можно и назад, — неуверенно говорит он и неожиданно его слова заглушает громкий треск где-то справа. Мы оба смотрим туда, но плотная стена кустов вряд ли даст нам разглядеть, что же издало этот звук.
Мы решаем возвратиться к основной части парка.
— Жутко тут. Говорила же, не надо сюда идти, — продолжаю говорить я унылым голосом. Я устала и жутко хочу пить. Серое небо потемнело, наступали сумерки. Хорошо бы сейчас домой… Поваляться на кровати, посмотреть что-нибудь по ноутбуку…
Мои мысли были прерваны звуком шагов. Мы оба резко оглядываемся, но не видим ничего. А ровные шаги шуршит где-то справа. Под ногами неизвестного легонько хрустят ветви, однако когда мы останавливаемся и прислушиваемся, шаги замолкают. Я испуганно смотрю на Костю и рука по инерции лезет в сумочку, я хочу достать телефон. Рука моя нащупывает кошелек, помаду, маникюрные ножницы и… ничего. Моей косметички, моего плеера и моего телефона нет. Зато рука нащупывает крупную дыру на дне сумки.
— Я где-то телефон потеряла, — растерянно говорю я. Неожиданно. Как я могла не услышать, как все выпало?!
— Могу свой дать, — говорит Костик и протягивает мне кнопочный телефон Nokia. Меня разбирает истеричный смех. Он, видимо, поняв причину моих похихикиваний, поясняет: — Свой сенсорный потерял, приходится с этим уже месяц ходить.
Я собираюсь уже набрать номер Кристины, именно она с компанией ждали нас в кафе на другом конце парка. Я набрала первые цифры и тут телефон зазвонил.
Мы с Костей переглянулись, звонил абонент «Бро». Я вопросительно посмотрела на моего извечного друга, а тот, растерянный и удивленный, сообщил:
— Это твой номер.
Я наклонила голову на бок и нажала на «принять вызов». Видимо, кто-то нашел мой телефон и решил вернуть его.
— Ало? — по привычке говорю я. В трубке тишина и шорох. С таким шелестом падают листья во время листопада. А еще слышен хруст и равномерные шаги. Ни дыхания, ни слов.
— Ало? Да? — еще раз уточняю в трубку я. Костя аккуратно вынимает ее у меня из рук и прикладывает к уху.
Город был маленьких и располагался рядом с крупным лесом, часть которого стала лесопарком-заповедником. Сперва здесь все было устроено, были ровные аллеи, небольшие палатки с хот-догами и напитками, но если продвигаться вглубь, то вскоре можно попасть в самый настоящий, дикий, необузданный лес.
— Костя! — недовольно воскликнула девушка, едва успевая за своим спутником. Тот опять свернул на очередную аллею.
Сегодня небо было необычайно серым, облака заволокли весь небосвод. Свет был тусклым и будто бы шел откуда-то извне. Лес в таком освещении был весьма жутким.
— Мы опаздываем, ты не можешь шевелиться быстрее?! — рявкает на девушку Костик, когда та споткнулась и упала на аллею. Та, недовольно потирая ушибленную коленку, недовольно посмотрела на молодого человека и сердитым голосом проговорила:
— Сейчас обижусь и уйду, — она огляделась, и неожиданно посерьезнела. — Тебе не кажется, что мы не туда свернули?
Константин отмахнулся от нее, как от назойливой мухи, схватил за руку, и довольно грубо потащил дальше.
— Они сейчас уйдут уже, — аргументирует он свое поведение парень, продолжая путь. Я брел по лесу, обходя дорожки для туристов, которые я знал, как свои пять пальцев.
В меня не верят. В меня уже давно прекратили верить, а мои попытки напомнить о себе списывают на маньяков. Какая жалость, не правда ли?
Мало того, что в меня не верят, те, кто еще вспоминают обо мне, воображают меня тупым, бездумным чудовищем, жаждущим крови. Обидно, не правда ли?
Я мыслю, я весьма умен, а меня называют лишенным разума! Как я не пытался намекнуть о своей разумности, все списывают либо на расчетливых серийных убийц, либо на самоубийства и несчастные случаи. Я, конечно, понимаю, что зато меня никогда не поймают (хотя, если честно, меня бы итак не поймали), но я хочу, чтобы все признали, что в чаще леса живет НЕЧТО. ЧТО В ЧАЩЕ ЛЕСА ЖИВУ Я!
Итак, я брел по лесу, выискивая новую жертву. Вторую на недели, между прочим.
Мое внимание привлекли громкие возгласы с северной тропы. Кто-то ругался, громко, с выражением, со злостью. Мои губы невольно растянулись в ласковой улыбке. Выглянув из густых зарослей кустарника, я обнаружил молодую пару. Вот и жертва. Мы с Костей шли уже второй час по этой странной тропе. Где-то полчаса назад ровная тропинка кончилась, и началась просто протоптанная полоса среди леса. Здесь было жутко. Ветер завывал в ветвях, те шумели, а этот дурак все тащил меня через лес.
— Может, пойдем обратно? Темнеть начинает, — наконец, говорю я.
Он наконец-то останавливается и оглядывается. Кажется, растерян. Я же говорила!
— Ну… Думаю, можно и назад, — неуверенно говорит он и неожиданно его слова заглушает громкий треск где-то справа. Мы оба смотрим туда, но плотная стена кустов вряд ли даст нам разглядеть, что же издало этот звук.
Мы решаем возвратиться к основной части парка.
— Жутко тут. Говорила же, не надо сюда идти, — продолжаю говорить я унылым голосом. Я устала и жутко хочу пить. Серое небо потемнело, наступали сумерки. Хорошо бы сейчас домой… Поваляться на кровати, посмотреть что-нибудь по ноутбуку…
Мои мысли были прерваны звуком шагов. Мы оба резко оглядываемся, но не видим ничего. А ровные шаги шуршит где-то справа. Под ногами неизвестного легонько хрустят ветви, однако когда мы останавливаемся и прислушиваемся, шаги замолкают. Я испуганно смотрю на Костю и рука по инерции лезет в сумочку, я хочу достать телефон. Рука моя нащупывает кошелек, помаду, маникюрные ножницы и… ничего. Моей косметички, моего плеера и моего телефона нет. Зато рука нащупывает крупную дыру на дне сумки.
— Я где-то телефон потеряла, — растерянно говорю я. Неожиданно. Как я могла не услышать, как все выпало?!
— Могу свой дать, — говорит Костик и протягивает мне кнопочный телефон Nokia. Меня разбирает истеричный смех. Он, видимо, поняв причину моих похихикиваний, поясняет: — Свой сенсорный потерял, приходится с этим уже месяц ходить.
Я собираюсь уже набрать номер Кристины, именно она с компанией ждали нас в кафе на другом конце парка. Я набрала первые цифры и тут телефон зазвонил.
Мы с Костей переглянулись, звонил абонент «Бро». Я вопросительно посмотрела на моего извечного друга, а тот, растерянный и удивленный, сообщил:
— Это твой номер.
Я наклонила голову на бок и нажала на «принять вызов». Видимо, кто-то нашел мой телефон и решил вернуть его.
— Ало? — по привычке говорю я. В трубке тишина и шорох. С таким шелестом падают листья во время листопада. А еще слышен хруст и равномерные шаги. Ни дыхания, ни слов.
— Ало? Да? — еще раз уточняю в трубку я. Костя аккуратно вынимает ее у меня из рук и прикладывает к уху.
Страница 1 из 2
