Маргарет

— Странные люди около дома… Может, кто-то звонил в вашу дверь или по телефону?

Маргарет, сидя на диване, рыдала без остановки, так, что смогла в ответ лишь отрицательно помотать головой.

— Вы задаете эти вопросы уже в шестой раз! — не выдержал Джеффри. Он сидел рядом с женой, обнимая ее за плечи, бледный, как смерть, разом постаревший лет на двадцать. — Она ведь сказала вам, что никого не видела! Можно уже, ей сделают этот чертов укол и отвезут в больницу?

Полицейский что-то деловито черкнул в протоколе и кивнул.

— Да, — он взглянул на Джеффри виновато, словно желая сказать: ничего не поделаешь, задавать вопросы — моя работа.

— Да, вы можете отправляться в госпиталь с миссис Джонс. Нам нужно сделать еще несколько снимков здесь, а затем на месте преступления будет работать поисковая группа. Возможно, нам удастся на-пасть на след преступника.

Джеффри кивнул, сжав плечи Маргарет.

— Пойдем, любимая… Пойдем.

— Моя Тина! Я не уйду без нее!

— Маргарет, пойдем.

— Я хочу увидеть мою дочь!

— Вряд ли это хорошая идея, — с исказившимся лицом ответил Джеффри. — Черт, да позовите же врача, кто-нибудь! — рявкнул он.

Появившийся в комнате парамедик сделал Маргарет укол, после чего ее увели, дрожавшую и залитую слезами, в машину скорой помощи. Джеффри брел следом, едва переставляя ноги. — Какой ублюдок мог это сделать? — тихо спросил второй полицейский, когда машина скрылась за поворотом. — Ты только взгляни на это, Джеймс… Каким надо быть чокнутым сукиным сыном, чтобы сотворить такое?

Вместе напарники подошли к окну кухни, выходившему на задний двор. На бельевых веревках, будто рождественские гирлянды, сотворенные чудовищным воображением сюрреалиста, были развешены, слегка покачиваясь от дуновения ветра, петли кишок: вздувшиеся и синевато-багровые, похожие на жирных уродливых дождевых червей, прицепленные разноцветными прищепками. Мухи шумно роились вокруг этого невиданного и роскошного угощения, зловоние доносилось с порывами ветра. Побледнев, Джеймс торопливо отвернулся. Немного раньше, когда он увидел эту картину впервые, его вырвало, хотя никто из знако-мых Джеймса не счел бы его чувствительным и слабонервным.

Выпотрошенное тело девочки нашли в ее кроватке в детской, где всего несколько часов назад Тина весело смеялась и возилась со своими игрушками. Там же нашли и предполагаемое орудие преступления: обыкновенный кухонный нож, каким режут овощи. По свидетельству родителей девочки, это был их собственный нож, Маргарет резала им овощи перед тем, как… перед тем, как что? С этого момента и начиналось всё непонятное. Маргарет пребывала в шоке; на это списывали странности ее рассказа. По словам молодой женщины, она смотрела телевизор и делала салат, когда вдруг обнаружила, что Тина куда-то ис-чезла. А затем, по уверениям Маргарет, она просто заснула. Или потеряла созна-ние, но очнулась уже на кухне. Возможно, преступник использовал что-то вроде хлороформа, чтобы усыпить ее, но как он смог пробраться незамеченным в дом?

Дверь в гостиную была прямо напротив Маргарет, она не могла не увидеть входящего человека.

Еще более странным казалось, что следы крови нашли на одежде и руках Маргарет; как показала экспертиза, эта кровь принадлежала убитой девочке. В то же время, никаких свидетельств пребывания постороннего в доме не нашлось. Супруги Джонс утверждали, что врагов у них никогда не было, им никто не угрожал, не было ни странных встреч, ни непонятных звонков. На ноже обнаружились отпечатки пальцев одной лишь Маргарет, что не противоречило ее словам о приготовлении овощного салата.

Не было ни малейших догадок о том, кто мог убить одиннадцатимесячную девочку столь изуверским и жестоким способом и скрыться, не оставив ни единой нити для преследователей.

Вернее, догадка была у Джеймса, но она казалась полицейскому настолько безумной и чудовищной, что он желал отбросить ее прочь. Лучше уж искать помешавшегося маньяка-убийцу, однако, эта версия тоже нуждалась в проверке.

— Сумеречное помрачение сознания… — бормотал он, расхаживая взад-вперед по детской, сопровождаемый вопросительным и беспокойным взглядом Джеффри. Маргарет в это время проходила лечение в специализированной клинике, она была в тяжелой депрессии. — Завершается глубоким сном и амнезией… Веб-камера!

Джеффри подскочил, так неожиданно прозвучал этот возглас.

— Веб-камера? — повторил он удивленно. — Ах, да! — он посмотрел в сторону, указанную полицейским. — Мы приобрели ее, чтобы можно было сразу понять, почему Тина плачет. Или просто посмотреть, что она делает… Господи, да ведь там заснят убийца! Почему я раньше не вспомнил?! Сколько времени мы потеряли!

Джеймс подумал, что время в этом случае никакого значения не имеет.

— Камера подключена к вашему компьютеру?

Вскоре Джеффри уже открывал нужный файл.