Крипы стали учителями во всеми «любимом»6«Б». Какая реакция? Правильно. Никакая. И тут на Сленди снисходит ОЗАРЕНИЕ и он решает превратить этих ребяток в убийц. Какая реакция? Правильно. Сленди — умный человек, ладно, умный монстр. Вот только если учитывать, что убийцами решают стать пять девочек — задрот Вася, всегда трезвая Оля, безнадёжно рассеянный романтик Аня, наркоманка Алиса и сумасшедшая особа с садистскими наклонностями — Рената. Какая реакция? Слендер, беги! От них не спастись!
Добавить в моё избранное
101 мин, 29 сек 19658
— ЭНН ПЕДОФИЛИЕЙ СТРАДАЕТ! — хором крикнула парочка.
— А что такое педофилия? — спросила невесть откуда взявшаяся Салли.
— Эмммм… Это когда взрослые тёти, или дяди, любят маленьких детей, — нашлась Рената.
Салли исчезла.
— Как тебя зовут, золотце? — спросила Рената, отчаянно игнорируя превратившуюся в желе Энн.
— Жека, — осмелело золотце и протянуло пухлую ручку. — А ты?
— Реня! — ангельски проворковала Кукла Вуду Рени. — Хочешь перекусить?
Через пять минут освободители и жертва педофилии лихо попёрлись на кухню.
А в это время…
— Дядя Сленди, а ты меня любишь? — спросила Салли, возникая из ниоткуда рядом со читающим Слендером.
— Люблю, — ответил Палочник, не отрываясь от чтения.
— Дядя Сленди, ты педофилией страдаешь?
— Кто тебе это сказал?! — заорал Тощий, с перепугу выронив книжку.
— Рената…
Но Тощий уже сам куда-то испарился. «Наверное, дядя Слендер никогда не будет страдать педофилией по отношению к Ренате, бедняжка,» подумала Салли, подбирая потерянную Слендером книжку. На ней крупными буквами было написано«Всё о сексе» Алана Батдыева…
Через два часа…
— С НОВЫМ ГОДОМ! — заорали все, кто сидел за рождественским столом и подняли вместо бокалов куски торта…
Неизвестный промежуток времени…
— Шо шдесь шлушилось? — сонно пробормотал Трендер, вставая с дивана в гостиной.
Спросонья он окончательно не понял, что здесь случилась катастрофа…
Продолжение следует…
— Аааа… Где Рената, Никита и остальные? — поинтересовалась Энн — третий и последний пробудившийся человек (или монстр).
— Я их нашёл! — вдруг посреди гостиной появился Тренд. — Они в комнате Ренаты… но не одни.
Зайдя в комнату, вся троица слегка… охренела…
На Ренатиной кровати (на которой места хватало для человек четырёх-пяти, и ещё оставалось) дрыхла сама Рената, Никита, Жека, Елисей, Сёма, Офф и какие-то совсем незнакомые личности: вихрастый и щекастенький блондин (Казамуро Тайро из «Розарио + Вампир»), плотный светловолосый мужик (Якумо Оомори из «Токийский гуль»), худенький блондин с размазанной по лицу тушью (Наки из «Токийский гуль»), какой-то бритый мужик, внешностью напоминающий гомосека (Нико из «Токийский гуль»), одноглазый парень с неестественно жёлтыми волосами (Билл Шифр из «Гравити Фоллз»), пухлый такой беловолосый пацан с начёсом на голове, коему позавидовал бы Никита (Малыш Гидеон из «Гравити Фоллз»), да ещё красноволосый чудик в очках, тоже немного напоминающий гомосека (Грелль Сатклифф из «Тёмный дворецкий»), причём все — голые и в довольно интимных позах.
От увиденного Слендера стошнило.
— Они… они трахались? — трясущейся рукой указал на них Тощий.
— Не думаю. Спермы нет, — объяснила Энн, осматривая простыню.
— Судя по всему, у них была весёлая ночка, — заметил Трендер и указал на пирамиду из бутылок из-под спиртного, горку пакетиков с наркотой (кстати, пустых), кучу исписанных бумажек, нарисованные на полу, стенах и потолке пентаграммы и прочее. Но внимание Слендера было приковано к тюбику с жидкой белой краской.
— Вы думаете о том же, о чём и я? — спросил Ноги-Макаронины, заметив коварные выражения лиц у своих собратьев по разуму и плотоядно улыбнувшись…
— Ааау! — зевнула Оля и вдруг соскочила с постели, окончательно выйдя из царства Морфеюшки. — ДЖЕФФ, ТЫ ЧТО ТУТ ЗАБЫЛ, ТВОЮ Ж ДИВИЗИЮ?!
— Г-г-гелла?! — испуганно простонал Джефф, отползая от неё подальше. — Т-ты… Прекрасна!
— ТВОЮ Ж НАЛЕВО, я же голая! — вскрикнула Гелла, закрывая руками маленькую грудь и лобок и выталкивая Недо-Джокера ногой. — ПОШЁЛ ОТСЮДА КУДА ПОДАЛЬШЕ!
— Я тебя люблю! — в отчаяние выкрикнул Джефф, пытаясь одновременно одеть трусы и удержать Олину ногу.
Оля порозовела.
— Дурак! — сказала она больше для очистки совести. — П-постой, мы что… ТРАХАЛИСЬ?!
— Спермы нет, значит, не трахались, — заметил Джеффри, выуживая из-под одеяла кружевные полосатые трусики и швыряя их Гелле.
— Тогда… не рассказывай никому об этом, хорошо? О том что мы в одной постели голыми лежали…
— Хорошо, хорошо! — юноша прижал девушку к груди и поцеловал в лоб. — Кстати… какое сегодня число?
— Второе… — озадаченно пробормотала Оля, глядя на телефон. — Выходит… мы два дня, что ли, спали?!
Спустившись в гостиную, парочка обнаружила Чайку, Граффити, Васю, Бена, Аниту и Безглазого, напряжённо пытавшихся оценить нанесённый гостиной ущерб. На полу валялось то, что ещё несколько дней назад можно было назвать люстрой.
— А что такое педофилия? — спросила невесть откуда взявшаяся Салли.
— Эмммм… Это когда взрослые тёти, или дяди, любят маленьких детей, — нашлась Рената.
Салли исчезла.
— Как тебя зовут, золотце? — спросила Рената, отчаянно игнорируя превратившуюся в желе Энн.
— Жека, — осмелело золотце и протянуло пухлую ручку. — А ты?
— Реня! — ангельски проворковала Кукла Вуду Рени. — Хочешь перекусить?
Через пять минут освободители и жертва педофилии лихо попёрлись на кухню.
А в это время…
— Дядя Сленди, а ты меня любишь? — спросила Салли, возникая из ниоткуда рядом со читающим Слендером.
— Люблю, — ответил Палочник, не отрываясь от чтения.
— Дядя Сленди, ты педофилией страдаешь?
— Кто тебе это сказал?! — заорал Тощий, с перепугу выронив книжку.
— Рената…
Но Тощий уже сам куда-то испарился. «Наверное, дядя Слендер никогда не будет страдать педофилией по отношению к Ренате, бедняжка,» подумала Салли, подбирая потерянную Слендером книжку. На ней крупными буквами было написано«Всё о сексе» Алана Батдыева…
Через два часа…
— С НОВЫМ ГОДОМ! — заорали все, кто сидел за рождественским столом и подняли вместо бокалов куски торта…
Неизвестный промежуток времени…
— Шо шдесь шлушилось? — сонно пробормотал Трендер, вставая с дивана в гостиной.
Спросонья он окончательно не понял, что здесь случилась катастрофа…
Продолжение следует…
Глава 10. Экспресс-курс по празднованию Нового года для чайников и прочих бытовых приборов. Три! Похмелье, похмелье и ещё раз похмелье…
— Вот уж действительно… мама дорогая… — пробормотал Слендер, оглядывая последствия новогодней вечеринки.— Аааа… Где Рената, Никита и остальные? — поинтересовалась Энн — третий и последний пробудившийся человек (или монстр).
— Я их нашёл! — вдруг посреди гостиной появился Тренд. — Они в комнате Ренаты… но не одни.
Зайдя в комнату, вся троица слегка… охренела…
На Ренатиной кровати (на которой места хватало для человек четырёх-пяти, и ещё оставалось) дрыхла сама Рената, Никита, Жека, Елисей, Сёма, Офф и какие-то совсем незнакомые личности: вихрастый и щекастенький блондин (Казамуро Тайро из «Розарио + Вампир»), плотный светловолосый мужик (Якумо Оомори из «Токийский гуль»), худенький блондин с размазанной по лицу тушью (Наки из «Токийский гуль»), какой-то бритый мужик, внешностью напоминающий гомосека (Нико из «Токийский гуль»), одноглазый парень с неестественно жёлтыми волосами (Билл Шифр из «Гравити Фоллз»), пухлый такой беловолосый пацан с начёсом на голове, коему позавидовал бы Никита (Малыш Гидеон из «Гравити Фоллз»), да ещё красноволосый чудик в очках, тоже немного напоминающий гомосека (Грелль Сатклифф из «Тёмный дворецкий»), причём все — голые и в довольно интимных позах.
От увиденного Слендера стошнило.
— Они… они трахались? — трясущейся рукой указал на них Тощий.
— Не думаю. Спермы нет, — объяснила Энн, осматривая простыню.
— Судя по всему, у них была весёлая ночка, — заметил Трендер и указал на пирамиду из бутылок из-под спиртного, горку пакетиков с наркотой (кстати, пустых), кучу исписанных бумажек, нарисованные на полу, стенах и потолке пентаграммы и прочее. Но внимание Слендера было приковано к тюбику с жидкой белой краской.
— Вы думаете о том же, о чём и я? — спросил Ноги-Макаронины, заметив коварные выражения лиц у своих собратьев по разуму и плотоядно улыбнувшись…
— Ааау! — зевнула Оля и вдруг соскочила с постели, окончательно выйдя из царства Морфеюшки. — ДЖЕФФ, ТЫ ЧТО ТУТ ЗАБЫЛ, ТВОЮ Ж ДИВИЗИЮ?!
— Г-г-гелла?! — испуганно простонал Джефф, отползая от неё подальше. — Т-ты… Прекрасна!
— ТВОЮ Ж НАЛЕВО, я же голая! — вскрикнула Гелла, закрывая руками маленькую грудь и лобок и выталкивая Недо-Джокера ногой. — ПОШЁЛ ОТСЮДА КУДА ПОДАЛЬШЕ!
— Я тебя люблю! — в отчаяние выкрикнул Джефф, пытаясь одновременно одеть трусы и удержать Олину ногу.
Оля порозовела.
— Дурак! — сказала она больше для очистки совести. — П-постой, мы что… ТРАХАЛИСЬ?!
— Спермы нет, значит, не трахались, — заметил Джеффри, выуживая из-под одеяла кружевные полосатые трусики и швыряя их Гелле.
— Тогда… не рассказывай никому об этом, хорошо? О том что мы в одной постели голыми лежали…
— Хорошо, хорошо! — юноша прижал девушку к груди и поцеловал в лоб. — Кстати… какое сегодня число?
— Второе… — озадаченно пробормотала Оля, глядя на телефон. — Выходит… мы два дня, что ли, спали?!
Спустившись в гостиную, парочка обнаружила Чайку, Граффити, Васю, Бена, Аниту и Безглазого, напряжённо пытавшихся оценить нанесённый гостиной ущерб. На полу валялось то, что ещё несколько дней назад можно было назвать люстрой.
Страница 9 из 31
