Фандом: Гарри Поттер. Некоторые маги и ведьмы в большой тайне хранили знания ещё об одной способности зеркала ЕИНАЛЕЖ…
Добавить в моё избранное
141 мин, 52 сек 7558
— Мы не будем разрывать помолвку. Твоя бабушка права, так нам будет проще держаться вместе, если ты, естественно, не думаешь, что я согласился только потому, что хочу заполучить твоё приданое. И, конечно же, если ты вдруг действительно полюбишь кого-то, то я сразу же отпущу тебя…
— Ну, вот и молодцы, вот и разобрались, — улыбнулась Рина, поспешив прервать разговор, опасаясь, что дальнейшие расшаркивания друг перед другом доведут её подругу и брата до неприятностей, если они не смогут вовремя остановиться в своём взаимном самопожертвовании. — Скажи мне, Фиона, тебе помощь нужна?
— Нет, нет, всё хорошо, я справляюсь, мне помогает мадам Люсинда, она владеет магазинчиком напротив и заглядывает ко мне помочь с бабушкой.
— Значит, увидимся в Хогвартс-экспрессе, — подвела итог Северина.
Расцеловавшись с подругой и подхватив под руку брата, Рина выбралась на Диагон-аллею, решив поесть мороженого у Фортескью.
Встретив нескольких знакомых, которые в последний момент докупали необходимое для школы, и поохав над тем, кто, где и как отдыхал на каникулах, Рина дотащила задумчивого брата до кафе.
Пилюлю следовало подсластить, и шоколадная крошка на миндальном мороженом была как раз тем ингредиентом, что мог поднять настроение. Ну, хоть немного…
В Хогвартс-экспрессе увидеться с подругой не удалось, за праздничным столом её тоже не оказалось, хотя Рина старательно пыталась высмотреть её среди рэйвенкловцев.
После ужина она смогла перехватить профессора Флитвика, прежде чем он исчез из Большого зала, и узнала, что её подруга появится в школе через неделю.
Миссис Лаура Лайош, прабабушка Фионы, умерла вечером тридцать первого августа и подруга была занята похоронами.
Сев и Рина, спустившись в подземелья и поприсутствовав на ежегодной попойке, устраиваемой на факультете, постарались незаметно выскользнуть из гостиной, чтобы навестить совятню. Их пернатый почтальон, сова по имени Шельма, уже должна была быть там, отправившись ещё утром своим ходом из дома.
Надо было послать соболезнования и подбодрить подругу, напомнив, что друзья её ждут.
Выбравшись, как им казалось, незаметно, они обнаружили, что за ними увязался Мальсибер, оставив Эйвери и Розье развлекать девушек.
— Куда собрались? — поинтересовался он.
— Тебе что за дело? — подняв бровь, изобразил удивление Северус.
— С вами пойду. За лето, знаешь ли, соскучился, — ответил ему Рейнард, глядя при этом на Северину. — Так куда?
— В совятню, — ответила Рина, решив не обращать внимания на явный подтекст. — У Фионы бабушка умерла…
До совятни добрались быстро. Хогвартские коридоры были пусты, никто не стремился в первую же ночь бродить здесь, хотя ожидать наказания за это не приходилось — никто из профессоров не спешил сегодня патрулировать замок.
Добавив в своё письмо слова сочувствия от Мальсибера, Рина привязала свиток к ноге совы, которая не очень-то обрадовалась тому, что снова придётся лететь. Задобрив её кусочком бекона, мисс Снейп выпихнула её в ночь.
На обратном пути в гостиную они столкнулись с теми, кого совсем не ожидали увидеть — Мародёры в полном составе тоже решили навестить совятню.
— Ремус, не кажется ли тебе, что Слизерину стоит потерять баллы? — проговорил очкарик Поттер, нагло ухмыляясь и глядя на Рину.
— Тогда ему следует снять баллы и с Гриффиндора тоже, — парировала мисс Снейп. — Не лучше ли тихо разойтись?
Желание Рины не устраивать драку, впрочем, было неосуществимо, что стало понятно сразу же после того, как Рейнард произнёс:
— Что, сосунки, решили отправить записки мамочкам? Маменькины сыночки успели соскучиться по подгузникам?
Сириус, не желающий вообще ничего слышать о собственной матери, тем более с таким подтекстом и, как и все Блэки, обладающий взрывным темпераментом, выхватил палочку и зарычав, послал в Мальсибера Секо, не размениваясь на менее травмоопасные чары.
Следующие пять минут и гриффиндорцы, и слизеринцы с удовольствием и пьяным азартом пытались если и не убить, то хотя бы покалечить друг друга, и только услышав голоса спешащих в совятню профессоров, поспешили её покинуть, удивляясь тому, что остались живы и относительно целы.
Мальсибер зажимал рану на щеке, стараясь не замечать боль в ноге, мешающую ему двигаться быстрее, а лицо Северуса распухло и Рина, которая, благодаря тому, что все время оказывалась за спинами прикрывавших её парней, поэтому отделавшаяся только испорченной мантией, тащила брата по коридорам за руку, так как тот мало что видел.
Скрывшись с арены боевых действий, слизеринцы быстро привели себя в порядок и, надеясь, что всё же неплохо потрепали противника, отправились в подземелья. Насколько они знали, пирушка была ещё в самом разгаре.
— Ну, вот и молодцы, вот и разобрались, — улыбнулась Рина, поспешив прервать разговор, опасаясь, что дальнейшие расшаркивания друг перед другом доведут её подругу и брата до неприятностей, если они не смогут вовремя остановиться в своём взаимном самопожертвовании. — Скажи мне, Фиона, тебе помощь нужна?
— Нет, нет, всё хорошо, я справляюсь, мне помогает мадам Люсинда, она владеет магазинчиком напротив и заглядывает ко мне помочь с бабушкой.
— Значит, увидимся в Хогвартс-экспрессе, — подвела итог Северина.
Расцеловавшись с подругой и подхватив под руку брата, Рина выбралась на Диагон-аллею, решив поесть мороженого у Фортескью.
Встретив нескольких знакомых, которые в последний момент докупали необходимое для школы, и поохав над тем, кто, где и как отдыхал на каникулах, Рина дотащила задумчивого брата до кафе.
Пилюлю следовало подсластить, и шоколадная крошка на миндальном мороженом была как раз тем ингредиентом, что мог поднять настроение. Ну, хоть немного…
В Хогвартс-экспрессе увидеться с подругой не удалось, за праздничным столом её тоже не оказалось, хотя Рина старательно пыталась высмотреть её среди рэйвенкловцев.
После ужина она смогла перехватить профессора Флитвика, прежде чем он исчез из Большого зала, и узнала, что её подруга появится в школе через неделю.
Миссис Лаура Лайош, прабабушка Фионы, умерла вечером тридцать первого августа и подруга была занята похоронами.
Сев и Рина, спустившись в подземелья и поприсутствовав на ежегодной попойке, устраиваемой на факультете, постарались незаметно выскользнуть из гостиной, чтобы навестить совятню. Их пернатый почтальон, сова по имени Шельма, уже должна была быть там, отправившись ещё утром своим ходом из дома.
Надо было послать соболезнования и подбодрить подругу, напомнив, что друзья её ждут.
Выбравшись, как им казалось, незаметно, они обнаружили, что за ними увязался Мальсибер, оставив Эйвери и Розье развлекать девушек.
— Куда собрались? — поинтересовался он.
— Тебе что за дело? — подняв бровь, изобразил удивление Северус.
— С вами пойду. За лето, знаешь ли, соскучился, — ответил ему Рейнард, глядя при этом на Северину. — Так куда?
— В совятню, — ответила Рина, решив не обращать внимания на явный подтекст. — У Фионы бабушка умерла…
До совятни добрались быстро. Хогвартские коридоры были пусты, никто не стремился в первую же ночь бродить здесь, хотя ожидать наказания за это не приходилось — никто из профессоров не спешил сегодня патрулировать замок.
Добавив в своё письмо слова сочувствия от Мальсибера, Рина привязала свиток к ноге совы, которая не очень-то обрадовалась тому, что снова придётся лететь. Задобрив её кусочком бекона, мисс Снейп выпихнула её в ночь.
На обратном пути в гостиную они столкнулись с теми, кого совсем не ожидали увидеть — Мародёры в полном составе тоже решили навестить совятню.
— Ремус, не кажется ли тебе, что Слизерину стоит потерять баллы? — проговорил очкарик Поттер, нагло ухмыляясь и глядя на Рину.
— Тогда ему следует снять баллы и с Гриффиндора тоже, — парировала мисс Снейп. — Не лучше ли тихо разойтись?
Желание Рины не устраивать драку, впрочем, было неосуществимо, что стало понятно сразу же после того, как Рейнард произнёс:
— Что, сосунки, решили отправить записки мамочкам? Маменькины сыночки успели соскучиться по подгузникам?
Сириус, не желающий вообще ничего слышать о собственной матери, тем более с таким подтекстом и, как и все Блэки, обладающий взрывным темпераментом, выхватил палочку и зарычав, послал в Мальсибера Секо, не размениваясь на менее травмоопасные чары.
Следующие пять минут и гриффиндорцы, и слизеринцы с удовольствием и пьяным азартом пытались если и не убить, то хотя бы покалечить друг друга, и только услышав голоса спешащих в совятню профессоров, поспешили её покинуть, удивляясь тому, что остались живы и относительно целы.
Мальсибер зажимал рану на щеке, стараясь не замечать боль в ноге, мешающую ему двигаться быстрее, а лицо Северуса распухло и Рина, которая, благодаря тому, что все время оказывалась за спинами прикрывавших её парней, поэтому отделавшаяся только испорченной мантией, тащила брата по коридорам за руку, так как тот мало что видел.
Скрывшись с арены боевых действий, слизеринцы быстро привели себя в порядок и, надеясь, что всё же неплохо потрепали противника, отправились в подземелья. Насколько они знали, пирушка была ещё в самом разгаре.
Страница 26 из 40
