Фандом: Гарри Поттер. Некоторые маги и ведьмы в большой тайне хранили знания ещё об одной способности зеркала ЕИНАЛЕЖ…
Добавить в моё избранное
141 мин, 52 сек 7505
— Значит, твоя тоже, — скисла Северина, жалеючи и брата, и себя. — А почему не знаешь? Он же знает о магии, значит, ему можно объяснить…
— Он магл и ненавидит магию, а объяснить не получится, он почти всегда пьян! — заорал Снейп, поворачиваясь к новоявленной сестре и сжимая кулаки от осознания своей беспомощности.
Кое-где в соседних домах зажёгся свет и Северус поспешил к крыльцу.
«Пьян? Но как же так? Ведь Тобиас не пьёт! Или здесь, в этом мире, мама вышла замуж за другого? Или… неужели наши с Севом жизни абсолютно противоположны? Но ведь у него тоже нет матери, а если так, значит, наши судьбы в чём-то совпадут, надо только разобраться».
Задумавшись, Северина не заметила, как отстала от брата, который уже подходил к дому, и догнала его, когда он, открыв дверь, шагнул в темноту, предоставив ей возможность самой набивать себе шишки в потёмках.
Северина замерла, давая глазам привыкнуть, но тут заскрипела дверь, выпуская в коридор тусклый свет лампочки, освещавшей комнату. Она поспешила туда, стараясь не запнуться о валяющуюся вокруг обувь, бутылки и предметы, чьё назначение было трудно разглядеть в потёмках.
Комната, представшая перед её взором, напомнила ей притон. Так она и представляла то заведение, в котором обычно шайка грабителей отдыхала от дел неправедных.
Во всяком случае, примерно так он описывался в тех книгах, которые она читала у тётки. В тех, где речь шла о похищенных прекрасных дамах и спасающих их благородных кавалерах.
Репутацию притона поддерживал развалившийся ровно посередине комнаты мужчина, чей богатырский храп никак не соответствовал его хоть и длинному, но худому телу.
О том, что мужчина высокий, говорило то, что, вытянувшись, он занимал большую часть пола. Дополняли получившийся натюрморт винные бутылки и банки из-под пива, пакеты с непонятной массой, бывшей когда-то едой, огрызки яблок, рыбьи кости и жирная бумага.
Всё это, щедро разбросанное, доводило замысел художника этой картины до некой завершённости, несмотря на весь хаос, царивший вокруг.
Северус, презрительно ткнув полуразвалившимся ботинком лежащего, вызвал своими действиями усиление храпа и пьяное бормотание. Алкогольное амбре в комнате достигло пика и поспешило распространиться по дому, заполняя пространство, до этого бывшее недоступным из-за закрытой двери.
Северина, подёргав брата за рукав, спросила испуганным шёпотом:
— А нам обязательно жить здесь?
— А где же ещё? — как на полоумную уставился на неё брат.
— У меня есть немного денег. Мы бы могли снять комнату в гостинице… и может, нас возьмут на работу? — пробормотала она.
— Можно попробовать, но боюсь, мало кто захочет связываться с двумя неизвестными подростками. Не дай Мерлин, ещё и в Лютный угодим.
— Но можно ведь поискать у маглов?
— Я не очень хорошо знаком с магловским миром, да и привычней дома, и жить можно бесплатно. Хотя… знаю я одно место, здесь неподалёку. Там старый заброшенный маяк и хижина смотрителя. Туда редко кто наведывается, мы могли бы пожить там, только надо раздобыть лодку.
Северина с надеждой посмотрела на брата, но он продолжил:
— А вообще, всё это ерунда. Деньги всё равно будут нужны, к тому же и к школе подготовиться надо будет, тебе одежду купить, да и учебники, вдруг тебя не распределят на Слизерин, в этом случае понадобится второй комплект. Так что давай, двигай наверх, я сейчас покажу тебе мою комнату, будем жить там. Я, так и быть, уступлю тебе кровать.
Северина, мечтавшая заботиться о брате, почувствовала себя обманутой. Этого мальчишку не надо было защищать, он командовал ей как хотел, и оставалось только утешать себя тем, что такая ситуация создалась потому, что это она попала в его мир, а не он в её.
Но она привыкнет, разберётся, и вот тогда…
Комната была маленькая, кровать железная, а пыль покрывала все горизонтальные поверхности, давая понять, что в комнату давно никто не заходил.
Северина осторожно вошла, стараясь не прикасаться ни к чему, совсем не желая пачкать одежду.
— Сев, дай мне какое-нибудь старое мамино платье и покажи, где тут у вас тряпки, вёдра, веники, надо убрать пыль.
— Сейчас, — отозвался брат. — И мне не нравится, когда ты зовёшь меня Сев.
— А как? Я Северина, ты Северус, что, так и будем называть друг друга? Лучше сократить твоё имя до Сева, а моё до Рины. И нам проще, и другие удивляться не будут.
Братец молча вышел из комнаты. Через пару минут Рина получила ведро с водой и пару тряпок, а также стала обладательницей поношенного платья, которое ей было несколько велико, но она решила эту проблему, подпоясавшись и подоткнув подол.
Через час комната сияла и Сев, притащив две тарелки с кашей, только молча посмотрел по сторонам и одобрительно хмыкнул.
— Он магл и ненавидит магию, а объяснить не получится, он почти всегда пьян! — заорал Снейп, поворачиваясь к новоявленной сестре и сжимая кулаки от осознания своей беспомощности.
Кое-где в соседних домах зажёгся свет и Северус поспешил к крыльцу.
«Пьян? Но как же так? Ведь Тобиас не пьёт! Или здесь, в этом мире, мама вышла замуж за другого? Или… неужели наши с Севом жизни абсолютно противоположны? Но ведь у него тоже нет матери, а если так, значит, наши судьбы в чём-то совпадут, надо только разобраться».
Задумавшись, Северина не заметила, как отстала от брата, который уже подходил к дому, и догнала его, когда он, открыв дверь, шагнул в темноту, предоставив ей возможность самой набивать себе шишки в потёмках.
Северина замерла, давая глазам привыкнуть, но тут заскрипела дверь, выпуская в коридор тусклый свет лампочки, освещавшей комнату. Она поспешила туда, стараясь не запнуться о валяющуюся вокруг обувь, бутылки и предметы, чьё назначение было трудно разглядеть в потёмках.
Комната, представшая перед её взором, напомнила ей притон. Так она и представляла то заведение, в котором обычно шайка грабителей отдыхала от дел неправедных.
Во всяком случае, примерно так он описывался в тех книгах, которые она читала у тётки. В тех, где речь шла о похищенных прекрасных дамах и спасающих их благородных кавалерах.
Репутацию притона поддерживал развалившийся ровно посередине комнаты мужчина, чей богатырский храп никак не соответствовал его хоть и длинному, но худому телу.
О том, что мужчина высокий, говорило то, что, вытянувшись, он занимал большую часть пола. Дополняли получившийся натюрморт винные бутылки и банки из-под пива, пакеты с непонятной массой, бывшей когда-то едой, огрызки яблок, рыбьи кости и жирная бумага.
Всё это, щедро разбросанное, доводило замысел художника этой картины до некой завершённости, несмотря на весь хаос, царивший вокруг.
Северус, презрительно ткнув полуразвалившимся ботинком лежащего, вызвал своими действиями усиление храпа и пьяное бормотание. Алкогольное амбре в комнате достигло пика и поспешило распространиться по дому, заполняя пространство, до этого бывшее недоступным из-за закрытой двери.
Северина, подёргав брата за рукав, спросила испуганным шёпотом:
— А нам обязательно жить здесь?
— А где же ещё? — как на полоумную уставился на неё брат.
— У меня есть немного денег. Мы бы могли снять комнату в гостинице… и может, нас возьмут на работу? — пробормотала она.
— Можно попробовать, но боюсь, мало кто захочет связываться с двумя неизвестными подростками. Не дай Мерлин, ещё и в Лютный угодим.
— Но можно ведь поискать у маглов?
— Я не очень хорошо знаком с магловским миром, да и привычней дома, и жить можно бесплатно. Хотя… знаю я одно место, здесь неподалёку. Там старый заброшенный маяк и хижина смотрителя. Туда редко кто наведывается, мы могли бы пожить там, только надо раздобыть лодку.
Северина с надеждой посмотрела на брата, но он продолжил:
— А вообще, всё это ерунда. Деньги всё равно будут нужны, к тому же и к школе подготовиться надо будет, тебе одежду купить, да и учебники, вдруг тебя не распределят на Слизерин, в этом случае понадобится второй комплект. Так что давай, двигай наверх, я сейчас покажу тебе мою комнату, будем жить там. Я, так и быть, уступлю тебе кровать.
Северина, мечтавшая заботиться о брате, почувствовала себя обманутой. Этого мальчишку не надо было защищать, он командовал ей как хотел, и оставалось только утешать себя тем, что такая ситуация создалась потому, что это она попала в его мир, а не он в её.
Но она привыкнет, разберётся, и вот тогда…
Комната была маленькая, кровать железная, а пыль покрывала все горизонтальные поверхности, давая понять, что в комнату давно никто не заходил.
Северина осторожно вошла, стараясь не прикасаться ни к чему, совсем не желая пачкать одежду.
— Сев, дай мне какое-нибудь старое мамино платье и покажи, где тут у вас тряпки, вёдра, веники, надо убрать пыль.
— Сейчас, — отозвался брат. — И мне не нравится, когда ты зовёшь меня Сев.
— А как? Я Северина, ты Северус, что, так и будем называть друг друга? Лучше сократить твоё имя до Сева, а моё до Рины. И нам проще, и другие удивляться не будут.
Братец молча вышел из комнаты. Через пару минут Рина получила ведро с водой и пару тряпок, а также стала обладательницей поношенного платья, которое ей было несколько велико, но она решила эту проблему, подпоясавшись и подоткнув подол.
Через час комната сияла и Сев, притащив две тарелки с кашей, только молча посмотрел по сторонам и одобрительно хмыкнул.
Страница 5 из 40
