Инферно

Дверь открылась, и в образовавшуюся щель просунули головы Делия и Этель.

— Хм. Мисс Хардбрум, можно мне поговорить с вами? — спросила Этель. На ее лице застыло слегка нервное, но решительное выражение.

— Конечно, Этель, — она поднялась и следом за Этель вышла из комнаты, оставив Делию и Милдред наедине. Делия ходила по комнате, собирая обугленные листки бумаги, которые мисс Хардбрум подпалила своими искрами, а потом принялась чесать за ушами Моргану, которая терлась о ее лодыжки.

— Каково это, знать что мисс Хардбрум использует вашу магию? — спросила Милдред.

Делия поморщилась.

— Я ничего не чувствую, — ответила она. — Я просто сижу и смотрю, как Констанс корчится от боли, справляясь с двумя потоками магии, которые текут через ее тело. — Девушка вздохнула. — Это ужасно, видеть, как она мучается, но не сдается.

Милдред закусила губы. Она знала, что мисс Хардбрум никогда не признает, что направленная магия Делии была слишком сложной для нее и вызывала проблемы с пальцами.

— Не пойми неправильно, Констанс Хардбрум поистине замечательная ведьма, — поспешно добавила Делия. — Она похожа… Ну, не знаю, на Бэтмобиль: фантастически умная и имеющая менталитет танка. Но даже Бэтмобиль не может выдержать огня базуки. Непогрешимых людей просто нет, — с улыбкой закончила девушка.

Милдред улыбнулась в ответ и посмотрела в сторону двери, гадая, о чем там говорят Этель и мисс Хардбрум. Без сомнения, это было что-то важное как для самой Этель, так и для Делии.

Услышав вздох, девочка повернулась к Делии, которая тяжело держалась за крышку комода. Пошатываясь, девушка попятилась назад и села на кровать, сжимая руками голову.

— В чем дело? — спросила встревоженная Милдред. — Вам больно?

— Мигрень, — ответила Делия. — Так бывает, когда я сильно устаю, или когда кто-то дает мне обычный кофе вместо кофе без кофеина. Хотя обычно это начинается постепенно, а не так резко.

— Я могу что-нибудь сделать?

— У меня есть таблетки от мигрени в сумочке, — сказала Делия сквозь стиснутые зубы. — Я держу их на крайний случай. — Она все еще сжимала голову. — Боже, как же мне плохо!

Милдред взяла большую черную кожаную сумку, чтобы найти таблетки, и принялась вытаскивать из нее содержимое, пока не нашла маленький синий пакетик. Девочка передала его Делии вместе с бутылкой с водой, чтобы запить таблетки.

— Спасибо, — сказала Делия, вытаскивая одну из таблеток и поднимая голову, чтобы проглотить ее. Милдред ахнула и в шоке отступила назад. Обычно бледные, серо-голубые глаза девушки блестели, как драгоценные камни, и Милдред не могла разглядеть зрачки. К счастью, Делия, казалось, не заметила ее восклицания и прикрыла глаза, запивая таблетку водой. Когда она снова открыла их, они вернулись к своему обычному состоянию, но Милдред отказывалась верить в то, что это просто игра света. Происходило что-то странное, и она не знала, что это было. Проявление магии Делии или нечто зловещее, связанное с Агатой? Как бы там ни было, Милдред была уверена, что внезапный приступ мигрени девушки связан с этим.

Делия издала негромкий стон и еще ниже опустила голову.

— Я позову мисс Хардбрум, — взволнованно сказала Милдред. Теперь обе женщины, на которых они возлагали надежды в борьбе с Агатой, были не в лучшей форме. — Может, она даст вам зелье, способное помочь, или еще что-то.

— Поспать, — едва слышно сказала Делия. — Мне нужно поспать.

Милдред бросилась к двери.

— Мисс Хардбрум! — крикнула она в панике.

— Что случилось, Милдред? — спросила учительница, вместе с Этель выходя из-за угла.

— Это Делия. У нее разыгралась мигрень, — объяснила Милдред. — Это началось так резко. — Девочка щелкнула пальцами. — Я думаю, это как-то связано с магией. Наверное, нужно дать ей сонное зелье.

— Конечно. Этель, ты знаешь, где в лаборатории хранятся готовые зелья. Не могла бы ты принести мне одно из самых слабых, пожалуйста?

Этель кивнула и убежала в противоположном направлении, а Милдред и мисс Хардбрум снова вошли в комнату. Делия скинула сапоги и лежала на краю кровати, свернувшись в клубочек и отвернувшись от них.

— Делия? — тихо позвала мисс Хардбрум. Она подошла ближе и легонько положила руку на руку девушки. — Насколько все плохо?

— По шкале от одного до десяти, это двенадцать, — пробормотала Делия, уткнувшись лицом в руки. — Я просто хочу свернуться калачиком в своей кровати и жалеть себя. Я хочу к маме.

Никто не знал, что сказать, чтобы утешить больную, и они оставались в тишине, пока Этель не вернулась с зельем. Делия молча выпила его и мисс Хардбрум поудобнее устроила ее на кровати. Спустя пару минут девушка погрузилась в глубокий, безболезненный сон.

Три ведьмы покинули помещение.

— Мы должны, наверное, сказать директрисе, — сказала мисс Хардбрум.