Инферно

— За эти два дня я столько раз думала, что потеряю вас, Констанс, и я чувствую, что мысль об этом до сих пор бросает меня в дрожь.

Констанс благодарно улыбнулась. Честно говоря, когда она увидела, как Амелия упала в обморок после смерти Агаты, она тоже почувствовала, что сердце ее упало, а во рту появился привкус страха. И если бы она не восстанавливалась после собственной минутной слабости, то бежала бы к директрисе быстрее, чем можно было бы сказать «Инферно».

— Я думаю, что после той ледяной пустыни нам всем не помешает кружка горячего шоколада, — проворчала миссис Тапиока и отправилась на кухню. Мистер Блоссом отправился следом за ней и улыбка облегчения на его лице говорила о том, что он волновался за Марию больше, чем за кого-либо другого.

— Я согласна с миссис Тапиокой, — сказала Амелия. — Возможно, мы должны подать его в зал.

Кухарка коротко кивнула и поспешила в подземелья, оставив Амелию и Констанс одних.

— Должны ли мы? — спросила директриса, кивая в сторону большого зала, и Констанс кивнула в знак согласия. Это были чрезвычайно странные два дня, и она полагала, что еще несколько часов не принесут никому вреда, хотя и сделала себе мысленную пометку, напомнить директрисе и девочкам, что все вернулось на круги своя, а значит и школа должна вернуться к своему обычному режиму. Она подняла руку к волосам, намереваясь снова собрать их в свой обычный, тугой узел, но Амелия поймала ее за руку и покачала головой.

— Я думаю, можно сделать это и позже, — сказала она с улыбкой. — Еще несколько минуть легкомыслия не повредят вашей репутации, Констанс.

Констанс хотела запротестовать, но веселый огонек в глазах директрисы сказал ей, что это будет совершенно бесполезно, и она нехотя согласилась. Идя по коридорам, она думала о том, что ей предстоит обсудить с директрисой.

Когда они вошли в большой зал, девочки небольшой группой сидели за столом. Имоджен, Давина и Алджернон тоже были тут и пытались создать некое подобие порядка. Убедившись, что все на месте и никто не впал в истерику, Констанс отвела Амелию в сторону.

— В чем дело? — обеспокоенно спросила директриса свою заместительницу.

— Магия Делии, — объяснила она. — Там, в лесу, прежде чем она очнулась, я почувствовала, что ее магия оставила меня. — Она немного помолчала, думая, как правильно сформулировать следующее предложение. — Сила Делии ушла. У нее больше нет наследственной магии. В сущности, она больше не Связь.

— Что? — ахнула Амелия. — Как?

— Я до конца не уверена, — сказала Констанс, —, но моя теория заключается в том, что девушка потратила ее, чтобы перенести всех нас и замок в мир живых. — Она вздохнула. — Это была она, директриса. Ей нужен был только Экберт и моя помощь, чтобы сдвинуться с мертвой точки, так сказать. Я, честно говоря, никогда раньше не видела ведьму, источающую столько сырой магии, даже в самом разгаре магических боев.

— Неудивительно, что она упала в обморок, — вздохнула Амелия. — Но не означает ли это, что ее снова будет преследовать эффект Фостера? Ребенок двух магов, но без магии?

Констанс покачала головой, хотя у нее не было стопроцентной уверенности.

— Это довольно естественный процесс. Такое случалось раньше, но обычно у очень старых ведьм и волшебников, которые продлевали свою жизнь неестественным способом и не имели на это достаточно магии.

— Но что это значит для Делии? — спросила Амелия.

— Это означает, — тихо сказала Констанс, — что она обычная девушка, без магического потенциала вообще. И я уверена, что она будет чрезвычайно рада это услышать.

Амелия кивнула и замолчав, две ведьмы услышали в коридоре приближающиеся шаги. В большой зал вошли Экберт и Делия, и девочки издали общий ликующий вопль. Делия в миг покраснела и улыбнулась.

Констанс посмотрела на девушку, с которой успела невероятно сблизится. Делия ворвалась в их жизнь как вихрь, и несомненно, выполнила свое предназначение, как один из самых мощных магов в мире, несмотря на все препятствия, которые ей пришлось преодолеть. Она заслужила искреннюю благодарность за то, что спасла их всех. Констанс было грустно от того, что Делии придется оставить мир магии, но она понимала, что для самой девушки так будет лучше. Это был не мир Делии и Делия хорошо понимала это. Констанс знала, что Делия была бы гораздо счастливее и ощущала бы себя гораздо комфортнее, если бы просто смогла вернуться в свой книжный магазин и забыть обо всем, будто этого никогда и не было, хотя едва-ли все это можно забыть. Для Делии было бы гораздо лучше, оставить магический мир позади.

В зал вошла миссис Тапиока, которую сопровождал мистер Блоссом, неся в руках дымящийся котел с горячим шоколадом. Девочки переключились на кружки с горячим напитком и Делия была избавлена от смущающего ее внимания. Девушка подошла к Амелии и Констанс, в то время, как ее отец встал в очередь за горячим шоколадом.