Холод

Первый час слежки только начал подходить к концу, а Северус уже почти не чувствовал пальцев ног. Все получилось ужасно глупо, они с Гойлом следили за Хартом от самого Министерства и никак не могли ожидать, что он направится не домой, где его уже поджидали остальные Пожиратели, а прямиком к своей любовнице. Снейп подозревал, что она занималась чем-то не вполне законным, а как иначе можно объяснить проживание в таком отдалении от цивилизации? Аргументом к тому же были и охранные заклинания, направленные не столько на препятствие незнакомцам, сколько на оповещение хозяйки дома. И, конечно же, целый комплекс заклинаний против аппарации, да что там, Северус даже патронуса отправить остальным не мог — слишком чувствительными были чары.

— Снейп, ну давай, а? — Гойл-старший беспрерывно ныл последние минут двадцать. — Давай хоть костер разожжем, я ж не настаиваю на магии, ну.

Северус посмотрел на спутника и поморщился — лицо Гойла постепенно приобретало нежно-фиолетовый оттенок, а зубы стучали так, что любовница Харта вполне могла выйти проверить, не пожаловали ли к ним гости.

Все катилось к черту, и это раздражало Снейпа своим несовершенством, давило ожиданием реакции Темного Лорда на подобные неурядицы.

— Ладно, ты меня убедил, — Гойл вскинул взгляд, полный такой надежды, что Северусу в тот же миг стало тошно, — отойди отсюда на милю и аппарируй к господину. Расскажешь ему что случилось, извинишься…

Гойл вскинулся и открыл рот, собираясь указать на отсутствие его вины, но Снейп, не слушая, продолжил:

— Извинишься и сделаешь все, что он скажет. А я пока присмотрю за Хартом.

Усмотрев в предложенном плане перспективу согреться, Гойл даже не стал возражать, с трудом поднялся с выступающего корня дерева, на котором сидел все это время, и тяжело поковылял в сторону дороги.

Снейп только вздохнул и присел на его место. Ему тоже было холодно. Никто даже не догадывался о таинственной любовнице, он и не думал, что придется провести вечер в заснеженном лесу, который вчерашняя буря превратила в кошмар авангардиста. Северус даже пальто взял легкое, угольно черное, практически не греющее, зато внушающее ужас суеверным маглам.

Спустя еще четверть часа стало абсолютно все равно, разжечь костер или пойти просить погреться у счастливых влюбленных. Снейп видел отблески каминного огня в окнах дома, и помимо воли завидовал людям, чей нос не грозил отвалиться от неловкого движения.

— Северус.

Он даже не услышал хлопка аппарации, только ледяной голос, от которого вдруг стало еще холоднее.

— Мой Лорд.

Снейп подумал, что из всех магов, что он когда-либо знал, именно у Волдеморта могло получиться аппарировать так, чтобы не потревожить не одну из нитей заклинания, опутывающих территорию вокруг дома.

— Мой Лорд, мне жаль, мы не знали, что у него кто-то есть.

Северус смотрел в ледяные глаза и недоумевал, что Темный Лорд здесь делает. Гойл рассказал ему все. Логичнее было бы, если бы Волдеморт прислал Крэбба или Лестрейндж составить ему компанию. Однако знакомый пристальный взгляд пронизывал сейчас именно его, Северуса, душу.

— Я так и понял, Северус, — Лорд сделал пару шагов в направлении домика, в котором скрылся Харт, — ты не все предусмотрел.

И хотя обвиняющей интонации не было и в помине (Темный Лорд говорил своим обычным безразличным тоном), Снейп почувствовал отчетливое желание снова начать извиняться.

— Ты знаешь, а здесь холодно, — стандартное замечание о погоде никак не вязалось с сосредоточенностью, с которой Волдеморт прощупывал тулуп защитных и оповещающих заклинаний, охватывающий дом. — И я не чувствую тут мага, способного на чары такого рода.

Снейп подумал, что это должно быть женщина Харта, сам он, банальная министерская крыса, не мог создать чего-то подобного. Северус поделился этой мыслью с Лордом, но тот уже не услышал, полностью погрузившись в хитросплетение магии.

Следующие полчаса прошли в молчании, и, хотя Снейпу не стало ни на градус теплее, он не мог жаловаться на то, как провел это время. Северус наслаждался работой мастера. Волдеморт колдовал так же естественно, как жил. Казалось, он вообще не чувствует преграды между материальным и магическим миром. Четкие, отточенные движения палочки, экономные и без лишнего позерства, завораживали. Снейп наблюдал за тем, как защитные заклинания меняют свою природу, подчиняясь воле и знаниям существа, намного более сильного, чем сам Северус, и чувствовал безмерное восхищение перемешанное с иррациональной гордостью за то, что имеет право видеть что-то поистине прекрасное.

Волдеморт закончил резко, неожиданно, и, не дожидаясь Снейпа, быстрым шагом пошел к дороге. Северус слегка растерялся: должен ли он следить за Хартом? Или после того, что сделал Темный Лорд это уже не нужно?

— Северус, — обернувшийся Волдеморт подзывал его к себе, — ты собрался остаться здесь на ночь?