Фандом: Ориджиналы. Что ждет людей, когда боги вернутся на Землю? Рабство? А что будет с анкийцами, и готовы ли они дать отпор высшей расе или же анкийский и земной мир ждет второй Освенцим?
Добавить в моё избранное
604 мин, 30 сек 7944
— Что-то она рано, — в голосе Ангелы сквозило недовольство.
— Канцлер? — Бен непонимающе сдвинул брови и заглянул в спальню, но Ривка все так же сладко спала, полностью скинув одеяло.
— Мисс Новак, — раздался голос Ривки в трубке, — вынуждена перенести нашу встречу на пятнадцать минут раньше, так как через полчаса у меня видео-конференция с главами ЕС.
— Мама, она у тебя в кабинете?
— Бен, я перезвоню позже, у нас немного сдвинулся график, — не попрощавшись, Ангела просто положила трубку, оставив сына в замешательстве.
Он смотрел на Ривку и только что слышал ее голос в трубке. Может, он что-то недопонял? С подозрением приблизившись, Бен взглянул на ее руки, вдруг заметив странную вещь — на безымянном пальце не было ни кольца, ни следа от него, а сейчас, присмотревшись получше, он вдруг обнаружил, что волосы, попавшие под солнечные лучи, немного отдают в рыжину, чего он раньше точно не замечал, хотя нет, у Ривки тоже, подобно эффекту хамелеона, иногда менялся цвет волос в зависимости от времени суток. Она говорила о том, что у нее довольно много рыжего пигмента в волосах, хотя всегда оставалась блондинкой. Но он точно помнил, что волосы Ривки были короче… Бен тронул ее за плечо, призывая к пробуждению. Из-за вертевшегося у него на языке вопроса она может счесть его сумасшедшим, особенно по утру.
Ривка потянулась и открыла глаза, глядя на него мягко, выглядя довольной и сытой.
— Доброе утро, — он постарался придать голосу уверенности, но она на миг сощурилась и тронула ухо, поправив наушник, который забыла снять на ночь.
— Повтори, что ты сейчас сказал? — она поднялась на постели и захватила его скулу ладонью, ведя себя более чем непринужденно.
Он убрал ее ладонь, чувствуя неладное, но тут же приблизился, обезоружив ее поцелуем, резким движением буквально выдернул наушник из ее уха и сразу же отстранился, поднявшись на ноги, однако она ничего не сказала, мрачно сложив на груди руки.
— Что это такое? — Бен рассмотрел немного странный прибор у себя на ладони, отдаленно похожий на гарнитуру, но имевший длинный ус со световым индикатором на конце, который, похоже, уходил вглубь уха.
И она ответила… Ответила на знакомом слуху языке, который Бен последний раз слышал многие десятки лет назад на курсах в Нью-Бабили на факультативе мертвых языков и едва ли помнил хотя бы малую часть программы, однако запомнил звучание, похожее на иврит. Поднявшись с кровати, она продолжала говорить на мертвом языке Нибиру, использовавшимся только в программировании анкийской электроники. Стало ясно, что прибор в его ладони был усовершенствованным переводчиком, который ему поневоле пришлось вернуть, чтобы потребовать объяснений. Нажав небольшую кнопку, женщина, которая явно не являлась его Ривкой, привела в действие ус, который, едва оказавшись у уха, втянулся внутрь.
— Кто ты? — он отступил на шаг, не на шутку испугавшись.
— Разве нам было не хорошо сегодня ночью? — она, напротив, приблизилась, не стесняясь своей наготы.
Бен насторожился, оставшись стоять на месте, только напрягся всеми мышцами, готовый принять любой удар. И да, он уже знал ответ, потому что знал, на кого была похожа Ривка со слов матери, вот только не хотел себе в этом признаваться, а богиня, глядящая на него, почувствовав свою силу, провела ладонью по его груди, снова начиная игру.
— Инанна… — выдохнул он, но звук собственного имени ни капли не удивил её.
— Ты мне понравился, — сообщила она уверенно и неуместно. — Пожалуй, твоя связь с женщиной Мардука, так похожей на меня, может нам пригодиться…
— Директор, доброе утро, — Сидни оказалась рядом, неся в руках папку с документами, и выглядела равнодушной к происходящему. — В девять у вас встреча с коммерческим директором по поводу бракованной партии в Эйлате, а потом…
— Сидни, — Яэль, взвинченная до предела, но при этом выглядящая спокойной, закрыла дверь своего кабинета, оставив телохранителя снаружи, — расскажи мне, что происходит в офисе.
— Канцлер? — Бен непонимающе сдвинул брови и заглянул в спальню, но Ривка все так же сладко спала, полностью скинув одеяло.
— Мисс Новак, — раздался голос Ривки в трубке, — вынуждена перенести нашу встречу на пятнадцать минут раньше, так как через полчаса у меня видео-конференция с главами ЕС.
— Мама, она у тебя в кабинете?
— Бен, я перезвоню позже, у нас немного сдвинулся график, — не попрощавшись, Ангела просто положила трубку, оставив сына в замешательстве.
Он смотрел на Ривку и только что слышал ее голос в трубке. Может, он что-то недопонял? С подозрением приблизившись, Бен взглянул на ее руки, вдруг заметив странную вещь — на безымянном пальце не было ни кольца, ни следа от него, а сейчас, присмотревшись получше, он вдруг обнаружил, что волосы, попавшие под солнечные лучи, немного отдают в рыжину, чего он раньше точно не замечал, хотя нет, у Ривки тоже, подобно эффекту хамелеона, иногда менялся цвет волос в зависимости от времени суток. Она говорила о том, что у нее довольно много рыжего пигмента в волосах, хотя всегда оставалась блондинкой. Но он точно помнил, что волосы Ривки были короче… Бен тронул ее за плечо, призывая к пробуждению. Из-за вертевшегося у него на языке вопроса она может счесть его сумасшедшим, особенно по утру.
Ривка потянулась и открыла глаза, глядя на него мягко, выглядя довольной и сытой.
— Доброе утро, — он постарался придать голосу уверенности, но она на миг сощурилась и тронула ухо, поправив наушник, который забыла снять на ночь.
— Повтори, что ты сейчас сказал? — она поднялась на постели и захватила его скулу ладонью, ведя себя более чем непринужденно.
Он убрал ее ладонь, чувствуя неладное, но тут же приблизился, обезоружив ее поцелуем, резким движением буквально выдернул наушник из ее уха и сразу же отстранился, поднявшись на ноги, однако она ничего не сказала, мрачно сложив на груди руки.
— Что это такое? — Бен рассмотрел немного странный прибор у себя на ладони, отдаленно похожий на гарнитуру, но имевший длинный ус со световым индикатором на конце, который, похоже, уходил вглубь уха.
И она ответила… Ответила на знакомом слуху языке, который Бен последний раз слышал многие десятки лет назад на курсах в Нью-Бабили на факультативе мертвых языков и едва ли помнил хотя бы малую часть программы, однако запомнил звучание, похожее на иврит. Поднявшись с кровати, она продолжала говорить на мертвом языке Нибиру, использовавшимся только в программировании анкийской электроники. Стало ясно, что прибор в его ладони был усовершенствованным переводчиком, который ему поневоле пришлось вернуть, чтобы потребовать объяснений. Нажав небольшую кнопку, женщина, которая явно не являлась его Ривкой, привела в действие ус, который, едва оказавшись у уха, втянулся внутрь.
— Кто ты? — он отступил на шаг, не на шутку испугавшись.
— Разве нам было не хорошо сегодня ночью? — она, напротив, приблизилась, не стесняясь своей наготы.
Бен насторожился, оставшись стоять на месте, только напрягся всеми мышцами, готовый принять любой удар. И да, он уже знал ответ, потому что знал, на кого была похожа Ривка со слов матери, вот только не хотел себе в этом признаваться, а богиня, глядящая на него, почувствовав свою силу, провела ладонью по его груди, снова начиная игру.
— Инанна… — выдохнул он, но звук собственного имени ни капли не удивил её.
— Ты мне понравился, — сообщила она уверенно и неуместно. — Пожалуй, твоя связь с женщиной Мардука, так похожей на меня, может нам пригодиться…
Глава 12
Заходя в офис на севере Тель-Авива, Яэль ловила на себе подозрительные взгляды, в каждом из которых сквозили неприязнь и осуждение, а порой и неприкрытый страх. Нешема, разговаривавшая с Сидни, её ассистенткой, притихла, и в ее карих глазах застыл перманентный ужас. Все прекрасно знали, кем является дочь Яэль. Она пришла на работу просто потому, что уже не могла скрываться от коллег. Акции компании, невзирая на известия, подскочили в цене, и Яэль была уверена, что кто-то в этом помог. От Ривки не было вестей и даже звонков с самого объявления о существовании новой расы — почти десять дней, зато охрана, присланная ею, не отходила ни на шаг, а дом на Мазе рехов превратился в тюрьму, которая была вечно окружена надзирателями. Соседи не здоровались, разве что только Раубфогели, которые, посетив пункт психологической помощи, резко встали на сторону анкийцев и больше не смели осуждать Яэль и ее дочь.— Директор, доброе утро, — Сидни оказалась рядом, неся в руках папку с документами, и выглядела равнодушной к происходящему. — В девять у вас встреча с коммерческим директором по поводу бракованной партии в Эйлате, а потом…
— Сидни, — Яэль, взвинченная до предела, но при этом выглядящая спокойной, закрыла дверь своего кабинета, оставив телохранителя снаружи, — расскажи мне, что происходит в офисе.
Страница 81 из 169
