Паутинка

Для Северуса Снейпа в праздничных днях никогда не было ничего необычного. Никакого духа Рождества, волшебства ночи сочельника и прочей ерунды. Просто выходные дни, возможность отдохнуть посередине учебного года. Всего лишь Рождество, всего лишь каникулы. Вот только книжечка с расписанием поездов была заложена им на определенной странице и время прибытия поездов из Эдинбурга тщательно подчеркнуто карандашом.

Кого он обманывал, делая вид, что не ждет, когда Драко приедет из своего университета? Он ждал, смущался этого, но ждал до учащенного сердцебиения. Драко пообещал приехать на каникулы, сказав по телефону, что скучает по Северусу и хочет его видеть. Удивительно.

В это утро все валилось из рук, лампочка в прихожей с треском разлетелась, с потолка упал кусок штукатурки. Старый дом явно показывал, что давно готов к ремонту, вот только хозяин все не соберется. Северус не был параноиком, но настроение портилось. Это просто волнение перед приездом Драко, успокаивал он себя.

К вечеру Северус понял, что нужно просто сесть и перестать пытаться что-либо делать, иначе действительно придется заняться ремонтом.

Вот оно, звук открывающегося замка, быстрые шаги, ворвавшийся вместе со свежим воздухом запах табака и одеколона. Драко прошел в гостиную, неловко обнял Северуса, присев к нему на колени. Холодное пальто, мокрый от снега шарф, лицо, которое снилось каждую ночь. Он прижал Драко к себе и никак не мог разомкнуть объятий, до боли в сердце переживая первые минуты встречи после долгого расставания, боялся сказать слово, а вдруг не сможет сдержаться и прорвутся глупые сантименты. Лучше молчать, жадно вдыхая запах, и потихоньку успокаиваться. Разжимались тиски вечной неуверенности — приехал, здесь, рядом.

— Задушишь, — сказал Драко куда-то ему в грудь.

— Молчи.

Драко потянулся к пуговицам на его рубашке, чертыхнулся, скинул с себя пальто и шарф, вернулся к пуговицам, Северус поднял его голову и поцеловал в губы. Больно, чуть ли не рыча, они снова узнавали друг друга. Это были даже не поцелуи, а метки, яростные и что-то доказывающие.

— Я привез подарок, — отстраняясь, сказал Драко.

— Какой еще подарок? — Северус дернул его за волосы.

— Отпусти меня, узнаешь.

— Отпустить? Знаешь ли ты, сколько мне должен за время своего отсутствия?

Драко потерся носом о нос Северуса.

— Я тоже очень скучал по тебе.

— Будем ужинать? — Противореча своему вопросу, Северус снял свитер с Драко.

— Глупости какие, ужинать, — прошептал Драко, приподнимаясь и стаскивая с себя брюки.

Северус не мог объяснить, что происходит с ним в эти дни. Он чувствовал себя увязшим в тонкой, неверной паутинке, сотканной из улыбок, поцелуев, прикосновений, что так щедро дарил ему Драко. Да, это было легковесно, зыбко, это было почти неправдой, но тепло от их близости, от ночей, в которых он засыпал, прижимая к себе Драко, заставляло тревожные мысли уходить прочь. Может и правда, какая-то благодать сходила с небес, пусть всего на одну неделю в году.

— О боже, Северус, я сейчас умру, — простонал Драко, уткнувшись лицом прямо в обеденный стол.

— Нет, не умрешь, примешь все до конца, — Северус остановился на долю секунду, нежно погладил Драко по заднице и снова глубоко в него вошел.

Драко привычно спровоцировал его этим утром, когда пытался накормить тостами с медом и увлекся соблазнением, слизывая мед со своих пальцев и картинно закатывая глаза от наслаждения. За что сейчас и рассчитывался, все сильнее прогибаясь в пояснице.

Северус мог бы трахать его вечно, придерживать за бедра, дуть на тонкий светлый пух, растущий вдоль позвоночника, ловить и запоминать стоны и всхлипы удовольствия, что издавал Драко. Он перевернул Драко на спину, поднял его ноги, чмокнул в коленку и отпустил на волю уже ничем не сдерживаемое желание, двигаясь все быстрее.

Звук капающего по карнизу дождя привел Северуса в чувство, он тряхнул головой и встретился взглядом с Драко. Тот смотрел на него почему-то обиженно.

— Что случилось? — настороженно спросил Северус.

Драко рассмеялся:

— Все хорошо, ты просто решил затрахать меня до чертиков и отключился, когда кончал.

Довел все-таки до умопомрачения! «Брать мальчишку на собственной кухне, едва спустив с него пижамные штаны, просто как кролик. Что дальше, Северус?» — размышлял он, стоя под душем.

— Должен сказать, — с трудом усаживаясь на стул, чтобы действительно поесть, говорил Драко, — что такие завтраки должны войти в постоянное меню.

— Такие завтраки тем и хороши, что они спонтанны, — Северус осекся, фраза была в стиле «кроликов». Флирт и провокация, провокация и флирт, а за этим следуют снятые штаны и забрызганные спермой поверхности.

— Обожаю, когда ты такой, — Драко взялся за многострадальные тосты.