Паутинка

А-а-а, ты про Асторию, ну она же невозможная совершенно. Это такая манера общения у человека: любит всех трогать, гладить, считает, что это придает ей шарма. На самом деле, она еще ребенок.

Северус фыркнул, один ребенок рассказывает ему про другого.

— Ты как будто не видишь разницы между нами, даже не разницы, а пропасти: возраста, статуса да абсолютно всего. Даже то, что ты любишь подобные шумные сборища, тебе льстит внимание людей, девушек, да-да, не спорь.

— Как мне еще доказать, что я действительно не вижу препятствий для наших отношений? Мы оба свободны, не женаты, так какого черта? Какие еще могут быть препятствия? А про статус — это просто смешно, я обычный бедный студент, а то что сегодня изображала из себя тетя, производит впечатление только на нее саму и ее компанию старых, побитых молью снобов. Северус, я повторю это все тысячу раз, лишь бы ты меня услышал и поверил, — облачка пара вылетали изо рта при каждом слове Драко, светлые брови сошлись в одну ломаную линию.

— Давай все-таки возьмем такси, ты совсем замерз, — Северус поднял воротник его пальто и быстро провел рукой по щеке.

— Может, выпьешь что-нибудь? — Драко стоял перед Северусом, сидящим в кресле в гостиной.

— Может, что-нибудь и выпью.

— Ну да, сборище было тягостным, согласен, — Драко принес с кухни бутылку шерри. — Это все, что у тебя есть? Шерри? К нему явно не хватает кексов с изюмом, — Драко разлил ликер в две рюмки и уселся в ногах Северуса, подав ему шерри.

— Тебе бы хотелось более веселой вечеринки? С большим количеством девушек и молодых парней? — хмыкнул он.

— Северус, сейчас, пока мы ехали в такси, я думал, что же должен сказать тебе?

— Что надумал? — не своим голосом спросил Снейп.

Драко встал на колени, вгляделся в его лицо, пригладил серебристые пряди в густых черных волосах Северуса.

— Я люблю тебя… И я буду таким, каким ты захочешь меня любить.

Черты лица Северуса на мгновение расслабились, во взгляде промелькнуло удовлетворение. Он поверил, тонкая неверная паутинка превращалась в правду.

— Пойдем спать, Драко, — Северус поднялся, поставил рюмку на столик и подал ему руку.

Этой ночью все было по-другому, Северус ощущал, что Драко отдается полностью, он весь его, до самой последней эмоции. Раскинувшись под ним, Драко тяжело дышал, смотрел в глаза, как будто отдавая и свою душу, а не только тело. Он растворялся в Северусе, опьяняя его этим. Колени и локти Драко были красными от трения об простыни, но он послушно перевернулся, раздвигая ноги, приглашая продолжить.

Северус наклонился пониже, провел рукой по шее Драко, чуть сжал ее двумя пальцами. Драко отрывисто вздохнул, его глаза закатились.

— Еще, — выдохнул он, вздрагивая.

Держа его за шею, снова наклоняясь и прикусывая нежную кожу, Северус ни на секунду не останавливался, Драко стонал и словно в бреду просил еще.

— Столько, сколько захочешь, — Драко разбудил в нем что-то еще неизвестное самому Северусу. Это что-то, обезумев от вседозволенности, сминало под собой тонкое тело, ставило болезненные засосы и рычало от восторга.

Драко проснулся в рассветном сумраке, Северус лежал к нему спиной, в темноте белело его голое плечо, Драко провел по нему рукой, кожа была холодной и гладкой. Он осторожно коснулся плеча губами, ощутив запах мыла с ноткой кедра. В тишине этой спальни, где вчера были расставлены все точки в их отношениях, Драко едва ли не в первый раз в жизни обрел внутреннее спокойствие. И если для этого нужно отдать часть себя, то оно того стоит. Он понял, что взамен получит нечто неизмеримо больше. Любовь.