Фандом: Гарри Поттер. Что такое «не везёт» и как с этим бороться.
Добавить в моё избранное
18 мин, 3 сек 16061
И не в том было дело, что он наивно мечтал о счастливой семье и уважении в собственном доме. И не в том, что его судьбой оказался такой совершенно не подходящий ему человек. К несправедливости Гарри привык с детства, но!
Трагичность ситуации заключалась в том, Мерлин раздери исчезающую магию, Британию и фатальную геройскую невезучесть, что Снейп вообще-то — мужчина! И родить хотя бы одного ребёнка в течение ближайшей пары лет он ну никак не сможет.
Так же как и Гарри.
И вот это уже был не эндшпиль, а самый настоящий пиздец!
Не то чтобы друзья не пытались Гарри помочь.
Рон фонтанировал лихими и заранее невыполнимыми планами по тайной эмиграции Гарри за пределы Британии (как будто это было возможно в условиях, когда каждый волшебник из Списка контролировался чарами Надзора), а Гермиона вообще предложила себя в качестве суррогатной матери.
После её подробного и натуралистического описания процесса инсеминации, заканчивающегося тем, что их со Снейпом смешанную сперму поместят в её матку, Драко позеленел и заявил, что ещё одно слово и его сперма больше в её матку точно никогда не попадёт. Естественным путём. И экспрессивно добавил, что все магглы извращенцы.
Разгорающуюся семейную сцену прервал Гарри.
— Погоди, если сперма смешанная, то и ребёнок, получается, будет общим, так?
— Ну-у, — замялась подруга. — Вообще-то нет. Это просто будет случайный выбор — чей сперматозоид…
Малфой в красках изобразил, что его вот-вот стошнит.
— Но тогда у одного из нас в любом случае ребёнок не родится, Гермиона, — грустно констатировал Гарри. — И лотерея на самом деле будет заключаться в том, кто из нас потеряет свою магию.
— Можно вживить мне только твою… — начала было она, но осеклась. Да, это был не выход.
Гарри даже представить не мог, что вдруг станет обычным. Магглом.
Это было невыносимо настолько, что просто жить не хотелось от таких перспектив.
А насколько мучительной такая перспектива казалась Снейпу? Ведь чтобы свыкнутся со своей магией, у него было в два раза больше времени.
И хотя Гарри бесился, когда его превозносили как Героя, Спасителя, Паладина Света и так далее, но железобетонные светлые принципы в его жизни действительно были. И предать он не мог. Только не Снейпа. Ему и так по жизни постоянно прилетало, в том числе от людей с фамилией Поттер. Так сколько же можно? Он ведь не железный: жизнью битый, Лордом обиженный, Дамблдором обманутый, Лили брошенный, змеей кусанный, молью траченный!
Итак, проблема виделась неразрешимой, и Гарри решил поступить так, как всегда поступают настоящие мужчины в подобных ситуациях.
Ну да, упиться в хлам.
Через три дня он понял, что и тут не повезло, а алкоголь — это, к сожалению, не его метод решения проблем. Головная боль слишком ярко напоминала ему о давешних видениях от Волдеморта, тошнота тоже не добавляла радости, и в целом паршивость ситуации от неумеренных возлияний только возрастала.
Тогда Гарри решил перейти к другому виду наркотиков и засел за книги. По-своему это оказалось так же головоболительно (с непривычки) и мозгокусательно (в принципе).
А уж когда долгие поиски в библиотеке Блэков привели его к лабораторным журналам предков Сириуса с описаниями их оригинальных опытов… Гарри почти вернулся к алкогольному методу снятия стресса. Но, представив себе, что прочитанное может ему привидеться в белой горячке, подверг не зарекомендовавший себя метод окончательному остракизму и решил догоняться Умиротворящим бальзамом.
Однако красочные иллюстрации, изображающие поэтапное преобразование тела в результате ритуала мужской беременности, ещё долго снились ему вместе с описаниями мучительной смерти подопытных.
Определённо, рожать должна женщина!
И это натолкнуло Гарри на одну мысль…
Поиски были долгими и рисковали стать бесконечными, если бы не помог Финеас, с портретом которого Гарри последнее время часто советовался. Именно бывший директор Хогвартса подсказал ему, где можно поискать возможность для реализации самых невероятных идей.
Гримуар назывался «Десять необратимых ритуалов для сумасшедших магов», и по прочтении Гарри был целиком и полностью согласен с таким названием. Но, тем не менее, книга предлагала реальное решение: сварив зелье по указанному рецепту, который был едва ли не древнее Мерлина, и произнеся зубодробительное заклинание, волшебник мог поменять свой пол. Но только один раз!
Никаких отмен, передумать невозможно, отказаться нельзя.
Готов ли Гарри, говоря выспренно, отказаться от своей мужественности ради магии?
Это был действительно сложный, по-настоящему мучительный выбор! Он чуть с ума не сошёл, пытаясь справиться с нахлынувшей паникой. Эмоции совершенно не поддавались контролю.
Взять себя в руки ему помогла простая мысль: он спасает не только свою магию, а, почти наверняка, ещё и чужую жизнь.
Трагичность ситуации заключалась в том, Мерлин раздери исчезающую магию, Британию и фатальную геройскую невезучесть, что Снейп вообще-то — мужчина! И родить хотя бы одного ребёнка в течение ближайшей пары лет он ну никак не сможет.
Так же как и Гарри.
И вот это уже был не эндшпиль, а самый настоящий пиздец!
Не то чтобы друзья не пытались Гарри помочь.
Рон фонтанировал лихими и заранее невыполнимыми планами по тайной эмиграции Гарри за пределы Британии (как будто это было возможно в условиях, когда каждый волшебник из Списка контролировался чарами Надзора), а Гермиона вообще предложила себя в качестве суррогатной матери.
После её подробного и натуралистического описания процесса инсеминации, заканчивающегося тем, что их со Снейпом смешанную сперму поместят в её матку, Драко позеленел и заявил, что ещё одно слово и его сперма больше в её матку точно никогда не попадёт. Естественным путём. И экспрессивно добавил, что все магглы извращенцы.
Разгорающуюся семейную сцену прервал Гарри.
— Погоди, если сперма смешанная, то и ребёнок, получается, будет общим, так?
— Ну-у, — замялась подруга. — Вообще-то нет. Это просто будет случайный выбор — чей сперматозоид…
Малфой в красках изобразил, что его вот-вот стошнит.
— Но тогда у одного из нас в любом случае ребёнок не родится, Гермиона, — грустно констатировал Гарри. — И лотерея на самом деле будет заключаться в том, кто из нас потеряет свою магию.
— Можно вживить мне только твою… — начала было она, но осеклась. Да, это был не выход.
Гарри даже представить не мог, что вдруг станет обычным. Магглом.
Это было невыносимо настолько, что просто жить не хотелось от таких перспектив.
А насколько мучительной такая перспектива казалась Снейпу? Ведь чтобы свыкнутся со своей магией, у него было в два раза больше времени.
И хотя Гарри бесился, когда его превозносили как Героя, Спасителя, Паладина Света и так далее, но железобетонные светлые принципы в его жизни действительно были. И предать он не мог. Только не Снейпа. Ему и так по жизни постоянно прилетало, в том числе от людей с фамилией Поттер. Так сколько же можно? Он ведь не железный: жизнью битый, Лордом обиженный, Дамблдором обманутый, Лили брошенный, змеей кусанный, молью траченный!
Итак, проблема виделась неразрешимой, и Гарри решил поступить так, как всегда поступают настоящие мужчины в подобных ситуациях.
Ну да, упиться в хлам.
Через три дня он понял, что и тут не повезло, а алкоголь — это, к сожалению, не его метод решения проблем. Головная боль слишком ярко напоминала ему о давешних видениях от Волдеморта, тошнота тоже не добавляла радости, и в целом паршивость ситуации от неумеренных возлияний только возрастала.
Тогда Гарри решил перейти к другому виду наркотиков и засел за книги. По-своему это оказалось так же головоболительно (с непривычки) и мозгокусательно (в принципе).
А уж когда долгие поиски в библиотеке Блэков привели его к лабораторным журналам предков Сириуса с описаниями их оригинальных опытов… Гарри почти вернулся к алкогольному методу снятия стресса. Но, представив себе, что прочитанное может ему привидеться в белой горячке, подверг не зарекомендовавший себя метод окончательному остракизму и решил догоняться Умиротворящим бальзамом.
Однако красочные иллюстрации, изображающие поэтапное преобразование тела в результате ритуала мужской беременности, ещё долго снились ему вместе с описаниями мучительной смерти подопытных.
Определённо, рожать должна женщина!
И это натолкнуло Гарри на одну мысль…
Поиски были долгими и рисковали стать бесконечными, если бы не помог Финеас, с портретом которого Гарри последнее время часто советовался. Именно бывший директор Хогвартса подсказал ему, где можно поискать возможность для реализации самых невероятных идей.
Гримуар назывался «Десять необратимых ритуалов для сумасшедших магов», и по прочтении Гарри был целиком и полностью согласен с таким названием. Но, тем не менее, книга предлагала реальное решение: сварив зелье по указанному рецепту, который был едва ли не древнее Мерлина, и произнеся зубодробительное заклинание, волшебник мог поменять свой пол. Но только один раз!
Никаких отмен, передумать невозможно, отказаться нельзя.
Готов ли Гарри, говоря выспренно, отказаться от своей мужественности ради магии?
Это был действительно сложный, по-настоящему мучительный выбор! Он чуть с ума не сошёл, пытаясь справиться с нахлынувшей паникой. Эмоции совершенно не поддавались контролю.
Взять себя в руки ему помогла простая мысль: он спасает не только свою магию, а, почти наверняка, ещё и чужую жизнь.
Страница 3 из 6
