Фандом: Доктор Кто, Светлячок, Люди в чёрном. В дельфинарии проводили эксперимент: по команде дельфин должен был свистнуть, и только тогда получить рыбу. Сначала дельфин игнорировал команды, но потом разобрался, что от него хотят, и стал свистеть. Однако, когда ученые прослушали запись, то обнаружили, что на самом деле дельфин свистел при каждой команде, с самого начала, постепенно понижая частоты, пока не достиг пределов слышимости человеческого уха.
Добавить в моё избранное
231 мин, 45 сек 12707
Как тебе такое будущее? Ты тоже предвидел его?
— Смерть прекрасна, чистое, сияющее небытие среди звезд и туманностей, — ответил Каан.
— Смерть ужасна и бессмысленна, — сказал Сек. — Там ничего нет, никакого сияния.
— И ужасна, ужас тоже может быть прекрасным, — согласился Каан.
— Вы еще долго собираетесь там любезничать? — сердито выкрикнул Мортимус. — Я сейчас уйду и оставлю вас, идиотов, здесь!
— У меня есть манипулятор воронки, мы можем сбежать и так. Правда, Гаутама? — спросил Харкнесс и подмигнул. Каан рассмеялся, а Сек неопределенно дернул плечами. Злость медленно переплавлялась во что-то еще, как ртуть алхимиков, и это было похоже на счастье, на любовь, на созидание. На все сразу.
— Лучше помоги снять его оттуда, — сказал Сек Мортимусу. — Я один не смогу, слишком тяжелая броня.
Мортимус вытаращил глаза.
— Ты что, решил взять это с собой?! — взвизгнул он. — В мою ТАРДИС? Ни в коем случае! Я не позволю! Или я, или эта мерзость! Всему должен быть предел!
Он развернулся на каблуках и распахнул дверь, но внутрь заходить не стал и остановился на пороге. Сек покачал головой. Мортимус, хоть и был таймлордом, иногда вел себя до крайности… человечно. Даже сейчас.
— Ты забыл, что задолжал мне? Например, Рани? А мой катер, которым ты распорядился, даже не спросив меня?
Каан защебетал что-то о детях времени и об агентах, о том, как дети станут агентами, а агенты — детьми. Чушь.
— Не тыкай меня носом в просчеты! — возмутился Мортимус. — Допустим, да, я тебе должен, но снимать эту дрянь оттуда не стану! Ищи себе другого помощника!
Он скрестил руки на груди и отвернулся. Это было бы смешно, если бы не то, как мало осталось времени. От силы минуты три.
— Давай я, — сказал вдруг Джек. — Я помогу тебе. Давай, берись за тот бок.
Он включил браслет, лучом перерезал крепления и взялся за броню; Сек подхватил ее с другой стороны, и вдвоем они стащили Каана с постамента.
— Как тебя, приятель, жизнь покорежила, — сказал Каану Харкнесс. Тот замахал щупальцами, словно актиния-переросток.
— О, тебя еще и не так покорежит, капитан Джек Харкнесс, еще и не так покорежит, вот увидишь! — и тоненько рассмеялся, то ли издевательски, то ли дружелюбно.
Броня была чудовищно тяжелой, и Сек вдруг понял, что сил у него совершенно не осталось. Еще одно усилие, и ноги откажутся держать его. Никакого третьего, восьмого, сотого дыхания — все резервы исчерпаны.
— Закати его внутрь, — попросил он Джека. — Пожалуйста.
— Нет проблем, — ответил тот, улыбнулся и толкнул скрипучую броню к двери.
Мортимус покачал головой и тяжело вздохнул.
— Я немедленно отвезу вас на твою планету. Не хочу, чтобы это… этот далек оставался в моей ТАРДИС ни на секунду дольше.
— Как хочешь, — устало сказал Сек. — У нас меньше минуты.
Мортимус нырнул внутрь, Сек, собравшись с силами, зашел следом и захлопнул дверь. Мортимус подбежал к консоли и дернул рычаг дематериализации. Временной ротор запел, и Сек, вдруг потеряв равновесие, сполз на пол и закрыл глаз. На внутренней поверхности века отпечаталась неожиданная картина — Даврос, окруженный облаком голубых искр, и стена огня за ним.
Сек стоял поодаль, сунув руки в карманы. Было холодно и зябко: едва наступило утро, и туман еще не развеялся; руки мерзли, голова кружилась — снова ощущался серьезный недостаток сахара в крови, а еще усталость. Поспать немного, конечно, удалось, но лучше бы никакого сна, чем рваная дремота. Мозг не успел отдохнуть как следует и теперь бастовал, отказываясь работать на полную мощность. Один из недостатков человеческого организма — потребность в отдыхе и перезагрузке функций, которая сейчас очень сильно мешала.
Мортимус продолжал расхваливать катер, расточая комплименты: точь-в-точь продавец подержанных космокаров. Судя по выражению лица Джека, он думал о том же самом.
— И гиперпривод. Здесь великолепный гиперпривод, второго такого во всей галактике не сыщешь, а я повидал хорошие корабли на своем веку, мой друг, — закончил длинную тираду Мортимус и перевел дыхание.
— Хотелось бы взглянуть на кабину, — сказал Джек сомневающимся тоном и повернул голову к Секу. — Покажешь, Гаутама? Это же твоя машина.
Сек молча встретил его взгляд и без лишних слов кивнул. Сырой, холодный ветер пробирал до костей, и в катере будет, по крайней мере, теплее. Он нашел в кармане маленький и почти плоский пульт и нажал на кнопку, открывая дверь.
— Смерть прекрасна, чистое, сияющее небытие среди звезд и туманностей, — ответил Каан.
— Смерть ужасна и бессмысленна, — сказал Сек. — Там ничего нет, никакого сияния.
— И ужасна, ужас тоже может быть прекрасным, — согласился Каан.
— Вы еще долго собираетесь там любезничать? — сердито выкрикнул Мортимус. — Я сейчас уйду и оставлю вас, идиотов, здесь!
— У меня есть манипулятор воронки, мы можем сбежать и так. Правда, Гаутама? — спросил Харкнесс и подмигнул. Каан рассмеялся, а Сек неопределенно дернул плечами. Злость медленно переплавлялась во что-то еще, как ртуть алхимиков, и это было похоже на счастье, на любовь, на созидание. На все сразу.
— Лучше помоги снять его оттуда, — сказал Сек Мортимусу. — Я один не смогу, слишком тяжелая броня.
Мортимус вытаращил глаза.
— Ты что, решил взять это с собой?! — взвизгнул он. — В мою ТАРДИС? Ни в коем случае! Я не позволю! Или я, или эта мерзость! Всему должен быть предел!
Он развернулся на каблуках и распахнул дверь, но внутрь заходить не стал и остановился на пороге. Сек покачал головой. Мортимус, хоть и был таймлордом, иногда вел себя до крайности… человечно. Даже сейчас.
— Ты забыл, что задолжал мне? Например, Рани? А мой катер, которым ты распорядился, даже не спросив меня?
Каан защебетал что-то о детях времени и об агентах, о том, как дети станут агентами, а агенты — детьми. Чушь.
— Не тыкай меня носом в просчеты! — возмутился Мортимус. — Допустим, да, я тебе должен, но снимать эту дрянь оттуда не стану! Ищи себе другого помощника!
Он скрестил руки на груди и отвернулся. Это было бы смешно, если бы не то, как мало осталось времени. От силы минуты три.
— Давай я, — сказал вдруг Джек. — Я помогу тебе. Давай, берись за тот бок.
Он включил браслет, лучом перерезал крепления и взялся за броню; Сек подхватил ее с другой стороны, и вдвоем они стащили Каана с постамента.
— Как тебя, приятель, жизнь покорежила, — сказал Каану Харкнесс. Тот замахал щупальцами, словно актиния-переросток.
— О, тебя еще и не так покорежит, капитан Джек Харкнесс, еще и не так покорежит, вот увидишь! — и тоненько рассмеялся, то ли издевательски, то ли дружелюбно.
Броня была чудовищно тяжелой, и Сек вдруг понял, что сил у него совершенно не осталось. Еще одно усилие, и ноги откажутся держать его. Никакого третьего, восьмого, сотого дыхания — все резервы исчерпаны.
— Закати его внутрь, — попросил он Джека. — Пожалуйста.
— Нет проблем, — ответил тот, улыбнулся и толкнул скрипучую броню к двери.
Мортимус покачал головой и тяжело вздохнул.
— Я немедленно отвезу вас на твою планету. Не хочу, чтобы это… этот далек оставался в моей ТАРДИС ни на секунду дольше.
— Как хочешь, — устало сказал Сек. — У нас меньше минуты.
Мортимус нырнул внутрь, Сек, собравшись с силами, зашел следом и захлопнул дверь. Мортимус подбежал к консоли и дернул рычаг дематериализации. Временной ротор запел, и Сек, вдруг потеряв равновесие, сполз на пол и закрыл глаз. На внутренней поверхности века отпечаталась неожиданная картина — Даврос, окруженный облаком голубых искр, и стена огня за ним.
Часть 12
— Отличный корабль, — преувеличенно позитивно заявил Мортимус и заулыбался во все тридцать два. — Встроенный манипулятор воронки — получше, чем твой портативный, — а еще гравитационный двигатель, режим «полный стелс», мозг последнего поколения эктагонов, пятьдесят четвертого века — личность, которую можно настроить на любую модель поведения…Сек стоял поодаль, сунув руки в карманы. Было холодно и зябко: едва наступило утро, и туман еще не развеялся; руки мерзли, голова кружилась — снова ощущался серьезный недостаток сахара в крови, а еще усталость. Поспать немного, конечно, удалось, но лучше бы никакого сна, чем рваная дремота. Мозг не успел отдохнуть как следует и теперь бастовал, отказываясь работать на полную мощность. Один из недостатков человеческого организма — потребность в отдыхе и перезагрузке функций, которая сейчас очень сильно мешала.
Мортимус продолжал расхваливать катер, расточая комплименты: точь-в-точь продавец подержанных космокаров. Судя по выражению лица Джека, он думал о том же самом.
— И гиперпривод. Здесь великолепный гиперпривод, второго такого во всей галактике не сыщешь, а я повидал хорошие корабли на своем веку, мой друг, — закончил длинную тираду Мортимус и перевел дыхание.
— Хотелось бы взглянуть на кабину, — сказал Джек сомневающимся тоном и повернул голову к Секу. — Покажешь, Гаутама? Это же твоя машина.
Сек молча встретил его взгляд и без лишних слов кивнул. Сырой, холодный ветер пробирал до костей, и в катере будет, по крайней мере, теплее. Он нашел в кармане маленький и почти плоский пульт и нажал на кнопку, открывая дверь.
Страница 62 из 67
