Хотели проду к Darning L? Вот вам прода! Как мы уже знаем, Джефф просто победитель по жизни — вместо собственного дефектного сердца получил механическое, тоже дефектное. Джейн сумела сбежать и жаждет мести. Почему бы и не воспользоваться ссорой Лью и Джеффа?
Добавить в моё избранное
39 мин, 20 сек 7772
Псих молчал, мужественно выдерживая боль. Когда-то он горел заживо, некоторые нервные окончания пострадали, что уменьшило чувствительность. Джеффри видел, как мечется брат под приспешником Джейн. Но ведь ему должно всё равно! Неужели он все же нужен братику?
Резкий удар в солнечное сплетение, и псих не выдерживает. С обожженных красноватых губ срывается крик. Бронированное стекло в грудине немного сдвигается, тормоша нервы в надкостнице, но не ломается. Алые капельки выступили там, где стекло переходит в кожу.
— Пока что хватит, — следующий удар так и не наступил. Джейн оставила скорчившегося в позе эмбриона врага и подошла ко второму Вудсу.
— Принес? — Рональд кивнул и извлек из кармана пневмоинъектор. Лью Ощутил, как что-то обожгло кожу на плече — механизм вбил препарат под кожу воздухом, не оставляя прокола, зато оставляя синяк.
— Ты что творишь? — заорал парень, за что его тут же приложили лицом об пол в целях успокоения.
— Скоро узнаешь. Пошли, — Джейн вышла из комнаты. Рональд снял с Льюиса оковы, отшвырнул пленника к стене и быстро выбежал из помещения, запирая дверь снаружи.
Лью поднялся и тут же бросился, точнее, подполз — сломанная нога была загипсована, особо не побегаешь — к брату, приподнимая его, поддерживая под плечи.
— Джефф, как ты? — чуть дрожащей рукой парень убрал черные волосы с лица младшего брата.
— Бывало хуже, — Джефф ухмыльнулся.
— Тебе очень больно? Встать можешь? Сердце не сбоит? — псих не ответил ни на один из этих вопросов. Тревога в голосе брата грела сердце, чуть растянув улыбку шире, псих сжал пальцами плащ Лью и уткнулся лицом в грязную грубую ткань.
— Братик, — Лью по-своему воспринял эти действия. Кое-как парень скинул плащ на пол, расстилая, смотал свой неимоверно длинный шарф в какой-то узел и бережно уложил брата на это подобие лежанки.
— Тебе плохо? Где конкретно болит? — руки дрожали.
— Нет, братишка, все нормально, — Джефф слегка запрокинул голову, начиная смеяться. Льюис облегченно выдохнул. Странная инъекция совсем вылетела из головы.
Парень заметил, что как-то слишком уж долго рассматривает бледную шею брата, особое внимание уделяя пульсирующей жилке. Теперь у него дрожали не только руки — тряслось все тело. Где-то внутри буквально разгоралось пламя, скручиваясь в тугой шар внизу живота. Скованные руки Джеффа внезапно вызвали эротические ассоциации.
— Какого черта? — Лью приложил ладонь ко лбу.
— Что случилось?
— Странно… Похоже, та херня, которую он мне вколол, начала действовать, — нет, он же не гей! Он не может хотеть парня! Это противоестественно! И уж тем более он не может хотеть своего брата.
— Что именно происходит? Ты покраснел, — Джефф вскочил с пола и подошел ближе к брату. Лью закусил нижнюю губу.
— Жарко, — и ведь не соврал. Тело горело, эпицентр всей этой лавы находился известно где. Почему-то абсолютно все, даже голые… голые… стены вызывали пошлые ассоциации, в памяти начали всплывать кадры из когда-то просмотренного порно. Лью даже не заметил, как начал тихо постанывать. Между ног всё буквально скрутило судорогой. Неосознанно парень начал елозить по полу, пытаясь потереться о твёрдую поверхность и снять напряжение.
— Лью? — обеспокоенный Джефф прикоснулся к щеке старшего брата. На этом у парня окончательно снесло башню.
Странное ощущение, будто перед глазами помехи. И Слендермен тут не при чем, безликий находится слишком далеко для этого. Сознание обволакивает молочно-белый плотный туман безумия, надежно запирающий разум и личность за вратами шизофрении на пятнадцать замков с цепями. Таинственный препарат сделал свое дело.
Теплые руки блуждают по дрожащему избитому телу, судорожно дергающемуся на полу в безуспешной попытке вырваться. Адекватных мыслей нет, лишь низменное желание, животная похоть, заставляющая продолжать действия.
С утробным рыком Лью неожиданно легко разрывает некогда белое худи и синюю футболку. Брат вырывается, что возбуждает лишь больше. В штанах уже давным-давно стоит колом, требуя к себе внимания, но еще рано. Обветренные губы с зашитыми шрамами от уголков оставляют на белом лице и шее чуть влажные следы поцелуев. Добравшись до ключицы, старший приоткрывает рот и сжимает зубами обгорелую зарубцевавшуюя кожу. Джефф вскрикивает, но скорее не от боли, которую в силу пострадавших нервных окончаний почти не чувствует, а от неожиданности. Это отвратительно, омерзительно, унизительно! Любимый старший брат, всю жизнь бывший нормальным в этом плане вдруг превратился в гребаного гея? Невозможно! Это точно результат действия того препарата, который ему вбил под кожу приспешник Джейн… Горячий мокрый язык слизывает маленький алый ручеек мгновенно выступившей крови. Лью спускается еще ниже, прямо к стеклянной вставке. Извращенное чувство прекрасного? Именно оно.
Резкий удар в солнечное сплетение, и псих не выдерживает. С обожженных красноватых губ срывается крик. Бронированное стекло в грудине немного сдвигается, тормоша нервы в надкостнице, но не ломается. Алые капельки выступили там, где стекло переходит в кожу.
— Пока что хватит, — следующий удар так и не наступил. Джейн оставила скорчившегося в позе эмбриона врага и подошла ко второму Вудсу.
— Принес? — Рональд кивнул и извлек из кармана пневмоинъектор. Лью Ощутил, как что-то обожгло кожу на плече — механизм вбил препарат под кожу воздухом, не оставляя прокола, зато оставляя синяк.
— Ты что творишь? — заорал парень, за что его тут же приложили лицом об пол в целях успокоения.
— Скоро узнаешь. Пошли, — Джейн вышла из комнаты. Рональд снял с Льюиса оковы, отшвырнул пленника к стене и быстро выбежал из помещения, запирая дверь снаружи.
Лью поднялся и тут же бросился, точнее, подполз — сломанная нога была загипсована, особо не побегаешь — к брату, приподнимая его, поддерживая под плечи.
— Джефф, как ты? — чуть дрожащей рукой парень убрал черные волосы с лица младшего брата.
— Бывало хуже, — Джефф ухмыльнулся.
— Тебе очень больно? Встать можешь? Сердце не сбоит? — псих не ответил ни на один из этих вопросов. Тревога в голосе брата грела сердце, чуть растянув улыбку шире, псих сжал пальцами плащ Лью и уткнулся лицом в грязную грубую ткань.
— Братик, — Лью по-своему воспринял эти действия. Кое-как парень скинул плащ на пол, расстилая, смотал свой неимоверно длинный шарф в какой-то узел и бережно уложил брата на это подобие лежанки.
— Тебе плохо? Где конкретно болит? — руки дрожали.
— Нет, братишка, все нормально, — Джефф слегка запрокинул голову, начиная смеяться. Льюис облегченно выдохнул. Странная инъекция совсем вылетела из головы.
Парень заметил, что как-то слишком уж долго рассматривает бледную шею брата, особое внимание уделяя пульсирующей жилке. Теперь у него дрожали не только руки — тряслось все тело. Где-то внутри буквально разгоралось пламя, скручиваясь в тугой шар внизу живота. Скованные руки Джеффа внезапно вызвали эротические ассоциации.
— Какого черта? — Лью приложил ладонь ко лбу.
— Что случилось?
— Странно… Похоже, та херня, которую он мне вколол, начала действовать, — нет, он же не гей! Он не может хотеть парня! Это противоестественно! И уж тем более он не может хотеть своего брата.
— Что именно происходит? Ты покраснел, — Джефф вскочил с пола и подошел ближе к брату. Лью закусил нижнюю губу.
— Жарко, — и ведь не соврал. Тело горело, эпицентр всей этой лавы находился известно где. Почему-то абсолютно все, даже голые… голые… стены вызывали пошлые ассоциации, в памяти начали всплывать кадры из когда-то просмотренного порно. Лью даже не заметил, как начал тихо постанывать. Между ног всё буквально скрутило судорогой. Неосознанно парень начал елозить по полу, пытаясь потереться о твёрдую поверхность и снять напряжение.
— Лью? — обеспокоенный Джефф прикоснулся к щеке старшего брата. На этом у парня окончательно снесло башню.
Странное ощущение, будто перед глазами помехи. И Слендермен тут не при чем, безликий находится слишком далеко для этого. Сознание обволакивает молочно-белый плотный туман безумия, надежно запирающий разум и личность за вратами шизофрении на пятнадцать замков с цепями. Таинственный препарат сделал свое дело.
Теплые руки блуждают по дрожащему избитому телу, судорожно дергающемуся на полу в безуспешной попытке вырваться. Адекватных мыслей нет, лишь низменное желание, животная похоть, заставляющая продолжать действия.
С утробным рыком Лью неожиданно легко разрывает некогда белое худи и синюю футболку. Брат вырывается, что возбуждает лишь больше. В штанах уже давным-давно стоит колом, требуя к себе внимания, но еще рано. Обветренные губы с зашитыми шрамами от уголков оставляют на белом лице и шее чуть влажные следы поцелуев. Добравшись до ключицы, старший приоткрывает рот и сжимает зубами обгорелую зарубцевавшуюя кожу. Джефф вскрикивает, но скорее не от боли, которую в силу пострадавших нервных окончаний почти не чувствует, а от неожиданности. Это отвратительно, омерзительно, унизительно! Любимый старший брат, всю жизнь бывший нормальным в этом плане вдруг превратился в гребаного гея? Невозможно! Это точно результат действия того препарата, который ему вбил под кожу приспешник Джейн… Горячий мокрый язык слизывает маленький алый ручеек мгновенно выступившей крови. Лью спускается еще ниже, прямо к стеклянной вставке. Извращенное чувство прекрасного? Именно оно.
Страница 6 из 11
