Фандом: Доктор Хаус. Никогда не пытайтесь хамить Кадди в присутствии своей команды.
Добавить в моё избранное
3 мин, 43 сек 19756
Утро не задалось у него с самого начала: по «скорой помощи» привезли пациента с новой непонятной хренью, назначили кучу анализов, и все надо было делать срочно (специально передали, что он чей-то родственник!), рентген же показал странное затемнение в кости, и пришлось дополнительно решать, что это — а тут еще и Кадди нагрянула с очередной проверкой, явилась самолично спросить, почему его давно не видно в поликлинике. Чтоб ее…
Началось с того, что в команде затянулся спор по поводу диагноза.
— Ну, все понятно. А это вот что? — в сотый раз спрашивал Хаус, тыча указкой в затемнение на рентгене.
— Неправильно сросшийся застарелый перелом? — предположил Форман.
— Или саркома, как следствие, — вмешался зашедший из скорой помощи Чейз.
— В анамнезе нет, — Хаус взглянул на присутствующих. — Каковы еще предположения?
— Новообразование или метастаз? — предложил Тауб.
— Онкомаркеры не выявлены, — Хаус похромал на свое место и сел за стол. — Кроме того, как можно объяснить странные перепады СОЭ? Сейчас пойдете собирать дополнительный анамнез, а если не прояснится — поедете к нему домой. — Хаус пристукнул тростью и рявкнул:
— Я сказал, поедете к нему домой!
Никто и не возражал.
— Все согласны? Тогда идите работайте. Я буду думать, — Хаус откинулся на спинку кресла.
И тут явилась она. Вошла в кабинет, проследовала к столу. Безупречная, красивая, ироничная, как всегда, с густо завитыми кудрями. Упёрла руку в бок, высоко вскинув локоть.
— А что это вы все до сих пор не работаете? — Кадди мельком бросила взгляд на команду и развернулась к нему. — Хаус, а тебя я в поликлинике долго ещё не увижу?
— Разумеется, долго, — меланхолично ответствовал тот. — Пока мне нестерпимо не захочется скучно и без пользы провести время. И, конечно, лишь для того, чтобы ты считала себя победительницей.
— Давай-ка не рассуждай, Хаус. Ты в курсе распоряжений насчет сегодняшнего больного, так что иди и делай… И нечего мне хамить, думаешь, мне будет стыднее, если ты станешь оскорблять меня перед своей командой?
— Ну что ты за человек! — Хаус, развалясь, насколько позволяла спинка кресла, снизу вверх смотрел на неё, стоящую перед ним, и покручивал в руке трость. — Неужели ты не знаешь, что мой характер — прямое следствие моей инвалидности? Вместо того, чтобы гонять и унижать несчастного инвалида с больной ногой, нет бы лучше посочувствовать мне, поддержать… Ну, знаешь, по-женски. — Хаус состроил нагло-жалостную физиономию.
— Говоришь, твой характер — следствие инвалидности? — Кадди подошла к нему ближе и слегка наклонилась. — Ну-ну. Мне-то, пожалуйста, этого не рассказывай. Все, кто знал тебя раньше, до твоей инвалидности, прекрасно знают, что негодяем, хамом и халявщиком ты был всегда, и после несчастного случая с твоей ногой эти черты характера обострились до самой отвратительной степени. — Кадди оглянулась на команду и повысила голос: — Уж мне-то, как учившейся с тобой в одном вузе, как никому более известно, что ты и тогда имел невыносимый характер и любил поездить на чужой шее!
Но команда Хауса и так уже, не скрываясь, хихикала. Белозубо смеялся Форман, голубоглазо щурился Чейз, весело лучился глазами Тауб, и даже Стерва с Тринадцатой слегка прыснули в ладошки.
— А что это вы смеётесь? — Кадди повернулась к ним. Смех мгновенно стих. — Вы сами-то разве безупречны? Мне, между прочим, про каждого из вас есть что рассказать.
— Вот ты, Форман, например, пытался заразить неизвестной болезнью Кэмерон. И вдобавок украл у неё научную работу. А ты, Чейз, стучишь и наушничаешь на всех с первого дня в больнице, не вылазишь из административного корпуса! Что, никто этого не знал? Ну прости, — Кадди выразительно обвела всех взглядом, — а вы, доктор Тауб…
— Я лучше пойду работать, доктор Кадди, — поспешно вставил Тауб, учтиво пятясь и раскланиваясь перед ней, — дел очень много…
— Все всё поняли? Значит, немедленно идёте работать, задания все получили, отправляетесь сию минуту. И если услышу хоть об одном нарушении, то отвечать будет глава отделения…
Кадди повернулась и вышла, изящно и с достоинством пройдя между Эмбер и Тринадцатой.
— Что уставились? — огрызнулся Хаус на оглянувшуюся на него команду. — Вам сказали идти выполнять задание, вот и идите, чтоб я вас тут не видел!
Досадно и зло привалился к стене, закрыл глаза. Вытащил капсулу с викодином, сунул в рот таблетку — боль в ноге уже давала о себе знать.
За дверями, в коридоре за кабинетом, какое-то шевеление и хихиканье.
— Кто там? — крикнул он, и на пороге появились Эмбер и Тринадцатая. — А что это вы не пошли на задание? Почему остались?
— Ну-у, доктор Хаус, — начала Эмбер, выступив вперед, сунув руки в карманы халата, — доктор Кадди так отчитывала вас, что мы решили остаться с вами, чтобы вы не натворили глупостей, оставшись один.
Началось с того, что в команде затянулся спор по поводу диагноза.
— Ну, все понятно. А это вот что? — в сотый раз спрашивал Хаус, тыча указкой в затемнение на рентгене.
— Неправильно сросшийся застарелый перелом? — предположил Форман.
— Или саркома, как следствие, — вмешался зашедший из скорой помощи Чейз.
— В анамнезе нет, — Хаус взглянул на присутствующих. — Каковы еще предположения?
— Новообразование или метастаз? — предложил Тауб.
— Онкомаркеры не выявлены, — Хаус похромал на свое место и сел за стол. — Кроме того, как можно объяснить странные перепады СОЭ? Сейчас пойдете собирать дополнительный анамнез, а если не прояснится — поедете к нему домой. — Хаус пристукнул тростью и рявкнул:
— Я сказал, поедете к нему домой!
Никто и не возражал.
— Все согласны? Тогда идите работайте. Я буду думать, — Хаус откинулся на спинку кресла.
И тут явилась она. Вошла в кабинет, проследовала к столу. Безупречная, красивая, ироничная, как всегда, с густо завитыми кудрями. Упёрла руку в бок, высоко вскинув локоть.
— А что это вы все до сих пор не работаете? — Кадди мельком бросила взгляд на команду и развернулась к нему. — Хаус, а тебя я в поликлинике долго ещё не увижу?
— Разумеется, долго, — меланхолично ответствовал тот. — Пока мне нестерпимо не захочется скучно и без пользы провести время. И, конечно, лишь для того, чтобы ты считала себя победительницей.
— Давай-ка не рассуждай, Хаус. Ты в курсе распоряжений насчет сегодняшнего больного, так что иди и делай… И нечего мне хамить, думаешь, мне будет стыднее, если ты станешь оскорблять меня перед своей командой?
— Ну что ты за человек! — Хаус, развалясь, насколько позволяла спинка кресла, снизу вверх смотрел на неё, стоящую перед ним, и покручивал в руке трость. — Неужели ты не знаешь, что мой характер — прямое следствие моей инвалидности? Вместо того, чтобы гонять и унижать несчастного инвалида с больной ногой, нет бы лучше посочувствовать мне, поддержать… Ну, знаешь, по-женски. — Хаус состроил нагло-жалостную физиономию.
— Говоришь, твой характер — следствие инвалидности? — Кадди подошла к нему ближе и слегка наклонилась. — Ну-ну. Мне-то, пожалуйста, этого не рассказывай. Все, кто знал тебя раньше, до твоей инвалидности, прекрасно знают, что негодяем, хамом и халявщиком ты был всегда, и после несчастного случая с твоей ногой эти черты характера обострились до самой отвратительной степени. — Кадди оглянулась на команду и повысила голос: — Уж мне-то, как учившейся с тобой в одном вузе, как никому более известно, что ты и тогда имел невыносимый характер и любил поездить на чужой шее!
Но команда Хауса и так уже, не скрываясь, хихикала. Белозубо смеялся Форман, голубоглазо щурился Чейз, весело лучился глазами Тауб, и даже Стерва с Тринадцатой слегка прыснули в ладошки.
— А что это вы смеётесь? — Кадди повернулась к ним. Смех мгновенно стих. — Вы сами-то разве безупречны? Мне, между прочим, про каждого из вас есть что рассказать.
— Вот ты, Форман, например, пытался заразить неизвестной болезнью Кэмерон. И вдобавок украл у неё научную работу. А ты, Чейз, стучишь и наушничаешь на всех с первого дня в больнице, не вылазишь из административного корпуса! Что, никто этого не знал? Ну прости, — Кадди выразительно обвела всех взглядом, — а вы, доктор Тауб…
— Я лучше пойду работать, доктор Кадди, — поспешно вставил Тауб, учтиво пятясь и раскланиваясь перед ней, — дел очень много…
— Все всё поняли? Значит, немедленно идёте работать, задания все получили, отправляетесь сию минуту. И если услышу хоть об одном нарушении, то отвечать будет глава отделения…
Кадди повернулась и вышла, изящно и с достоинством пройдя между Эмбер и Тринадцатой.
— Что уставились? — огрызнулся Хаус на оглянувшуюся на него команду. — Вам сказали идти выполнять задание, вот и идите, чтоб я вас тут не видел!
Досадно и зло привалился к стене, закрыл глаза. Вытащил капсулу с викодином, сунул в рот таблетку — боль в ноге уже давала о себе знать.
За дверями, в коридоре за кабинетом, какое-то шевеление и хихиканье.
— Кто там? — крикнул он, и на пороге появились Эмбер и Тринадцатая. — А что это вы не пошли на задание? Почему остались?
— Ну-у, доктор Хаус, — начала Эмбер, выступив вперед, сунув руки в карманы халата, — доктор Кадди так отчитывала вас, что мы решили остаться с вами, чтобы вы не натворили глупостей, оставшись один.
Страница 1 из 2
