Фандом: Гарри Поттер. Одиннадцать лет спустя после событий, описываемых в первой части, Северуса назначают профессором в Хогвартс, надеясь, что хотя бы он справится с малолетними бандитами и не даст им разрушить замок.
Добавить в моё избранное
178 мин, 43 сек 10599
Все же Блэк — неосторожный идиот, если так разбрасывается такими вещами… или он не придавал этой встрече такого значения… вот ведь черт! И не спросишь прямо, трахался ли он с Малфоем и зачем тому оборотка…
Закрыв лабораторию, Северус отправился к себе. До вечерних писем оставалось больше часа, и он еще успевал выпить чай. Завернув за угол, он столкнулся со спешащим Квирреллом и почувствовал укол совести. Тот был бледнее обычного, однако неприязнь во взгляде была прежней, что немного примирило с действительностью.
— Профессор Снейп, добрый вечер, — церемонно начал он.
— Добрый вечер, профессор Квиррелл, чем могу помочь?
— Ваш студент, Драко Малфой, только что зашел в женский туалет на втором этаже.
— Зачем?
— Но это же ваш студент. Полагаю, вам лучше знать.
— Я разберусь.
— Уж извольте.
Все-таки для человека, проведшего ночь черт знает где и ни о чем не помнящего, Квиррелл держался на редкость хорошо, и Северус мог бы даже его уважать, если бы не порочная страсть к доносительству. Квиррелл холодно кивнул и отправился восвояси, а Северус поспешил на второй этаж. Он старался ступать как можно тише, чтобы застать врасплох всю банду. В то, что Драко в одиночку посещает женский туалет, верилось с трудом. Когда Северус уже почти взялся за ручку, дверь распахнулась и из-за нее высунулась голова Драко. Заметив Северуса, тот вздрогнул, а потом приветливо улыбнулся:
— А-а-а… это ты, крестный.
— Что ты здесь делаешь?
— Прячусь.
— От кого?
— От Квиррелла, он сюда точно побоится зайти.
— А ты значит, нет?
— А я нет.
— И почему же?
— Потому что я точно знаю, что этот туалет никто не посещает.
— И откуда такие сведения?
— Луна сказала.
У Драко на все был готов ответ, и в душе Северуса уже зашевелились нехорошие подозрения, но тут Драко печально вздохнул и жалобно сказал:
— А можно с тобой еще поговорить… ну про то… ты помнишь…
Северус помнил. Ему стало немного неловко оттого, что погрязнув в собственных переживаниях, он совсем забыл о проблемах крестника.
— Конечно. Пойдем ко мне?
Драко с облегчением вздохнул и, повеселев, пошел в сторону комнат Северуса. Там он расположился в кресле и с интересом уставился на приметную пуговицу, которую Северус вчера так и не убрал с журнального столика:
— Ой, надо же! У отца на костюме для приемов точно такие же.
Яйца Мерлина и Основателей! Столько лет все скрывать, отрицать и проколоться на такой ерунде…
— Мало ли похожих пуговиц?
— Ну не скажи, дядя Сев… эти делали на заказ… — глаза Драко хитро блеснули. — А что, Фил заказывает одежду там же?
Вот ведь засранец малолетний!
— Может быть…
— Ну, тогда понятно.
Драко выглядел так, словно разгадал ребус, и Северусу стало не по себе — его надо было срочно отвлечь:
— А у тебя как дела с Гарри?
Драко помрачнел.
— Слушай, я не могу понять, а может быть такое, что он пока не определился? Ну, кто ему больше нравится… мальчики или… — Драко смешался.
— Вполне. Мне вообще кажется, что его пока больше интересуют поиски приключений, нежели вопросы сексуального самоопределения.
Драко вздохнул:
— Похоже на то… слышал бы ты, как он размышлял о поцелуях…
— Воображаю.
— Такого ты даже представить себе не можешь, — Драко тяжело вздохнул.
— Неужели все так плохо?
— Еще хуже. Он предложил мне потренироваться… с языком…
Северус закашлялся, чтобы замаскировать смех. Какие же они еще дети!
— А ты?
— А что я, дурак — отказываться?
— Не ругайся. И что?
— А ничего! Спросил, где я научился, и сказал, что надо будет еще потренироваться…
— Ну, вот видишь…
— А что видишь? Он же собирается этими навыками поражать кого-то другого! На Святочном балу…
А ведь крестник ревнует! Северус попытался сказать уверенно, насколько возможно:
— Драко, до Святочного бала еще уйма времени, и все еще сотни раз поменяется, в том числе и намерения Гарри.
Драко тяжело вздохнул:
— Хотелось бы верить…
Северус напоил запутавшегося мальчишку чаем и проводил в гостиную. Ведя первокурсников на очередную эпистолярную сессию, он уже начал подбирать слова, какими расскажет обо всем Люциусу, когда понял, что ничего он никому не расскажет… потому что просто некому!
Настроение было непоправимо испорчено. Чтобы отвлечься, все время написания писем Северус бездумно чиркал на пергаменте, а когда понял, что выписывает вензелями инициалы того, кого следует забыть, окончательно разозлился.
Он уже собирался лечь спать и даже приготовил себе зелье сна-без-сновидений, когда услышал стук.
Закрыв лабораторию, Северус отправился к себе. До вечерних писем оставалось больше часа, и он еще успевал выпить чай. Завернув за угол, он столкнулся со спешащим Квирреллом и почувствовал укол совести. Тот был бледнее обычного, однако неприязнь во взгляде была прежней, что немного примирило с действительностью.
— Профессор Снейп, добрый вечер, — церемонно начал он.
— Добрый вечер, профессор Квиррелл, чем могу помочь?
— Ваш студент, Драко Малфой, только что зашел в женский туалет на втором этаже.
— Зачем?
— Но это же ваш студент. Полагаю, вам лучше знать.
— Я разберусь.
— Уж извольте.
Все-таки для человека, проведшего ночь черт знает где и ни о чем не помнящего, Квиррелл держался на редкость хорошо, и Северус мог бы даже его уважать, если бы не порочная страсть к доносительству. Квиррелл холодно кивнул и отправился восвояси, а Северус поспешил на второй этаж. Он старался ступать как можно тише, чтобы застать врасплох всю банду. В то, что Драко в одиночку посещает женский туалет, верилось с трудом. Когда Северус уже почти взялся за ручку, дверь распахнулась и из-за нее высунулась голова Драко. Заметив Северуса, тот вздрогнул, а потом приветливо улыбнулся:
— А-а-а… это ты, крестный.
— Что ты здесь делаешь?
— Прячусь.
— От кого?
— От Квиррелла, он сюда точно побоится зайти.
— А ты значит, нет?
— А я нет.
— И почему же?
— Потому что я точно знаю, что этот туалет никто не посещает.
— И откуда такие сведения?
— Луна сказала.
У Драко на все был готов ответ, и в душе Северуса уже зашевелились нехорошие подозрения, но тут Драко печально вздохнул и жалобно сказал:
— А можно с тобой еще поговорить… ну про то… ты помнишь…
Северус помнил. Ему стало немного неловко оттого, что погрязнув в собственных переживаниях, он совсем забыл о проблемах крестника.
— Конечно. Пойдем ко мне?
Драко с облегчением вздохнул и, повеселев, пошел в сторону комнат Северуса. Там он расположился в кресле и с интересом уставился на приметную пуговицу, которую Северус вчера так и не убрал с журнального столика:
— Ой, надо же! У отца на костюме для приемов точно такие же.
Яйца Мерлина и Основателей! Столько лет все скрывать, отрицать и проколоться на такой ерунде…
— Мало ли похожих пуговиц?
— Ну не скажи, дядя Сев… эти делали на заказ… — глаза Драко хитро блеснули. — А что, Фил заказывает одежду там же?
Вот ведь засранец малолетний!
— Может быть…
— Ну, тогда понятно.
Драко выглядел так, словно разгадал ребус, и Северусу стало не по себе — его надо было срочно отвлечь:
— А у тебя как дела с Гарри?
Драко помрачнел.
— Слушай, я не могу понять, а может быть такое, что он пока не определился? Ну, кто ему больше нравится… мальчики или… — Драко смешался.
— Вполне. Мне вообще кажется, что его пока больше интересуют поиски приключений, нежели вопросы сексуального самоопределения.
Драко вздохнул:
— Похоже на то… слышал бы ты, как он размышлял о поцелуях…
— Воображаю.
— Такого ты даже представить себе не можешь, — Драко тяжело вздохнул.
— Неужели все так плохо?
— Еще хуже. Он предложил мне потренироваться… с языком…
Северус закашлялся, чтобы замаскировать смех. Какие же они еще дети!
— А ты?
— А что я, дурак — отказываться?
— Не ругайся. И что?
— А ничего! Спросил, где я научился, и сказал, что надо будет еще потренироваться…
— Ну, вот видишь…
— А что видишь? Он же собирается этими навыками поражать кого-то другого! На Святочном балу…
А ведь крестник ревнует! Северус попытался сказать уверенно, насколько возможно:
— Драко, до Святочного бала еще уйма времени, и все еще сотни раз поменяется, в том числе и намерения Гарри.
Драко тяжело вздохнул:
— Хотелось бы верить…
Северус напоил запутавшегося мальчишку чаем и проводил в гостиную. Ведя первокурсников на очередную эпистолярную сессию, он уже начал подбирать слова, какими расскажет обо всем Люциусу, когда понял, что ничего он никому не расскажет… потому что просто некому!
Настроение было непоправимо испорчено. Чтобы отвлечься, все время написания писем Северус бездумно чиркал на пергаменте, а когда понял, что выписывает вензелями инициалы того, кого следует забыть, окончательно разозлился.
Он уже собирался лечь спать и даже приготовил себе зелье сна-без-сновидений, когда услышал стук.
Страница 32 из 52
