Фандом: Ориджиналы. Иногда самым требовательным ревизором является монстр, который хочет вас убить.
Добавить в моё избранное
14 мин, 4 сек 14226
Деревья были морозоустойчивей, поэтому до сих пор щеголяли листвой.
Осталось последовать примеру Тура, который ушел в верном направлении. Продираясь сквозь кустарник и прикрывая глаза от постоянно лезущих веток, Борис не забывал о бдительности. Вокруг не было никаких знаков, намекающих на чье-то присутствие, но Борис не спешил делать выводы. Обычно поиск был утомителен, но это было ожидаемо. Почти все время приходилось тщательно обследовать местность, ища следы. Чем больше информации, тем был выше шанс выйти без потерь. Да, редко когда выходило обойтись без травм и крови, но это была малая цена за безопасность огромного города, не говоря уж об ушибах и синяках, что были вечными спутниками поисковиков. Любая мелочь могла решить исход столкновения с тварью. Поэтому Борис всегда старался находить время для чтения статей института «Монструм». Также он не забывал навещать старого профессора, которому было всегда в радость поделиться своими мыслями со своим бывшим учеником взамен на истории о вылазках за монстрами.
Казалось, что прошла целая вечность, хотя, на самом деле, минуло всего лишь десять лет после окончания двухлетнего обучения у профессора и принятия присяги поисковика. Весьма насыщенное десятилетие пролетело, в которое вместились и два перелома правой руки, и многочисленные шрамы. Чего уж говорить о синяках? И все это время с ним верной опорой оставался железный зверь Тур. Первое время Борис не мог привыкнуть к нему, но сейчас, пожалуй, он не представлял свою жизнь без механозавра, который неоднократно выручал его в гиблых местах и почти безнадежных ситуациях.
Тур замер в нескольких шагах перед откосом оврага в ожидании команды. Борису пришлось подойти ближе, чтобы понять, что же он обнаружил. Чуть выше его головы в земле была вырыта огромная дыра, края которой были укреплены каким-то странным и водянистым веществом. Мысль подтянуться и заглянуть внутрь была тут же отброшена в сторону. Не хватало еще столкнуться с тварью в замкнутом пространстве, где он был заведомо слабее.
— Тур, проверь нору. Если нет никого — возвращайся. Убедись, что там нет других ходов.
Что всегда радовало Бориса — это нестандартное мышление железных собак. Мастера утверждали — чем больше срок действия, тем больше развивался разум, тем больше собака понимала слов и тем быстрее реагировала на нестандартные ситуации, если не было иных приказов. Но, если команда была отдана, то собака действовала именно так и не никак иначе. Мастера называли это одним из «Исключения Механозавров». Да, именно так, с большой буквы, выделяя интонационно. Эти исключения сформулировал один из первых рунных мастеров Азимый.
«Механозавр должен повиноваться всем приказам, которые даёт человек, даже когда ему грозит опасность.»
Механозавр в случае опасности для человека должен сделать все, чтобы спасти человека, кроме тех ситуаций, когда это противоречит первому исключению.
Механозавр не может причинить вред человеку, кроме тех ситуаций, когда это противоречит первому и второму исключению«.»
Таким образом, исключения выводили на первый план личность хозяина, к которому предъявлялись высокие требования. К счастью для многих, эти исключения действовали только для элитных железных зверей, которые постепенно обретали разумность с момента привязки, и которые были доступны только поисковикам. Это было немалой привилегией, на которую никто не рисковал покушаться. А обычные железные звери в виде лошадей, мулов были сильно упрощены по сравнению с возможностями собак. Точные показатели разницы между видами знали только рунные мастера Железной-Собаки.
Спустя десять минут Тур выпрыгнул из дыры и сел рядом. Борис понял, что он никого не нашел, но на всякий случай уточнил.
— Тур, там кто-то есть?
Отрицательное мотание головы железного зверя.
— Тур, там есть другой вход?
И снова нет.
— Тур, там есть вредные вещества?
Третье подряд отрицание.
Спутники поисковиков обладали огромными возможностями, к которым и относилось умение распознавать опасные вещества для человека в любом виде, будь то жидкое, газообразное или твердое состояние.
Борис решил рискнуть и осмотреть нору. Он подошел вплотную и подтянулся за края, поднимая себя наверх. Оглянувшись назад, он убедился, что Тур стоит на страже. Перед нам лежала огромная пещера с высоким потолком, в глубине виднелись несколько отнорков, в которых, как показалось Борису, что-то белело. На полу не было никаких следов, зато их вполне хватало на потолке. Тронув их рукой, Борис провел пальцами по выбоинам, пытаясь измерить глубину, и отмечал в своей памяти все необходимые детали. То, что белело в глубине пещеры, оказалось коконами. Подобравшись к ним, он аккуратно коснулся гладкой поверхности и раскрыл. Пусто. Пусты были и остальные коконы.
«Но что находилось в них раньше?»
— Представьте ситуацию. Вы видите перед собой коконы.
Осталось последовать примеру Тура, который ушел в верном направлении. Продираясь сквозь кустарник и прикрывая глаза от постоянно лезущих веток, Борис не забывал о бдительности. Вокруг не было никаких знаков, намекающих на чье-то присутствие, но Борис не спешил делать выводы. Обычно поиск был утомителен, но это было ожидаемо. Почти все время приходилось тщательно обследовать местность, ища следы. Чем больше информации, тем был выше шанс выйти без потерь. Да, редко когда выходило обойтись без травм и крови, но это была малая цена за безопасность огромного города, не говоря уж об ушибах и синяках, что были вечными спутниками поисковиков. Любая мелочь могла решить исход столкновения с тварью. Поэтому Борис всегда старался находить время для чтения статей института «Монструм». Также он не забывал навещать старого профессора, которому было всегда в радость поделиться своими мыслями со своим бывшим учеником взамен на истории о вылазках за монстрами.
Казалось, что прошла целая вечность, хотя, на самом деле, минуло всего лишь десять лет после окончания двухлетнего обучения у профессора и принятия присяги поисковика. Весьма насыщенное десятилетие пролетело, в которое вместились и два перелома правой руки, и многочисленные шрамы. Чего уж говорить о синяках? И все это время с ним верной опорой оставался железный зверь Тур. Первое время Борис не мог привыкнуть к нему, но сейчас, пожалуй, он не представлял свою жизнь без механозавра, который неоднократно выручал его в гиблых местах и почти безнадежных ситуациях.
Тур замер в нескольких шагах перед откосом оврага в ожидании команды. Борису пришлось подойти ближе, чтобы понять, что же он обнаружил. Чуть выше его головы в земле была вырыта огромная дыра, края которой были укреплены каким-то странным и водянистым веществом. Мысль подтянуться и заглянуть внутрь была тут же отброшена в сторону. Не хватало еще столкнуться с тварью в замкнутом пространстве, где он был заведомо слабее.
— Тур, проверь нору. Если нет никого — возвращайся. Убедись, что там нет других ходов.
Что всегда радовало Бориса — это нестандартное мышление железных собак. Мастера утверждали — чем больше срок действия, тем больше развивался разум, тем больше собака понимала слов и тем быстрее реагировала на нестандартные ситуации, если не было иных приказов. Но, если команда была отдана, то собака действовала именно так и не никак иначе. Мастера называли это одним из «Исключения Механозавров». Да, именно так, с большой буквы, выделяя интонационно. Эти исключения сформулировал один из первых рунных мастеров Азимый.
«Механозавр должен повиноваться всем приказам, которые даёт человек, даже когда ему грозит опасность.»
Механозавр в случае опасности для человека должен сделать все, чтобы спасти человека, кроме тех ситуаций, когда это противоречит первому исключению.
Механозавр не может причинить вред человеку, кроме тех ситуаций, когда это противоречит первому и второму исключению«.»
Таким образом, исключения выводили на первый план личность хозяина, к которому предъявлялись высокие требования. К счастью для многих, эти исключения действовали только для элитных железных зверей, которые постепенно обретали разумность с момента привязки, и которые были доступны только поисковикам. Это было немалой привилегией, на которую никто не рисковал покушаться. А обычные железные звери в виде лошадей, мулов были сильно упрощены по сравнению с возможностями собак. Точные показатели разницы между видами знали только рунные мастера Железной-Собаки.
Спустя десять минут Тур выпрыгнул из дыры и сел рядом. Борис понял, что он никого не нашел, но на всякий случай уточнил.
— Тур, там кто-то есть?
Отрицательное мотание головы железного зверя.
— Тур, там есть другой вход?
И снова нет.
— Тур, там есть вредные вещества?
Третье подряд отрицание.
Спутники поисковиков обладали огромными возможностями, к которым и относилось умение распознавать опасные вещества для человека в любом виде, будь то жидкое, газообразное или твердое состояние.
Борис решил рискнуть и осмотреть нору. Он подошел вплотную и подтянулся за края, поднимая себя наверх. Оглянувшись назад, он убедился, что Тур стоит на страже. Перед нам лежала огромная пещера с высоким потолком, в глубине виднелись несколько отнорков, в которых, как показалось Борису, что-то белело. На полу не было никаких следов, зато их вполне хватало на потолке. Тронув их рукой, Борис провел пальцами по выбоинам, пытаясь измерить глубину, и отмечал в своей памяти все необходимые детали. То, что белело в глубине пещеры, оказалось коконами. Подобравшись к ним, он аккуратно коснулся гладкой поверхности и раскрыл. Пусто. Пусты были и остальные коконы.
«Но что находилось в них раньше?»
— Представьте ситуацию. Вы видите перед собой коконы.
Страница 2 из 4
