Фандом: Ориджиналы. Неудачный брак. Вечные проблемы отцов и детей. Жизнь без обоняния в мире, где правят запахи. Испорченная репутация. А может, подальше все проблемы? И постараться жить счастливо вопреки всему?
Добавить в моё избранное
109 мин, 13 сек 18915
Тьху! Дал же Боженька семейку… Никому не нужен.
— Согрелся? — мягкий голос альфы развеял тягостные мысли. — Возьми в бардачке салфетки и руки вытри.
Макс послушно влез в бардачок, нашел пачку салфеток среди клубков проводов и отчистил руки от грязи.
— Внизу пакет есть, выбрось грязные в него.
На двери и впрямь был приткнут небольшой бумажный пакет с каким-то мелким мусором. Упаковав туда салфетки, Макс сложил руки на колени и повернулся к альфе.
— Не дрейфь, — вдруг улыбнулся тот и растрепал Максу волосы, неуклюже погладив. — Все будет хорошо.
В носу защипало. Шмыгнув, Макс внезапно разревелся. Так и рыдал взахлеб, пока Кирилл не остановил машину, не отстегнул его и не перетащил незадачливого омежку к себе на колени. Макс заливал слезами кожаную куртку и никак не мог успокоиться.
Почему-то очень не хотелось пересаживаться обратно на пассажирское сиденье. Но, стоило плачу чуть стихнуть, как Максу вручили большой носовой платок и ловко пересадили обратно, пристегивая ремень безопасности.
— Бедный, набегался, промерз, устал, — с сочувствием сказал альфа. — Ничего, скоро приедем, отмоешься, переоденешься и поешь нормально.
Рев возобновился с новой силой.
Владилен Львович успел приехать домой, заказать в ресторане ужин с доставкой на дом из расчета трех человек, и позвонил приходящему домработнику, предупредить о необходимости готовить на большее количество народа. Опять выпил для успокоения — доставка блудного сына изрядно задерживалась. Периодически он смотрел на монитор, где отслеживалось передвижение Макса, и видел, что мигающая точка дважды надолго замирала. Что уж там происходило, Владилен и думать боялся, решив оставить все до приезда Кирилла.
Камеры показали открывающиеся ворота. Во двор въехал внедорожник Кира. Припарковавшись, тот выскочил, обошел машину и… Владилен не поверил глазам — извлек с сиденья Макса, явно в бессознательном состоянии.
За минуту, что понадобилась ему на путь от комнаты до входной двери, Владилен успел покрыться липким холодным потом, перепугаться и взбеситься.
— Тс-ссс, — прошипел Кирилл, когда входная дверь распахнулась, явив ему шефа. — Заснул он. Наревелся по дороге до обморока.
У Владилена разом отлегло от сердца.
— А я-то уж… Ох уж этот ребенок! — руки Владилена дрожали, пока он запирал дверь. — Наверх неси. Третья дверь направо от гостиной.
— Мне с ним не разуться, Владилен Львович. А так натопчу вам тут, — Кирилл озадачился.
— Давай сюда, — Влад глянул на спящего сына и решил, что вряд ли тот проснется. — Донесу, как-нибудь.
— Вы хоть подержите минутку, — Кир аккуратно передал Макса шефу.
Крякнув, Влад перехватил сына. Весил Макс не очень много, но Владилен форму давно не поддерживал, в отличие от того же Кирилла. Так что до второго этажа он дошел с трудом. Кирилл предупредительно открыл дверь комнаты, отведенной Максу и посмотрел на трогательно сопящего омегу, который тут же обнялся с подушкой, едва Влад уложил его на кровать.
— Может, разбудить его?
— Пусть поспит, — махнул рукой Влад. — Накрою вот только и кеды сниму. Утром помоется.
Макс проснулся на этапе снятия замызганных кед, но не стал открывать глаза. Потом сверху опустилось теплое одеяло, голоса стихли, негромко хлопнула дверь.
Сердце бешено стучало.
Он действительно дома у отца.
И в третий раз за вечер Макс разревелся. Укутавшись в одеяло, забравшись головой под подушку, растерянный омега скулил, закусывая губы и стискивая кулаки до отметин от ногтей.
Утром была дикая головная боль, опухшее лицо и разодранные руки. Тело чесалось — Макс привык регулярно мыться, а тут сутки с лишним, да еще и беготня. Нос заложило, в глотке першило.
Вытащив себя из постели, Макс отдернул симпатичную полупрозрачную голубенькую шторку и огляделся.
В большой комнате с высокими потолками было очень уютно и тепло. Ноги утопали в пушистом ковре синего цвета, у огромного окна стоял письменный стол с удобным навороченным компьютерным креслом. Вдоль противоположной стены высились белоснежные шкафы: одежный и книжные. Светлые обои и легкие белые шторы зрительно еще больше расширяли пространство, и Макс вдруг с удивлением обнаружил, что ему все это очень нравится. Возле стола грудой были свалены чемоданы, пакеты и связки книг — Макс с грустью понял, что действительно переехал к отцу.
— Проснулся?
Макс подпрыгнул от неожиданности — занятый осмотром комнаты, он не услышал, как открылась дверь.
— Меня зовут Кирилл, — представился вчерашний качок. — И как я уже сказал, я — твоя персональная нянечка.
Зачатки хорошего настроения испарились. Макс напрягся. При дневном свете его «нянечка» слегка напоминала наемного убийцу. Да еще и эта лысая голова с парой шрамов на пол-лица, что делала из улыбки кривую ухмылку.
— Согрелся? — мягкий голос альфы развеял тягостные мысли. — Возьми в бардачке салфетки и руки вытри.
Макс послушно влез в бардачок, нашел пачку салфеток среди клубков проводов и отчистил руки от грязи.
— Внизу пакет есть, выбрось грязные в него.
На двери и впрямь был приткнут небольшой бумажный пакет с каким-то мелким мусором. Упаковав туда салфетки, Макс сложил руки на колени и повернулся к альфе.
— Не дрейфь, — вдруг улыбнулся тот и растрепал Максу волосы, неуклюже погладив. — Все будет хорошо.
В носу защипало. Шмыгнув, Макс внезапно разревелся. Так и рыдал взахлеб, пока Кирилл не остановил машину, не отстегнул его и не перетащил незадачливого омежку к себе на колени. Макс заливал слезами кожаную куртку и никак не мог успокоиться.
Почему-то очень не хотелось пересаживаться обратно на пассажирское сиденье. Но, стоило плачу чуть стихнуть, как Максу вручили большой носовой платок и ловко пересадили обратно, пристегивая ремень безопасности.
— Бедный, набегался, промерз, устал, — с сочувствием сказал альфа. — Ничего, скоро приедем, отмоешься, переоденешься и поешь нормально.
Рев возобновился с новой силой.
Владилен Львович успел приехать домой, заказать в ресторане ужин с доставкой на дом из расчета трех человек, и позвонил приходящему домработнику, предупредить о необходимости готовить на большее количество народа. Опять выпил для успокоения — доставка блудного сына изрядно задерживалась. Периодически он смотрел на монитор, где отслеживалось передвижение Макса, и видел, что мигающая точка дважды надолго замирала. Что уж там происходило, Владилен и думать боялся, решив оставить все до приезда Кирилла.
Камеры показали открывающиеся ворота. Во двор въехал внедорожник Кира. Припарковавшись, тот выскочил, обошел машину и… Владилен не поверил глазам — извлек с сиденья Макса, явно в бессознательном состоянии.
За минуту, что понадобилась ему на путь от комнаты до входной двери, Владилен успел покрыться липким холодным потом, перепугаться и взбеситься.
— Тс-ссс, — прошипел Кирилл, когда входная дверь распахнулась, явив ему шефа. — Заснул он. Наревелся по дороге до обморока.
У Владилена разом отлегло от сердца.
— А я-то уж… Ох уж этот ребенок! — руки Владилена дрожали, пока он запирал дверь. — Наверх неси. Третья дверь направо от гостиной.
— Мне с ним не разуться, Владилен Львович. А так натопчу вам тут, — Кирилл озадачился.
— Давай сюда, — Влад глянул на спящего сына и решил, что вряд ли тот проснется. — Донесу, как-нибудь.
— Вы хоть подержите минутку, — Кир аккуратно передал Макса шефу.
Крякнув, Влад перехватил сына. Весил Макс не очень много, но Владилен форму давно не поддерживал, в отличие от того же Кирилла. Так что до второго этажа он дошел с трудом. Кирилл предупредительно открыл дверь комнаты, отведенной Максу и посмотрел на трогательно сопящего омегу, который тут же обнялся с подушкой, едва Влад уложил его на кровать.
— Может, разбудить его?
— Пусть поспит, — махнул рукой Влад. — Накрою вот только и кеды сниму. Утром помоется.
Макс проснулся на этапе снятия замызганных кед, но не стал открывать глаза. Потом сверху опустилось теплое одеяло, голоса стихли, негромко хлопнула дверь.
Сердце бешено стучало.
Он действительно дома у отца.
И в третий раз за вечер Макс разревелся. Укутавшись в одеяло, забравшись головой под подушку, растерянный омега скулил, закусывая губы и стискивая кулаки до отметин от ногтей.
Утром была дикая головная боль, опухшее лицо и разодранные руки. Тело чесалось — Макс привык регулярно мыться, а тут сутки с лишним, да еще и беготня. Нос заложило, в глотке першило.
Вытащив себя из постели, Макс отдернул симпатичную полупрозрачную голубенькую шторку и огляделся.
В большой комнате с высокими потолками было очень уютно и тепло. Ноги утопали в пушистом ковре синего цвета, у огромного окна стоял письменный стол с удобным навороченным компьютерным креслом. Вдоль противоположной стены высились белоснежные шкафы: одежный и книжные. Светлые обои и легкие белые шторы зрительно еще больше расширяли пространство, и Макс вдруг с удивлением обнаружил, что ему все это очень нравится. Возле стола грудой были свалены чемоданы, пакеты и связки книг — Макс с грустью понял, что действительно переехал к отцу.
— Проснулся?
Макс подпрыгнул от неожиданности — занятый осмотром комнаты, он не услышал, как открылась дверь.
— Меня зовут Кирилл, — представился вчерашний качок. — И как я уже сказал, я — твоя персональная нянечка.
Зачатки хорошего настроения испарились. Макс напрягся. При дневном свете его «нянечка» слегка напоминала наемного убийцу. Да еще и эта лысая голова с парой шрамов на пол-лица, что делала из улыбки кривую ухмылку.
Страница 8 из 31
