Я тебя слышу

— Максим, — процедил Макс.

— Я знаю. Дуй в душ, только одежду на смену сразу возьми. Потом завтрак и я помогу разобрать тебе вещи, — Кирилла не смутила мгновенная смена настроения омеги. И не такое видел в своей жизни. А уж многообещающая ежеквартальная сумма и возможность развлечься, пусть даже и таким странным образом, несколько сглаживали происходящее. Да и парнишку ему было жалко. Видно же, что переходный возраст, бунтарство и прочие прелести взросления, а родители заняты собой.

Стараясь не психовать, Макс ворошил чемоданы под пристальным взглядом «нянюшки». От помощи он отказался и тихо чертыхаясь, перебирал сваленные кое-как вещи. Вот сразу видно — папа паковал.

Трусы и носки нашлись в одном чемодане. Футболки в другом. Чистые джинсы в третьем. Тапки Макс с трудом извлек из пакета, куда помимо прочего оказались засунуты и носовые платки. Всякие средства для умывания, зубная щетка и косметика обнаружились в предназначенной для них сумке, отчего стало чуть проще — утрату средств по уходу за собой Макс спокойно не перенес бы.

— Все нашел? — Кириллу уже поднадоело ждать.

— Полотенца остались… — Макс окинул взглядом кучу мала, пытаясь представить, куда папа мог засунуть их.

— Там есть, — Кирилл подхватился и пошел к двери. — Идешь?

Ванная комната тоже была весьма шикарна — приличных размеров пространство, душевая кабина, ванна, туалет, биде и куча всяких милых вещичек, которые наталкивали на мысль, что у отца или есть другой омега, или дизайном и обстановкой явно занимался не он. Макс оставил и этот вопрос на попозже.

Вымывшись и затолкав перепачканную одежду в корзину для грязного белья, Макс ощутил себя более отдохнувшим. Высушив поблекшие цветные волосы и оценив отросшие корни, омега задумался о следующем походе в парикмахерскую.

Вспомнил про отца и приуныл — да тот его налысо обреет точно… Зачем он вообще Макса забрал к себе?

Вопросы множились и копились. И только непривычный страх и разбитое состояние мешали Максу проявить характер. Хотелось спать, есть, закинуться таблетками и снова спать.

— Готов? — Кирилл ждал Макса в гостиной. Трогательно тощий омега, мнущийся на пороге, вызывал у него желание откормить ребенка. Пока что тот не выкинул ничего из обещанного шефом, и Кирилл слегка расслабился.

— К чему? — нахмурился Макс, обходя Кира по дуге и притуливаясь в кресло.

— К завтраку? Тебя кормить и кормить! — хмыкнул «нянь».

— Я на диете, — предупреждающе сказал Макс. Он бы и слона сожрал с удовольствием, но захотелось выебнуться.

— Был, — кривая ухмылка опять расползлась по лицу. — А теперь ты усердно питаешься. Не слышал ничего о том, что неправильное питание и недостаток нужных веществ, витаминов и микроэлементов влияет на организм?

— А ты диетолог, что ли? — окрысился Макс. Еще ему тут охранник не указывал!

— Макс, — Кирилл сдержал порыв перекинуть мелкую бледную немощь через колено и всыпать профилактически по заднице. — Вариант «А»: ты ешь сам, без потери чувства собственного достоинства. Вариант «Б»: я просто привязываю тебя к стулу и кормлю насильно.

— Сам поем! — быстро буркнул Макс и шмыгнул.

— Простыл?

Макс кивнул. Все же не то у него состояние, чтобы хорохориться.

— Завтракаем и едем к врачу. Анатолий Борисович ждет нас к одиннадцати, так что поторопись немного.

Анатолия Борисовича Макс знал. Главврач частной клиники и хороший знакомый отца. С Максом общался несколько раз, осматривая его после двух течек, проведенных сразу с двумя альфами, и после драки, в которой Максу сломали ребро. Пухленький добродушный бета впихивал его к разным врачам и всячески ускорял процесс осмотра, забалтывая Макса историями из бурной врачебной практики. Пожалуй, даже он относился к Максу дружелюбнее отца.

За завтраком построить из себя фифу не удалось. Во-первых, пышные оладьи с вареньем, яичница и крепкий черный чай, который Макс нежно любил (и который вечно пытался разбавить папа), привели его в благостное расположение духа. Во-вторых, Кирилл пристально смотрел за ним и вряд ли позволил оставить хоть крошку на тарелке. И в-третьих, Максу становилось все хуже.

До больницы они домчали довольно быстро. Анатолий Борисович всплеснул руками, увидев вялого Макса, и взял его в оборот.

Напичканный лекарствами, ослабевший от кучи анализов, которые непременно придется повторить из-за простуды, Макс ссыпался на кушетку и задремал, пока Кирилл выслушивал рекомендации по лечению.

— А где отец? — пробормотал Макс в полудреме, когда они ехали домой.

— На работе, мелкий. Вечером увидитесь.

— Он всегда на работе, — с досадой сказал Макс, вырубаясь.

Кирилл порадовался, что вместо берц надел кроссовки — опять это чудо в перьях тащить в постельку. Ну хоть разуться сможет без проблем.

Последующие несколько дней Макс помнил с трудом.