Фандом: Гарри Поттер. А если все не совсем так, как кажется, если враги на самом деле и не враги вовсе, если школьная вражда — лишь умело поставленный спектакль?
Добавить в моё избранное
25 мин, 53 сек 7751
К нашему мини-соглашению присоединился Невилл
В поезде состоялся долгий нудный разговор, в результате которого мы заключили даже не перемирие, а скорее пакт. На людях вести себя как раньше, но наедине…
В общем, мы договорились. Как нам это удалось? Мерлин, мы же были детьми, двенадцать-четырнадцать лет, много ли надо в этом возрасте, дабы помириться или поругаться? Но, помимо всего, мы были ещё и волшебниками, и, похоже, любили рисковать, ибо непреложный обет с формулировкой «быть всегда на одной стороне, не драться и не ссориться по-настоящему, не скрывать ничего и не врать, поддерживать друг друга» — не совсем детская затея, скажем так. Хотя и цели мы тогда поставили недетские.
Так началось грандиозное шоу под названием: «вражда Слизерина и Гриффиндора в исполнении заговорщиков». Собственно, нашей относительно дружной компании понадобилось четыре вечера и три бессонные ночи для неутешительного вывода: некто с бородой и в дурацкой мантии провоцирует всех студентов на конфликты, всячески способствуя межфакультетским распрям. Взять тот же квиддич или постоянные стравливания Слизерина и Гриффиндора. Одни у нас — злобные страшные темные маги, а другие — эдакие защитники на конях. Те, кто входил в наши стройные ряды заговорщиков, не были ни злобными, ни страшными, ни эмоционально уравновешенными, ни фанатично преданными. Мы все были нормальными, обычными детьми.
А директор нам мешал… жить он нам мешал.
Когда появились первые сообщения в газетах, что сбежал некто Блэк, а директор промывал мне мозги, что этот Блэк предал моих родителей, мне поступило три предложения найти предателя самостоятельно и поговорить с ним; четыре предложения убить сразу, не разговаривая; остальные настаивали на пытках. Самое интересное: разобраться предложили как раз темные и страшные маги Слизерина, а добрые гриффиндорцы настаивали на пытках.
Ограничились мы выполненной под руководством Тома ловушкой, в которую успешно угодил Сириус Блэк. Он, как ни странно, психом, желающим меня прикончить, не был, вел себя спокойно, только немного удивился разношерстной компании, что у нас собралась.
Как выяснилось, Сириус никого не предавал, не убивал, а в Азкабан был заключен без суда и следствия. Дамблдор прекрасно осведомлен о его невиновности. В тот вечер, когда убили моих родителей, крестный был с директором, в шахматы они играли. Но наш старикан скрыл сей факт.
Вот на этой веселой ноте я решил — нам с Дамблдором трудно будет жить в одной стране. Драко «неожиданно» вспомнил: директор насолил и его семье. Ещё бы, кто-то же настучал в аврорат, будто в доме Малфоев хранятся запрещенные артефакты. Кстати, они там действительно хранятся, но это частности. Рон вспомнил, как его отца неожиданно перевели в другой отдел, якобы на повышение, но в итоге… Короче, всем директор не угодил. И тут в наших буйных головах родилась идея. Точнее, я неожиданно для всех предложил:
— А давайте воскресим Лорда.
Минутная тишина была ответом. Это уже потом, после того, как я доказал, что не сошел с ума, ничего не пил и не курил, мы детально обсудили этот бред. Нет, серьезно, нам с Дамблдором не справиться — все-таки мы всего лишь дети, а единственный взрослый на днях сбежал из Азкабана и разыскивается аврорами. Хотя нет, не единственный. Я запамятовал: в ту ловушку угодил ещё и некто Хвост, или Питер. Симпатичный крыс. Но он вообще считается покойником.
Поэтому моя идея была не лишена смысла. Воскресим Лорда, свалим всю грязную работу на него, и все. А наш пленённый крыс нам поможет. Не хочет — кто же его спрашивает?
Том из дневника подсказал подходящий ритуал, вот только с местом проведения мы не могли определиться. Решили отложить на следующий год, а то на носу экзамены, некогда нам со всякими воскрешениями баловаться.
Летом в очередном письме Малфой поведал о Турнире Трех Волшебников — вот вам и прикрытие для ритуала. Хвост в клятвенной форме обещал все устроить. Сириус на добровольных началах ему помогал. По-моему, крестный его просто жалел. И ещё жалел, что не остался в Азкабане. Так как его слова:
— Дементоры — просто душки по сравнению с вами, — звучали более чем красноречиво.
Воскрешение одного из самых страшных волшебников столетия прошло без сучка и задоринки. Хвост где-то откопал Барти Крауча, который, сам не зная, нам активно посодействовал. Правда, я честно не хотел участвовать в этом мероприятии — это я про турнир — но наши настояли. Конечно, не им пришлось от хвостороги на метле удирать — испытания-то были незапланированные. Зато за меня болели, искренне, по-настоящему желали дойти до последнего испытания живым, иначе весь план летел бы в глубокую пропасть. И было сказано:
— Рискнешь сорвать мероприятие — мы тебя с того света достанем, — вот такие добрые друзья.
Но все прошло как нельзя лучше.
В поезде состоялся долгий нудный разговор, в результате которого мы заключили даже не перемирие, а скорее пакт. На людях вести себя как раньше, но наедине…
В общем, мы договорились. Как нам это удалось? Мерлин, мы же были детьми, двенадцать-четырнадцать лет, много ли надо в этом возрасте, дабы помириться или поругаться? Но, помимо всего, мы были ещё и волшебниками, и, похоже, любили рисковать, ибо непреложный обет с формулировкой «быть всегда на одной стороне, не драться и не ссориться по-настоящему, не скрывать ничего и не врать, поддерживать друг друга» — не совсем детская затея, скажем так. Хотя и цели мы тогда поставили недетские.
Так началось грандиозное шоу под названием: «вражда Слизерина и Гриффиндора в исполнении заговорщиков». Собственно, нашей относительно дружной компании понадобилось четыре вечера и три бессонные ночи для неутешительного вывода: некто с бородой и в дурацкой мантии провоцирует всех студентов на конфликты, всячески способствуя межфакультетским распрям. Взять тот же квиддич или постоянные стравливания Слизерина и Гриффиндора. Одни у нас — злобные страшные темные маги, а другие — эдакие защитники на конях. Те, кто входил в наши стройные ряды заговорщиков, не были ни злобными, ни страшными, ни эмоционально уравновешенными, ни фанатично преданными. Мы все были нормальными, обычными детьми.
А директор нам мешал… жить он нам мешал.
Когда появились первые сообщения в газетах, что сбежал некто Блэк, а директор промывал мне мозги, что этот Блэк предал моих родителей, мне поступило три предложения найти предателя самостоятельно и поговорить с ним; четыре предложения убить сразу, не разговаривая; остальные настаивали на пытках. Самое интересное: разобраться предложили как раз темные и страшные маги Слизерина, а добрые гриффиндорцы настаивали на пытках.
Ограничились мы выполненной под руководством Тома ловушкой, в которую успешно угодил Сириус Блэк. Он, как ни странно, психом, желающим меня прикончить, не был, вел себя спокойно, только немного удивился разношерстной компании, что у нас собралась.
Как выяснилось, Сириус никого не предавал, не убивал, а в Азкабан был заключен без суда и следствия. Дамблдор прекрасно осведомлен о его невиновности. В тот вечер, когда убили моих родителей, крестный был с директором, в шахматы они играли. Но наш старикан скрыл сей факт.
Вот на этой веселой ноте я решил — нам с Дамблдором трудно будет жить в одной стране. Драко «неожиданно» вспомнил: директор насолил и его семье. Ещё бы, кто-то же настучал в аврорат, будто в доме Малфоев хранятся запрещенные артефакты. Кстати, они там действительно хранятся, но это частности. Рон вспомнил, как его отца неожиданно перевели в другой отдел, якобы на повышение, но в итоге… Короче, всем директор не угодил. И тут в наших буйных головах родилась идея. Точнее, я неожиданно для всех предложил:
— А давайте воскресим Лорда.
Минутная тишина была ответом. Это уже потом, после того, как я доказал, что не сошел с ума, ничего не пил и не курил, мы детально обсудили этот бред. Нет, серьезно, нам с Дамблдором не справиться — все-таки мы всего лишь дети, а единственный взрослый на днях сбежал из Азкабана и разыскивается аврорами. Хотя нет, не единственный. Я запамятовал: в ту ловушку угодил ещё и некто Хвост, или Питер. Симпатичный крыс. Но он вообще считается покойником.
Поэтому моя идея была не лишена смысла. Воскресим Лорда, свалим всю грязную работу на него, и все. А наш пленённый крыс нам поможет. Не хочет — кто же его спрашивает?
Том из дневника подсказал подходящий ритуал, вот только с местом проведения мы не могли определиться. Решили отложить на следующий год, а то на носу экзамены, некогда нам со всякими воскрешениями баловаться.
Летом в очередном письме Малфой поведал о Турнире Трех Волшебников — вот вам и прикрытие для ритуала. Хвост в клятвенной форме обещал все устроить. Сириус на добровольных началах ему помогал. По-моему, крестный его просто жалел. И ещё жалел, что не остался в Азкабане. Так как его слова:
— Дементоры — просто душки по сравнению с вами, — звучали более чем красноречиво.
Воскрешение одного из самых страшных волшебников столетия прошло без сучка и задоринки. Хвост где-то откопал Барти Крауча, который, сам не зная, нам активно посодействовал. Правда, я честно не хотел участвовать в этом мероприятии — это я про турнир — но наши настояли. Конечно, не им пришлось от хвостороги на метле удирать — испытания-то были незапланированные. Зато за меня болели, искренне, по-настоящему желали дойти до последнего испытания живым, иначе весь план летел бы в глубокую пропасть. И было сказано:
— Рискнешь сорвать мероприятие — мы тебя с того света достанем, — вот такие добрые друзья.
Но все прошло как нельзя лучше.
Страница 3 из 8
