За белым кроликом

Роза задумчиво глядела в чашку с чаем. На темной поверхности жидкости, почти непрозрачной в полумраке раннего вечера, плавала двойная сосновая иголка. «Чаинка в чашке — к визиту незнакомца», — вспомнилась ей примета. Интересно, а к чему сосновые иголки в чае? К визиту инопланетян, что ли?

Ой, да зачем ей сейчас незнакомцы! С нее хватило и одного… хм… знакомого. На всю жизнь хватило, пожалуй. Перед глазами вновь яркой вспышкой промелькнули бесчисленные комментарии с поздравлениями в фейсбуке. «Будьте счастливы»… «Совет да любовь»… «Поздравляем!» И фотография. Его и ее.

Сердце сжала когтистой лапой боль, и Роза устало прикрыла глаза. Плакать уже не было сил. Наплакалась за эти дни до звона в голове. До плавающих пятен перед глазами. До того, что все вокруг казалось каким-то нереальным.

Здесь, в загородном ведомственном санатории, куда подруги привезли ее «зализывать раны», это ощущение нереальности только усилилось. Старые одноэтажные корпуса с огромными окнами прятались в тени высоченных эльдарских сосен. Такие домики (их почему-то хотелось называть старомодным словечком «флигели») Роза до сих пор видела только в кинолентах середины прошлого века.

Ей вдруг вспомнилась песня «Первым делом самолеты» и кадры из того старого черно-белого фильма, в котором она звучала. Этот фильм очень любила бабушка Розы. Почему в памяти всплыла именно эта песня? Видимо, потому, что герои там гуляют на фоне примерно таких вот госпитальных корпусов, больше похожих на садовые павильоны позапрошлого века. Кстати, здесь, в этом абшеронском санатории, в Великую Отечественную войну тоже был госпиталь — Роза видела мемориальную доску на улице, у главных ворот.

Какая же тут умиротворяющая тишина! И вообще необычная атмосфера. Даже днем сквозь густые шапки сосен еле-еле пробивался тусклый свет солнца (который буквально в двух шагах, за воротами санатория, был ярким и по-августовски слепящим… Невольно приходил на ум Лес-между-мирами из Нарнии… Розе подумалось, что в здешнем госпитале наверняка был рекордный процент излечившихся. Тут просто не могло быть иначе! Это место самой природой предназначено для исцеления тел и душ.

Подходил к концу их первый день пребывания здесь. Стандартная программа: пляж, обед, дневной сон… Ближе к вечеру решили осмотреть территорию. Направляясь следом за подругами в темную глубь полузаброшенного парка, Роза оглянулась.

У крыльца большого центрального флигеля, в котором располагалось управление санатория (а также биллиардная и библиотека), стоял длинный стол, застеленный яркой клеенкой. Повариха неспешно расставляла на нем большие блюда с ломтями арбузов и прочую сочную и пеструю летнюю снедь. Бойкая и веселая Хаджар, администратор санатория, разжигала огромный самовар — через полчаса компанию подруг ожидал ужин на свежем воздухе, под соснами и звездами.

Минут пятнадцать их группа блуждала между шершавыми толстыми стволами высоченных деревьев, по асфальтовым дорожкам и прямиком по сухой траве. Периодически они натыкались то на пустой постамент статуи, то на опрокинутую и давно проржавевшую мусорную урну, то на высокий ажурный фонарный столб без плафонов… Высокие темные кусты, скрывающие флигели, создавали ощущение сказочного лабиринта. Аромат сухой, разогретой за день солнцем хвои вплывал в сознание и одурманивал, отвлекая от насущных забот.

— Красиво здесь! Ох, как красиво! Вроде все разваливается, ремонта просит, а все равно глаз не отвести! — восхищенно сказала Виола.

— И дешево, между прочим! — удовлетворенно сказала Гюля. — Где сейчас найдешь такой шикарный отдых по смешной цене?

В голосе Гюли звучала гордость: в конце концов, это именно благодаря ее знакомствам подруги смогли попасть сюда, в закрытый санаторий, недоступный отдыхающим, не принадлежащим к военному ведомству. Конечно, былая слава этого места осталась далеко позади, но даже и сейчас здесь было приятно провести выходные. Стоимость проживания, кстати, действительно очень радовала.

— Жаль, что тут так запущено… — меланхолично протянула Мира. — Сюда бы чуть-чуть вложиться — и такую сказку можно было бы отгрохать! Корпуса подновить снаружи — внутри-то у них и так все прилично, свежий ремонт… Качели поставить, скамейки под деревьями раскидать, кусты постричь… Ну а самое главное тут уже есть — атмосфера! Эти сосны, и эти домики старинные — ну разве не чудо?

— Неплохо было бы… Я бы тогда сюда еще раз с удовольствием приехала, — сказала Наида. — Даже если бы цена поднялась вдвое!

— Не выйдет, — отрезала Гюля. — Скоро сюда будет вообще не попасть.

— Даже по блату? — усмехнулась Нана.

— Даже за двойную цену? — в тон ей спросила Виола.

— Санаторий работает последние месяцы, — пояснила Гюля. — В ноябре его закроют на реконструкцию.

— Как?! — ахнула Роза. Ей показалось, что она знала это место всегда, с самого своего рождения, а вовсе не с сегодняшнего утра.