Фандом: Гарри Поттер. «Это не моя жизнь. Я повторяю это вслух, чаще и громче. Это не моя жизнь!»
Добавить в моё избранное
10 мин, 9 сек 17072
— Ты мне не нужен, понял?
… понял?
… понял?
— Я не хочу больше этого. Дай хоть ты мне пожить спокойно.
… спокойно…
… спокойно…
… спокойно…
Грудь сдавило, а в ушах стоял только голос этого Малфоя, а не того, кто ночью говорил мне совершенно другие слова, того, кто впитывал каждый мой взгляд или движение. Я слышал только этот ненавистный шепот у себя в голове и шаги… шаги этого Малфоя по скрипучему снегу.
Я отмахнулся от друзей, подбежавших ко мне, и чувствовал только горячие слезы, бегущие к кончику носа. Размазав их, я делано улыбнулся, крича внутри от ужаса и откуда-то взявшегося страха.
— Пойдемте?
— Старик, с тобой все хорошо, ты только что…
— Пойдемте!
— Ты мне не нужен, понял?
И для меня начался ад.
— Ты мне не нужен, понял?
Если тогда была слабая надежда, что Малфой ответит мне взаимностью или согласится… попытаться наладить отношения, то теперь, теперь ничего этого не было. Была огромная черная пустыня в душе, покрытая углями, и я брел по ней, высекая искры, ведь больше, кроме искр-снов, у меня не осталось ничего.
Но потом я понял ад и этого. Каждую ночь я засыпал, и каждое утро, проснувшись, сворачивался калачиком на одеяле. Я возвращался туда, где не хотел находиться. К друзьям, Дамблдору, крестражам, Воландеморту и… этому Драко. Никакому. Чужому. Без тепло-нахально взгляда. Без чувств.
И я стал бояться засыпать. Я стал ненавидеть сны, ведь они призрачны и не давали опоры или реальности.
Я не спал. Сутки, двое, трое… но тогда засыпал прямо на парах. Друзья списывали все на волнение, на пророчество, обрекающее меня на убийство, а я… я считал дни, дни до лета, когда, возможно, подальше от этого Малфоя я забуду о снах, они перестанут досаждать мне и продолжать быть такими реальными.
— Ты мне не нужен, понял?
Я медленно сходил с ума.
— Ты мне не нужен, понял?
— Гарри? Гарри? Ты в порядке?
— Я не хочу больше этого. Дай хоть ты мне пожить спокойно.
Взволнованное лицо Рона маячило надо мной, а я чувствовал, что горю от ужаса, страха и непонимания. Сны продолжали сниться, где бы я ни находился. Яркие, красочные и такие реальные, что возвращаться обратно я не хотел. Там, там я мог за одну ночь прожить несколько месяцев той жизнью, о которой мечтал, но картинки из прошлой жизни, там, где Малфой просто послал меня, отверг и ушел, перемешивались с нашей жизнью во снах, теплыми отношениями, взглядами, поцелуями, жестами, вызывая жгучую обиду и нестерпимую боль во всем теле. Казалось, ныла каждая косточка; в такие моменты я точно знал, что проваливаюсь в беспамятство, что следующие дни у меня будет жар, и никто, никто не сможет мне помочь!
— Я не хочу больше этого. Дай хоть ты мне пожить спокойно.
Я медленно садился в душной палатке на кровать.
— Да, Рон, все хорошо.
— Очередной сон про Вол… Волдеморта?
Мне хотелось кричать, и я просто вцепился в волосы на затылке, покачиваясь взад-вперед.
— Н… да, ничего, позови Гермиону, скажи, что я ночью дежурить буду я.
— Я не хочу больше этого. Дай хоть ты мне пожить спокойно.
Я заперся на Гриммаулд плейс сразу после того, как дал свидетельские показания в пользу Малфоя. Всей их семьи. Не знаю, что меня толкнуло к этому, — больше я не учувствовал ни в одном слушании. Об этом судачили, но для себя я понял, что просто сделал добро в память о ТОМ Драко, Драко из снов, и вернул долг Нарциссе, ведь она спасла мою шкуру, хоть и просто заботилась о сыне.
С тех пор я редко выхожу на улицу, практически ни с кем не встречаясь.
Нужные в магическом мире покупки делает Кричер, а остальные — я, изредка шатаясь по Лондону, заходя в те же места. Продавцы уже знают меня и отдают заведомо упакованные вещи, они каждый раз улыбаются, а я лишь протягиваю список будущих покупок. Иногда остаюсь на чай у той пожилой пары, что была и в моем сне. Их маленький магазинчик раритетов ветшает, лишь изредка богатые покупатели, коллекционеры или туристы посещают это место. Только у них я могу расслабиться, поговорить и купить какую-нибудь безделушку, чтобы их маленький бизнес не пропал совсем.
Уже поздно, после таких прогулок я возвращаюсь домой — в мой ад.
Письма брошенной стопкой лежат у камина. Просто письма друзей, открытки, поздравления, приглашения на свадьбу — это все хорошо горит… даже дров не надо, как иногда усмехаюсь я. Сначала были вопиллеры, потом закончились и они, я медленно отходил от магического мира, пугаясь его, ведь там встреча с бывшим врагом, так чутко ласкающим меня во снах, казалась пыткой, местью или издевательством кого-то свыше.
Уже год, год я мучился снами, и каждый раз что-то выдирало меня из моей идеальной жизни, что-то сводило с ума, и утром я видел тот обрывок, то самое ненавистное воспоминание, где Малфой, выслушав, пусть и сбивчивое, признание, так безразлично ответил мне…
… понял?
… понял?
— Я не хочу больше этого. Дай хоть ты мне пожить спокойно.
… спокойно…
… спокойно…
… спокойно…
Грудь сдавило, а в ушах стоял только голос этого Малфоя, а не того, кто ночью говорил мне совершенно другие слова, того, кто впитывал каждый мой взгляд или движение. Я слышал только этот ненавистный шепот у себя в голове и шаги… шаги этого Малфоя по скрипучему снегу.
Я отмахнулся от друзей, подбежавших ко мне, и чувствовал только горячие слезы, бегущие к кончику носа. Размазав их, я делано улыбнулся, крича внутри от ужаса и откуда-то взявшегося страха.
— Пойдемте?
— Старик, с тобой все хорошо, ты только что…
— Пойдемте!
— Ты мне не нужен, понял?
И для меня начался ад.
— Ты мне не нужен, понял?
Если тогда была слабая надежда, что Малфой ответит мне взаимностью или согласится… попытаться наладить отношения, то теперь, теперь ничего этого не было. Была огромная черная пустыня в душе, покрытая углями, и я брел по ней, высекая искры, ведь больше, кроме искр-снов, у меня не осталось ничего.
Но потом я понял ад и этого. Каждую ночь я засыпал, и каждое утро, проснувшись, сворачивался калачиком на одеяле. Я возвращался туда, где не хотел находиться. К друзьям, Дамблдору, крестражам, Воландеморту и… этому Драко. Никакому. Чужому. Без тепло-нахально взгляда. Без чувств.
И я стал бояться засыпать. Я стал ненавидеть сны, ведь они призрачны и не давали опоры или реальности.
Я не спал. Сутки, двое, трое… но тогда засыпал прямо на парах. Друзья списывали все на волнение, на пророчество, обрекающее меня на убийство, а я… я считал дни, дни до лета, когда, возможно, подальше от этого Малфоя я забуду о снах, они перестанут досаждать мне и продолжать быть такими реальными.
— Ты мне не нужен, понял?
Я медленно сходил с ума.
— Ты мне не нужен, понял?
— Гарри? Гарри? Ты в порядке?
— Я не хочу больше этого. Дай хоть ты мне пожить спокойно.
Взволнованное лицо Рона маячило надо мной, а я чувствовал, что горю от ужаса, страха и непонимания. Сны продолжали сниться, где бы я ни находился. Яркие, красочные и такие реальные, что возвращаться обратно я не хотел. Там, там я мог за одну ночь прожить несколько месяцев той жизнью, о которой мечтал, но картинки из прошлой жизни, там, где Малфой просто послал меня, отверг и ушел, перемешивались с нашей жизнью во снах, теплыми отношениями, взглядами, поцелуями, жестами, вызывая жгучую обиду и нестерпимую боль во всем теле. Казалось, ныла каждая косточка; в такие моменты я точно знал, что проваливаюсь в беспамятство, что следующие дни у меня будет жар, и никто, никто не сможет мне помочь!
— Я не хочу больше этого. Дай хоть ты мне пожить спокойно.
Я медленно садился в душной палатке на кровать.
— Да, Рон, все хорошо.
— Очередной сон про Вол… Волдеморта?
Мне хотелось кричать, и я просто вцепился в волосы на затылке, покачиваясь взад-вперед.
— Н… да, ничего, позови Гермиону, скажи, что я ночью дежурить буду я.
— Я не хочу больше этого. Дай хоть ты мне пожить спокойно.
Я заперся на Гриммаулд плейс сразу после того, как дал свидетельские показания в пользу Малфоя. Всей их семьи. Не знаю, что меня толкнуло к этому, — больше я не учувствовал ни в одном слушании. Об этом судачили, но для себя я понял, что просто сделал добро в память о ТОМ Драко, Драко из снов, и вернул долг Нарциссе, ведь она спасла мою шкуру, хоть и просто заботилась о сыне.
С тех пор я редко выхожу на улицу, практически ни с кем не встречаясь.
Нужные в магическом мире покупки делает Кричер, а остальные — я, изредка шатаясь по Лондону, заходя в те же места. Продавцы уже знают меня и отдают заведомо упакованные вещи, они каждый раз улыбаются, а я лишь протягиваю список будущих покупок. Иногда остаюсь на чай у той пожилой пары, что была и в моем сне. Их маленький магазинчик раритетов ветшает, лишь изредка богатые покупатели, коллекционеры или туристы посещают это место. Только у них я могу расслабиться, поговорить и купить какую-нибудь безделушку, чтобы их маленький бизнес не пропал совсем.
Уже поздно, после таких прогулок я возвращаюсь домой — в мой ад.
Письма брошенной стопкой лежат у камина. Просто письма друзей, открытки, поздравления, приглашения на свадьбу — это все хорошо горит… даже дров не надо, как иногда усмехаюсь я. Сначала были вопиллеры, потом закончились и они, я медленно отходил от магического мира, пугаясь его, ведь там встреча с бывшим врагом, так чутко ласкающим меня во снах, казалась пыткой, местью или издевательством кого-то свыше.
Уже год, год я мучился снами, и каждый раз что-то выдирало меня из моей идеальной жизни, что-то сводило с ума, и утром я видел тот обрывок, то самое ненавистное воспоминание, где Малфой, выслушав, пусть и сбивчивое, признание, так безразлично ответил мне…
Страница 1 из 3
