Фандом: Мстители. Братья всегда найдут себе приключение, даже в замкнутом пространстве корабля.
Добавить в моё избранное
11 мин, 59 сек 7606
Из-под пальцев расплетались нити магии, чуть дребезжащие от воцарившегося покоя вокруг. Он уже давно не спал… этот день начался еще на Сакааре, потом был безумный эпизод, из которого хотелось вспоминать только фееричное появление, да-а… и вспоминать как можно чаще. Потом размещение… совещание по поводу самого безопасного курса… много всего…
— Хрррррррр… — громогласно прохрапел Тор под боком.
— Эй! — Локи пихнул его локтем, что тот аж подпрыгнул.
— А, что? Да! Я… эм… Локи! — Тор снова широко разулыбался, как будто теперь Локи был корзинкой котят.
Младший возвел глаза к потолку.
«И откуда в этом дуболоме столько радости от одного только моего вида?!»
— Твой друг, один из двух, он не собирается, часом, возвращаться? — как бы между прочим осведомился Локи.
— Ты о ком это?
— О Брюсе. Если уж заводить друзей, то он мне больше нравится в этой роли.
— А… это я виноват, — грустил Тор так же самоотверженно, как и радовался. — Он говорил, что больше не сможет вернуться, а я потянул его в Асгард…
Локи отпустил подушку и задумчиво закусил кончик пальца. Не сможет вернуться… Интересно…
Пока он думал, Тор снова начал посапывать, нагло захватив подушку себе. Как ни странно, размеренные вдохи и выдохи брата совершенно не мешали Локи, спокойно вплетаясь в магический узор.
— Тор! — Локи снова его пихнул. — Тор, просыпайся, у нас есть дело! Вставай, квашня, или тебе чибиса наколдовать?
— Расскажешь кому-нибудь про чибиса — прибью, — пробурчал Тор в подушку.
— Больше тысячи лет прошло, а я так никому и не рассказал. Все жду случая вынуть этот козырь.
Локи снова ощутимо ткнул брата в бок, и Тор с неохотой отлепил подушку — такую мягкую, пышную, большую подушку… — от лица, порадовавшись, что ткнули его локтем, а не кинжалом. Локи все-таки исправляется?
— Ну, какое там у тебя дело?
— А что ты про солнышко говорил? — хитро сверкнув глазами, спросил Локи.
— Локи, это самоубийство.
— Это план.
— Это план самоубийства!
— Как будто у нас когда-либо бывали другие.
Тору показалось, что он услышал в голосе брата плутовскую улыбку. Впрочем, почему показалось?
Они пробирались в темноте к двери соседней каюты, стараясь не шуметь. Как когда-то ночью крались по коридорам дворца, чтобы сбежать навстречу приключениям — стянуть яблоки Идунн или «просто посмотреть» на дракона в спячке. Планы всегда составлял Локи, а Тор всегда шел первым, прислушиваясь к юлящим за спиной тихим шагам брата.
Да, пожалуй, стащить у отца золотую повязку на глаз перед встречей с послом Ванахейма было самоубийством, но лезть к Халку в каюту, пока он спит…
— И почему я первый туда иду?! — негодующе прошептал Тор, хотя прекрасно знал — почему.
— Могучий Тор испугался? — сладко пропел Локи за плечом.
— А если он корабль разнесет?! Об этом ты не подумал?
— Не разнесет, — твердо ответил младший, судя по голосу, отчаянно собирающийся с силами не допустить этого и много чего еще. — У нас же есть солнышко!
— Оно только с Наташей работало! — возопил шепотом Тор. — А я не очень похож на Наташу!
— Ну как посмотреть…
— Локи.
— Будем надеяться, что у твоего друга хорошая память.
Пассаж про память Тор не понял, как не понял того, что, собственно, собирается делать Локи. Никогда не понимал. Локи никогда не мог четко и конкретно рассказать свой план, или не хотел — что вероятнее. Поэтому в их приключениях для Тора каждый поворот был элементом неожиданности, что, по правде говоря, ему нравилось до восторженного писка. Даже когда приходилось спешно делать ноги от клюющих в макушку воронов отца или прятаться в колючих кустах от разъяренной Сиф.
Храп в каюте стоял поистине грандиозный. Тору даже показалось, что от дыхания Халка у него зашевелились волосы. На затылке. Или не показалось. Он замер в дверном проеме, отчаянно соображая, как отговорить брата от этого безумства. Но не успел ничего придумать, как Локи, выглядывавший из-за его спины, как из-за щита, пихнул его в спину — и Тору пришлось сделать шаг в каюту.
— И что мне делать-то? — прошипел Тор.
— Молча стоять и не мешать мне.
— И…
— Тшш!
— Но…
— Тшшш!
Локи грубо развернул его за плечи лицом к Халку и опять толкнул, заставляя шагать к кровати. Тор мог бы возмутиться такому обращению, но вспомнил, как Локи точно так же прятался за него в пещере дракона, хотя сам сподобил их к этому походу. Ничего не меняется…
Они двигались слаженно и тихо, аккуратно переставляя ноги, даже ритмы дыхания подстроились друг под друга, и невозможно было представить, что когда-то было иначе, что вообще возможно иначе.
Внезапно Халк рыкнул во сне, недовольно сморщив нос.
— Хрррррррр… — громогласно прохрапел Тор под боком.
— Эй! — Локи пихнул его локтем, что тот аж подпрыгнул.
— А, что? Да! Я… эм… Локи! — Тор снова широко разулыбался, как будто теперь Локи был корзинкой котят.
Младший возвел глаза к потолку.
«И откуда в этом дуболоме столько радости от одного только моего вида?!»
— Твой друг, один из двух, он не собирается, часом, возвращаться? — как бы между прочим осведомился Локи.
— Ты о ком это?
— О Брюсе. Если уж заводить друзей, то он мне больше нравится в этой роли.
— А… это я виноват, — грустил Тор так же самоотверженно, как и радовался. — Он говорил, что больше не сможет вернуться, а я потянул его в Асгард…
Локи отпустил подушку и задумчиво закусил кончик пальца. Не сможет вернуться… Интересно…
Пока он думал, Тор снова начал посапывать, нагло захватив подушку себе. Как ни странно, размеренные вдохи и выдохи брата совершенно не мешали Локи, спокойно вплетаясь в магический узор.
— Тор! — Локи снова его пихнул. — Тор, просыпайся, у нас есть дело! Вставай, квашня, или тебе чибиса наколдовать?
— Расскажешь кому-нибудь про чибиса — прибью, — пробурчал Тор в подушку.
— Больше тысячи лет прошло, а я так никому и не рассказал. Все жду случая вынуть этот козырь.
Локи снова ощутимо ткнул брата в бок, и Тор с неохотой отлепил подушку — такую мягкую, пышную, большую подушку… — от лица, порадовавшись, что ткнули его локтем, а не кинжалом. Локи все-таки исправляется?
— Ну, какое там у тебя дело?
— А что ты про солнышко говорил? — хитро сверкнув глазами, спросил Локи.
— Локи, это самоубийство.
— Это план.
— Это план самоубийства!
— Как будто у нас когда-либо бывали другие.
Тору показалось, что он услышал в голосе брата плутовскую улыбку. Впрочем, почему показалось?
Они пробирались в темноте к двери соседней каюты, стараясь не шуметь. Как когда-то ночью крались по коридорам дворца, чтобы сбежать навстречу приключениям — стянуть яблоки Идунн или «просто посмотреть» на дракона в спячке. Планы всегда составлял Локи, а Тор всегда шел первым, прислушиваясь к юлящим за спиной тихим шагам брата.
Да, пожалуй, стащить у отца золотую повязку на глаз перед встречей с послом Ванахейма было самоубийством, но лезть к Халку в каюту, пока он спит…
— И почему я первый туда иду?! — негодующе прошептал Тор, хотя прекрасно знал — почему.
— Могучий Тор испугался? — сладко пропел Локи за плечом.
— А если он корабль разнесет?! Об этом ты не подумал?
— Не разнесет, — твердо ответил младший, судя по голосу, отчаянно собирающийся с силами не допустить этого и много чего еще. — У нас же есть солнышко!
— Оно только с Наташей работало! — возопил шепотом Тор. — А я не очень похож на Наташу!
— Ну как посмотреть…
— Локи.
— Будем надеяться, что у твоего друга хорошая память.
Пассаж про память Тор не понял, как не понял того, что, собственно, собирается делать Локи. Никогда не понимал. Локи никогда не мог четко и конкретно рассказать свой план, или не хотел — что вероятнее. Поэтому в их приключениях для Тора каждый поворот был элементом неожиданности, что, по правде говоря, ему нравилось до восторженного писка. Даже когда приходилось спешно делать ноги от клюющих в макушку воронов отца или прятаться в колючих кустах от разъяренной Сиф.
Храп в каюте стоял поистине грандиозный. Тору даже показалось, что от дыхания Халка у него зашевелились волосы. На затылке. Или не показалось. Он замер в дверном проеме, отчаянно соображая, как отговорить брата от этого безумства. Но не успел ничего придумать, как Локи, выглядывавший из-за его спины, как из-за щита, пихнул его в спину — и Тору пришлось сделать шаг в каюту.
— И что мне делать-то? — прошипел Тор.
— Молча стоять и не мешать мне.
— И…
— Тшш!
— Но…
— Тшшш!
Локи грубо развернул его за плечи лицом к Халку и опять толкнул, заставляя шагать к кровати. Тор мог бы возмутиться такому обращению, но вспомнил, как Локи точно так же прятался за него в пещере дракона, хотя сам сподобил их к этому походу. Ничего не меняется…
Они двигались слаженно и тихо, аккуратно переставляя ноги, даже ритмы дыхания подстроились друг под друга, и невозможно было представить, что когда-то было иначе, что вообще возможно иначе.
Внезапно Халк рыкнул во сне, недовольно сморщив нос.
Страница 2 из 4
