Помни о будущем

Над лесом всходило солнце.

Над зеленым лесом всходило розоватое солнце.

Над зеленым лесом в голубое небо с легкими белыми облаками всходило розоватое солнце. Ветерок едва заметно колыхал листву, где-то вдали чирикала какая-то птица, солнце еще не грело, но день обещал быть теплым, а в ворота — странно деревянные ворота Аркадии — по крайней мере, надпись над воротами гласила, что это Аркадия — выходил отряд, вооруженный непонятным оружием… впрочем, кажется, это было не оружие.

— Дядя Беллами, папа просил передать, что он тебя ждет у посадок!

Что?

Девчонка лет пяти с двумя забавными косичками, с неуловимо знакомыми серыми глазищами и выразительными губами-лепестками, невольно притягивающими взгляд (Беллами даже стало совестно, девчонка-то мелкая совсем, но ведь вырастет — будет парней косить одним взглядом, как автоматной очередью), теребила его за руку. Стоп, она его по имени назвала. А он ее впервые видит… или не впервые?

— Папа?

— Да, папа так и сказал: «Софи, найди дядю Беллами и скажи этому ослу, что я его весь день ждать не буду, у меня занятия». У папы сегодня занятия с нами, он будет нам показывать фермы! А что такое осел?

Осел? Софи? Папа?

Только тут до него дошло, почему ее глаза были такими знакомыми. На девчонке они смотрелись эффектнее… Что вообще происходит?

— Софи! — Прежде, чем сделать хоть шаг, он должен понять, где находится.

— Да, дядя Беллами?

— Сколько тебе лет? Прости, я забыл.

— Мне пять лет, три месяца и четыре дня, а родилась я в космосе, и мама боялась, что у меня будет неправильная ручка, как у нее, но я родилась совсем здоровая, а потом я не влезала в шаттл, и мама хотела остаться в космосе, чтобы я прилетела на Землю, а папа сказал «впихнем!», — девчонка решительно махнула рукой отчетливо знакомым же жестом, — и меня впихнули вместе с мамой. Это ты тоже забыл? Я-то не помню, потому что была маленькая, но ты-то был уже большой!

Неподдельный интерес на свежеумытой мордашке — аж еще прядки волос на лбу влажные — заставил его улыбнуться, несмотря на то, что яснее не стало. Разве что «впихнем» с этим вот решительным жестом было понятно и знакомо, — ну да, а как еще. Только впихиванием, если по науке не получается. Тут-то все ясно.

Но он вчера вечером лег спать в своей маленькой каюте на Кольце, один! А проснулся в непонятной комнате в непонятном строении типа «дом деревянный из бревен», и рядом спала… Эхо? Спала она так хорошо и спокойно, что он не стал ее будить, хотя потребность спросить «где я» была невыносимой. Он осторожно выбрался из кровати, не потревожив, натянул штаны и светлую полотняную рубашку, которую надо было надевать через голову, как футболку, и вышел наружу. А тут его ждали зеленые листья, ветер, птица вдалеке и розоватое солнце на голубом небе… И Софи с глазами Мерфи на лукавом личике.

И никаких следов Пламени.

— Папа весь день ждать не будет, — вдруг серьезно сказала Софи и потянула его за руку к воротам. — Пошли, покажу где посадки. Это ты ведь тоже не помнишь.

Он не помнил. Ничего, даже вот этого длинного двухэтажного здания на месте остова станции — ну да, станцию снесло волной Пламени, ее и не должно тут быть. А еще не помнил поле вдалеке, заросшее золотистой травой — пшеница, вспомнилось из книг и учебных фильмов, — к которому и направлялся отряд со странными орудиями в руках. Не помнил поселка из деревянных домов, чуть в стороне от большого здания, — таких же домов, как тот, где он проснулся. И непонятных сооружений с лопастями, как будто огромные кулеры, надетые на сторожевые вышки, и вот этого стада маленьких то ли безрогих оленей, то ли мелких лошадок, которых гнали куда-то в лес два пацана слегка постарше Софи, — не помнил. И когда сделали вот ту огромную просеку в сторону Полиса, не помнил тоже. И красивых рядов стройных деревьев, покрытых зелеными мелкими плодами.

— Папа там, за яблонями. Иди, я не пойду дальше, я Сэма с Дином провожу, все равно вы с папой без меня уйдете. О, а Марса ты помнишь? — Софи вывернула ладошку из его руки и вдруг по-мальчишечьи свистнула, засунув в рот колечко из пальцев.

Первым порывом было кинуться между ней и огромным волком, выпрыгнувшим из глубин проходящего мимо стада, но ее радостное «Марс, Марс!» и не менее радостное повизгивание грозного зверя заставили притормозить. Обнюхав девочку, Марс обратил внимание и на него. Степенно подошел, дружески ткнулся носом в колени, и Беллами невольно опустил руку на его серую ушастую голову, как только что сделала Софи.

— Здрасьте, мистер Блейк! — А это пацаны с палками, гнавшие стадо, наконец обратили на них внимание после свиста девочки.

— Привет, — отозвался он, совсем потерявшись.

— Ну, я побежала, тут рядом! — крикнула Софи и бросилась за уходящими пастухами, а Марс, странно размахивая хвостом, рванулся за ней.