Фандом: Сотня. Беллами засыпает на Кольце, а просыпается совсем в другом месте. Фантазия на тему. Точнее, сон на тему. А во сне всякое может быть.
Добавить в моё избранное
23 мин, 39 сек 9416
Судя по всему, дверцу открывали, но надо было знать, кто.
— Обижаешь. Первым делом.
Мерфи приблизился к дверце, пошарил по траве, ухватился за что-то и потянул на себя. Беллами хотел было помочь, но быстро понял, что не нужно — бицепсы, вздувшиеся под светлой тканью, тоже оказались новыми, очень эффективными и такими привлекательными, что ему стоило некоторого труда собраться и переключить внимание с Мерфи на открывшийся проход внутрь, в овраг.
— Спускался? — неожиданно хрипло спросил Беллами, которого озарило светлой мыслью: там, в старом бункере, может оказаться сухо и пусто. И темно. И если прикрыть дверцу…
— Нет, — отозвался ничего не заметивший Мерфи. — Ты ж сам запретил в одиночку в такие места ходить. Вот я и взял тебя. Чтобы не в одиночку.
— Это я правильно запретил, — покивал Беллами. — И давно ты такой послушный?
Мерфи обернулся, смерил его с ног до головы непонятным взглядом и как-то холодно ответил:
— С тех самых пор, как Норд в ту ловушку попал и сдох раньше, чем мы его нашли. Белл, не надо этим шутить, ладно?
Хорошо еще, что он и правда не успел предложить сексом заняться. Кстати, а кто такой Норд? Спрашивать почему-то не хотелось, прозвучит хуже, чем просто неудачная шутка.
— Извини, сглупил, — вполне искренне сказал он, отодвинул Мерфи плечом и пробрался внутрь первым. Хорошо, что фонарь у него явно в повседневной экипировке — на ремне был закреплен.
Если бы они нашли этот бункер в реальности и на семь лет пораньше, Беллами был бы счастливейшим из людей. Столько оружия разом он не видел даже в оружейной горы Уэзер. Но то, что было необходимым семь лет назад, сегодня, в этой зелено-солнечной идиллии, ощущалось чужеродным и лишним. По крайней мере, так чувствовал Беллами. Конечно, он много чего может не знать об этом месте — ни какие у них отношения с выжившими землянами, ни кто еще мог появиться на их горизонте… Но реакция Мерфи была похожа на его собственную — тот, скорее, встревожился, чем обрадовался. А ведь раньше против оружия ничего не имел, хоть и не любил его так, как Беллами.
— Черт, и что с этим делать? — озвучил Мерфи, шаря лучом своего фонарика по внутренностям подовражного склада.
— Нам бы это все да на лет семь пораньше, — осторожно сказал Беллами, пытаясь прощупать почву — а теперь-то как, не нужно?
— Ага, чтобы положить не триста человек, а сразу тридцать тыщ, да? — скривился Мерфи. — Белл, нам тогда и те-то винтовки давать нельзя было… а автоматы тем более.
— Ну, тогда бы мы сейчас, возможно, не разговаривали бы, — нахмурился Беллами. Да ладно, все можно понять, но как бы они тогда справились с атакующими челнок землянами?
— Может, — неохотно согласился Мерфи. — Но больше нам это не нужно. Надеюсь, ты не будешь сейчас спорить сам с собой только потому, что попал в игровую комнату с любимыми игрушками?
Он смотрел чуть исподлобья, испытующе и настороженно. Как будто боялся, что на месте Беллами сейчас окажется маньяк-убийца из прошлого. Все, все, он все понял, не нужны ему эти «игрушки», от них вред один, а пользы ноль… Стоп. А это что?
— Вот черт, — выдохнул Беллами. — Джон, но вот это нам точно не помешает. Это С-4. — Поймал недоуменный взгляд и пояснил: — Взрывчатка старая. Очень старая. Но если ее правильно хранили, она нам ого-го как помочь сможет.
— Чем это?
— Взрывать иногда нужно не только врагов, понимаешь? Горные неподдающиеся породы, углубить русло реки, канал быстро провести: не руками копать, а парой правильно рассчитанных взрывов… Вот такие склады уничтожать — рвануть все нафиг, одним махом… — Он так и не понял по взгляду, что думает Мерфи, а потому быстро стух. — Я про такое читал.
— Не, может ты и прав. Все равно я не знаю, как еще это можно ликвидировать, — задумчиво сказал, наконец, тот. — Надо, все же, Рейвен дождаться. Мало ли, что тут полезного может оказаться, кроме твоего… мирного взрыва. Пойдем отсюда. Запрем пока, а потом подумаем. С Кейном посоветуемся.
— Хорошо, — торопливо согласился Беллами. Ему на какую-то долю секунды показалось, что он мог все испортить нынешнему себе — пусть и в этом сне. Но даже зная, что это сон, представить, что он снова разочарует Джона, ему оказалось страшно. — Пойдем.
Они вылезли в овраг, и Беллами отвернулся, вдыхая поглубже травяной воздух и пытаясь справиться с лицом. Слишком как-то много всего на него навалилось, хоть приятного и было больше. Сон был слишком связным, слишком последовательным, слишком подробным, слишком настоящим. И Мерфи тоже был настоящим, хоть и не таким, как Беллами привык. И почему-то испортить отношения с этим Мерфи было страшнее, чем с тем, что на Кольце, потому что с тем Беллами знал, что делать, и как просить прощения, и как бодать головой в плечо, и как целовать, осторожно и виновато, чтобы тот понял — это он почти на колени встал.
— Обижаешь. Первым делом.
Мерфи приблизился к дверце, пошарил по траве, ухватился за что-то и потянул на себя. Беллами хотел было помочь, но быстро понял, что не нужно — бицепсы, вздувшиеся под светлой тканью, тоже оказались новыми, очень эффективными и такими привлекательными, что ему стоило некоторого труда собраться и переключить внимание с Мерфи на открывшийся проход внутрь, в овраг.
— Спускался? — неожиданно хрипло спросил Беллами, которого озарило светлой мыслью: там, в старом бункере, может оказаться сухо и пусто. И темно. И если прикрыть дверцу…
— Нет, — отозвался ничего не заметивший Мерфи. — Ты ж сам запретил в одиночку в такие места ходить. Вот я и взял тебя. Чтобы не в одиночку.
— Это я правильно запретил, — покивал Беллами. — И давно ты такой послушный?
Мерфи обернулся, смерил его с ног до головы непонятным взглядом и как-то холодно ответил:
— С тех самых пор, как Норд в ту ловушку попал и сдох раньше, чем мы его нашли. Белл, не надо этим шутить, ладно?
Хорошо еще, что он и правда не успел предложить сексом заняться. Кстати, а кто такой Норд? Спрашивать почему-то не хотелось, прозвучит хуже, чем просто неудачная шутка.
— Извини, сглупил, — вполне искренне сказал он, отодвинул Мерфи плечом и пробрался внутрь первым. Хорошо, что фонарь у него явно в повседневной экипировке — на ремне был закреплен.
Если бы они нашли этот бункер в реальности и на семь лет пораньше, Беллами был бы счастливейшим из людей. Столько оружия разом он не видел даже в оружейной горы Уэзер. Но то, что было необходимым семь лет назад, сегодня, в этой зелено-солнечной идиллии, ощущалось чужеродным и лишним. По крайней мере, так чувствовал Беллами. Конечно, он много чего может не знать об этом месте — ни какие у них отношения с выжившими землянами, ни кто еще мог появиться на их горизонте… Но реакция Мерфи была похожа на его собственную — тот, скорее, встревожился, чем обрадовался. А ведь раньше против оружия ничего не имел, хоть и не любил его так, как Беллами.
— Черт, и что с этим делать? — озвучил Мерфи, шаря лучом своего фонарика по внутренностям подовражного склада.
— Нам бы это все да на лет семь пораньше, — осторожно сказал Беллами, пытаясь прощупать почву — а теперь-то как, не нужно?
— Ага, чтобы положить не триста человек, а сразу тридцать тыщ, да? — скривился Мерфи. — Белл, нам тогда и те-то винтовки давать нельзя было… а автоматы тем более.
— Ну, тогда бы мы сейчас, возможно, не разговаривали бы, — нахмурился Беллами. Да ладно, все можно понять, но как бы они тогда справились с атакующими челнок землянами?
— Может, — неохотно согласился Мерфи. — Но больше нам это не нужно. Надеюсь, ты не будешь сейчас спорить сам с собой только потому, что попал в игровую комнату с любимыми игрушками?
Он смотрел чуть исподлобья, испытующе и настороженно. Как будто боялся, что на месте Беллами сейчас окажется маньяк-убийца из прошлого. Все, все, он все понял, не нужны ему эти «игрушки», от них вред один, а пользы ноль… Стоп. А это что?
— Вот черт, — выдохнул Беллами. — Джон, но вот это нам точно не помешает. Это С-4. — Поймал недоуменный взгляд и пояснил: — Взрывчатка старая. Очень старая. Но если ее правильно хранили, она нам ого-го как помочь сможет.
— Чем это?
— Взрывать иногда нужно не только врагов, понимаешь? Горные неподдающиеся породы, углубить русло реки, канал быстро провести: не руками копать, а парой правильно рассчитанных взрывов… Вот такие склады уничтожать — рвануть все нафиг, одним махом… — Он так и не понял по взгляду, что думает Мерфи, а потому быстро стух. — Я про такое читал.
— Не, может ты и прав. Все равно я не знаю, как еще это можно ликвидировать, — задумчиво сказал, наконец, тот. — Надо, все же, Рейвен дождаться. Мало ли, что тут полезного может оказаться, кроме твоего… мирного взрыва. Пойдем отсюда. Запрем пока, а потом подумаем. С Кейном посоветуемся.
— Хорошо, — торопливо согласился Беллами. Ему на какую-то долю секунды показалось, что он мог все испортить нынешнему себе — пусть и в этом сне. Но даже зная, что это сон, представить, что он снова разочарует Джона, ему оказалось страшно. — Пойдем.
Они вылезли в овраг, и Беллами отвернулся, вдыхая поглубже травяной воздух и пытаясь справиться с лицом. Слишком как-то много всего на него навалилось, хоть приятного и было больше. Сон был слишком связным, слишком последовательным, слишком подробным, слишком настоящим. И Мерфи тоже был настоящим, хоть и не таким, как Беллами привык. И почему-то испортить отношения с этим Мерфи было страшнее, чем с тем, что на Кольце, потому что с тем Беллами знал, что делать, и как просить прощения, и как бодать головой в плечо, и как целовать, осторожно и виновато, чтобы тот понял — это он почти на колени встал.
Страница 3 из 7
