Фандом: Bubble Comics Multiverse. Кошмары Игоря. Или Сергея?
Добавить в моё избранное
5 мин, 17 сек 18746
«Юлия» всматривалась в его лицо немигающими глазами. В нос Игорю ударила удушливая вонь, забивающая лёгкие.
— Каково это, — проговорила «Юлия», — играть чужими жизнями?
— Что… — Игорь моргнул и уставился на свои пальцы, в которых сжимал шахматную фигурку.
— Смотри…
Пальцы замёрзли.
— В подобном месте всегда должно быть прохладно или нет?
— Ты? — Игорь резко обернулся на знакомый и ненавистный голос.
Практикант исчез, но был Разумовский, сидевший в позе мыслителя над шахматной доской, разложенной на столике для вскрытия. Со скучающим видом он разглядывал фигурки.
— Я, — Разумовский осторожно передвинул ферзя. — Шах.
Просто очередной кошмар. Просто…
— Жаль, ты не присутствовал при вскрытии — любопытный процесс, — Разумовский кивком указал на второй столик. — К слову, Игорь, эта девушка тебе никого не напоминает? Как же её звали? Юлиану? Юлию?
— Мразь! — сжав ладони в кулаки, Игорь в один шаг приблизился к улыбающемуся Разумовскому. Хотелось дотянуться до скальпеля, находившегося среди остальных инструментов, и…
— Ты не меняешься, — смех больше напоминающий карканье. — Пожалуй, не буду мешать счастливой встрече возлюбленных и оставлю вас наедине.
Фигура Разумовского рассеялась чёрным дымом.
— Смотри…
Когтистые пальцы, сейчас напоминавшие щупальца, мазнули Сергея по плечу, перетекли к локтю, постепенно обволакивая, прикоснулись к запястью.
Достаточно было одного касания Птицы, чтобы Сергей почувствовал, как кости выворачивает от смутного и порочного желания. Одновременно хотелось убивать, разрывая зубами человеческую кожу, вслушиваться в истошные крики жертвы, упиваясь своей силой, и ощущать приторный запах страха, крови, смерти.
Друзья, враги — материал, мясо, марионетки…
— Смотри…
Бездушным взглядом и негнущимися конечностями труп перед ним походил на фарфоровую куклу. Игорь накинул поверх тела девушки простыню, прикрыв бескровное лицо с мертвенно-белыми губами и бездумно смотрящими в потолок глазами. Веки покойницы не закрывались.
Карие глаза…
— Чёрт!
Рыжие волосы…
— Вам плохо?
Серёжки в виде молнии среди вещей покойной…
— Нет, — Игорь встретился взглядом с практикантом.
— Смотри…
Сергей не верил собственным глазам и отражению в зеркале, гладь которого упрямо твердила, что за его левым плечом притаился Птица. Тёмный, осязаемый, наблюдающий за ним пустым взглядом, кривящий губы в жутком подобии оскала.
Боковым зрением Сергей заметил, как по поверхности зеркала тонкими струйками течёт кровь. Резная рама не останавливала её, и линии расчерчивали гладь замысловатым узором. Кровь капала на умывальник, стекала в раковину, наполняющуюся водой.
Знакомый, уже привычный сладковатый запах, снова резал ноздри. Смрад, от которого к горлу подкатывал склизкий ком, подтверждал, что Птица — не только порождение разума.
— Смотри…
Чем меньше лекарств, тем больше галлюцинаций. Простая закономерность, которая легко выводилась, стоило лишь немного поразмыслить о причинах и последствиях. Но это и заставляло его сделать более осмысленный выбор…
— Каково это, — проговорила «Юлия», — играть чужими жизнями?
— Что… — Игорь моргнул и уставился на свои пальцы, в которых сжимал шахматную фигурку.
— Смотри…
Пальцы замёрзли.
— В подобном месте всегда должно быть прохладно или нет?
— Ты? — Игорь резко обернулся на знакомый и ненавистный голос.
Практикант исчез, но был Разумовский, сидевший в позе мыслителя над шахматной доской, разложенной на столике для вскрытия. Со скучающим видом он разглядывал фигурки.
— Я, — Разумовский осторожно передвинул ферзя. — Шах.
Просто очередной кошмар. Просто…
— Жаль, ты не присутствовал при вскрытии — любопытный процесс, — Разумовский кивком указал на второй столик. — К слову, Игорь, эта девушка тебе никого не напоминает? Как же её звали? Юлиану? Юлию?
— Мразь! — сжав ладони в кулаки, Игорь в один шаг приблизился к улыбающемуся Разумовскому. Хотелось дотянуться до скальпеля, находившегося среди остальных инструментов, и…
— Ты не меняешься, — смех больше напоминающий карканье. — Пожалуй, не буду мешать счастливой встрече возлюбленных и оставлю вас наедине.
Фигура Разумовского рассеялась чёрным дымом.
— Смотри…
Когтистые пальцы, сейчас напоминавшие щупальца, мазнули Сергея по плечу, перетекли к локтю, постепенно обволакивая, прикоснулись к запястью.
Достаточно было одного касания Птицы, чтобы Сергей почувствовал, как кости выворачивает от смутного и порочного желания. Одновременно хотелось убивать, разрывая зубами человеческую кожу, вслушиваться в истошные крики жертвы, упиваясь своей силой, и ощущать приторный запах страха, крови, смерти.
Друзья, враги — материал, мясо, марионетки…
— Смотри…
Бездушным взглядом и негнущимися конечностями труп перед ним походил на фарфоровую куклу. Игорь накинул поверх тела девушки простыню, прикрыв бескровное лицо с мертвенно-белыми губами и бездумно смотрящими в потолок глазами. Веки покойницы не закрывались.
Карие глаза…
— Чёрт!
Рыжие волосы…
— Вам плохо?
Серёжки в виде молнии среди вещей покойной…
— Нет, — Игорь встретился взглядом с практикантом.
— Смотри…
Сергей не верил собственным глазам и отражению в зеркале, гладь которого упрямо твердила, что за его левым плечом притаился Птица. Тёмный, осязаемый, наблюдающий за ним пустым взглядом, кривящий губы в жутком подобии оскала.
Боковым зрением Сергей заметил, как по поверхности зеркала тонкими струйками течёт кровь. Резная рама не останавливала её, и линии расчерчивали гладь замысловатым узором. Кровь капала на умывальник, стекала в раковину, наполняющуюся водой.
Знакомый, уже привычный сладковатый запах, снова резал ноздри. Смрад, от которого к горлу подкатывал склизкий ком, подтверждал, что Птица — не только порождение разума.
— Смотри…
Чем меньше лекарств, тем больше галлюцинаций. Простая закономерность, которая легко выводилась, стоило лишь немного поразмыслить о причинах и последствиях. Но это и заставляло его сделать более осмысленный выбор…
Страница 2 из 2
