Фандом: Ориджиналы. Бывший студент, бывший пленник Кристалла Душ, а теперь и бывший рыцарь-храмовник. Он попадает в новый мир — странный и в то же время удивительно схожий с нашим миром. Причем реальность эта новая враждебна любому, кто в прямом смысле оказался не от мира сего. Вдобавок, не дремлет и старый враг — Надзиратель за душами, угрожающий жизни алхимика Аль-Хашима. Бесконечна как Вселенная запутанная дорога Небытия. Куда еще она приведет наших героев?
Добавить в моё избранное
164 мин, 45 сек 3982
в общем, заклинания вовсе не хотят работать в этом мире.
«Черный ужас», ага. Что и говорить, алхимик выразился метко. Когда я понял, что магией можно было пользоваться даже в моем родном мире, а вот в этом — ни-ни, внутри меня одновременно похолодело и заклокотало. Захотелось громко и грязно выругаться. Но как ни странно, горло мое смогло исторгнуть всего одно, зато емкое, словечко.
«Однако!»
Итак, не один только Надзиратель не мог пользоваться в этом мире сверхчеловеческими возможностями. Магические штучки, не раз успевшие пригодиться что мне, что Аль-Хашиму, отказывались работать в городе отражений категорически. Сам проверил: даже возможность на время покинуть тело Матвея Богомолова была для меня недоступна.
Выходило одно из двух. Либо мирок сей, при всем внешнем сходстве с моим родным миром, до такой степени удален от него, что попасть сюда можно и впрямь лишь если срезать путь — хоть во сне, а хоть и через те места и уголки вселенной, откуда, как принято считать, нет возврата. Либо, будучи таки искусственным мирком, устроен таким образом, что чудеса в нем банально не предусмотрены. Не рассчитан мирок на них. Как не рассчитаны, к примеру, были старые компьютеры на установку на них «Винды» последней версии.
Часа примерно два, прошедшие с момента неудачи Аль-Хашима, прошли для нас в споре на кухне. Под крепкий черный кофе — не дремалось чтобы. Разговаривали мы вполголоса, по причине позднего часа, однако оживленно.
Спор, разумеется, был не о причинах, по которым неоднократно апробированные заклинания перестали вдруг работать. Нет, в подобной-то схоластике как раз проку не было, одна пустая трата времени. И по поводу альтернативных способов покинуть этот мир мы быстро пришли к согласию. Потому как способ-то, по большому счету, имелся всего один. Добраться до Зеркальной Стены и пройти через какие-нибудь ворота в ней.
Что до разногласий, то возникли они у нас по поводу деталей. Когда именно следовало пускаться в путь: немедленно, не теряя ни минуты… или, напротив, сперва дождавшись следующего дня.
В первом варианте нас ждали почти пустые дороги. Где разве что какой-нибудь припозднившийся гуляка нет-нет, да пронесется со всей дури, наслаждаясь де-факто отсутствием ограничений скорости да натужно скрипя шинами об асфальт. Насладились бы и мы… да только одинокий автомобиль легко могли заметить жандармы и перехватить на полдороги. Особенно, если так называемый план «Перехват» объявлен и на сей раз.
Ну а если ехать днем, а еще лучше утром, то затеряться в транспортном потоке, затопляющем городские улицы, будет не легко, а очень легко, это факт. Но во-первых до утра еще дотянуть следовало. Ведь не исключалось, что жандармские ищейки уже взяли наш след. Во-вторых же, как верно заметила Эдна-Девяткина, продираться через поток тот, вышеупомянутый, могло стать сущей мукой. И если жандармам известно описание автомобиля, номер его, если эта братия в погонах подсуетится да расставит посты по всему городу — ни хрена мы тогда не затеряемся. Наоборот, нужную машину, стоящую перед светофором или в очередной пробке, заметить будет гораздо проще, чем если бы оная машина неслась на полной скорости.
И в итоге… в общем, не грех было бы признать, что женщины тоже способны быть убедительными. В том числе и в вопросах, в коих вроде как мужчинам положено разбираться лучше. Иными словами, Эдне ли, Наталье Девяткиной ли, но удалось нас с Вилландом убедить. Не стали мы время тратить, а, наспех собравшись, вышли в темный двор, где ждал автомобиль.
На пути к машине деловитая его хозяйка успела свериться с картой Отраженска и окрестностей, загруженной в мобильный телефон. И выяснила, что дабы покинуть город побыстрее, нам нужно ехать сперва на северо-восток, а потом на север — к так называемому тракту Джекила.
Микрорайоны, в одном из которых жил и работал Андрей Ливнев, мы покинули без проблем и задержек. Просто выехали из двора да вскоре свернули на одну из городских транспортных артерий. Эту улицу-трассу щедро и не в пример дворам, освещали фонари. Отчего в ночные часы мир окрашивался в красновато-оранжевые тона.
Мимо единственной машины с мигалкой, чего-то ждавшей у обочины, мы пронеслись пулей. Затихшие жилые многоэтажки и цветастые вывески уже закрывшихся магазинов промелькнули и остались позади.
Дорога была отличная, однако все хорошее имеет свойство быстро заканчиваться. Миновав несколько километров — сущая ерунда для нового автомобиля на пустой трассе — мы вынуждены были свернуть. Район, через который пришлось нам теперь продвигаться, был застроен убогими двухэтажными домами, похожими на бараки. Многие из дворов загораживали дощатые заборы в рост человека — потемневшие от времени, покосившиеся.
Дороге сузилась — теперь на ней при желании могли бы разъехаться, от силы, две легковушки. Асфальт под колесами сделался хуже: то и дело машина Девяткиной спотыкалась о выбоины.
«Черный ужас», ага. Что и говорить, алхимик выразился метко. Когда я понял, что магией можно было пользоваться даже в моем родном мире, а вот в этом — ни-ни, внутри меня одновременно похолодело и заклокотало. Захотелось громко и грязно выругаться. Но как ни странно, горло мое смогло исторгнуть всего одно, зато емкое, словечко.
«Однако!»
Итак, не один только Надзиратель не мог пользоваться в этом мире сверхчеловеческими возможностями. Магические штучки, не раз успевшие пригодиться что мне, что Аль-Хашиму, отказывались работать в городе отражений категорически. Сам проверил: даже возможность на время покинуть тело Матвея Богомолова была для меня недоступна.
Выходило одно из двух. Либо мирок сей, при всем внешнем сходстве с моим родным миром, до такой степени удален от него, что попасть сюда можно и впрямь лишь если срезать путь — хоть во сне, а хоть и через те места и уголки вселенной, откуда, как принято считать, нет возврата. Либо, будучи таки искусственным мирком, устроен таким образом, что чудеса в нем банально не предусмотрены. Не рассчитан мирок на них. Как не рассчитаны, к примеру, были старые компьютеры на установку на них «Винды» последней версии.
Часа примерно два, прошедшие с момента неудачи Аль-Хашима, прошли для нас в споре на кухне. Под крепкий черный кофе — не дремалось чтобы. Разговаривали мы вполголоса, по причине позднего часа, однако оживленно.
Спор, разумеется, был не о причинах, по которым неоднократно апробированные заклинания перестали вдруг работать. Нет, в подобной-то схоластике как раз проку не было, одна пустая трата времени. И по поводу альтернативных способов покинуть этот мир мы быстро пришли к согласию. Потому как способ-то, по большому счету, имелся всего один. Добраться до Зеркальной Стены и пройти через какие-нибудь ворота в ней.
Что до разногласий, то возникли они у нас по поводу деталей. Когда именно следовало пускаться в путь: немедленно, не теряя ни минуты… или, напротив, сперва дождавшись следующего дня.
В первом варианте нас ждали почти пустые дороги. Где разве что какой-нибудь припозднившийся гуляка нет-нет, да пронесется со всей дури, наслаждаясь де-факто отсутствием ограничений скорости да натужно скрипя шинами об асфальт. Насладились бы и мы… да только одинокий автомобиль легко могли заметить жандармы и перехватить на полдороги. Особенно, если так называемый план «Перехват» объявлен и на сей раз.
Ну а если ехать днем, а еще лучше утром, то затеряться в транспортном потоке, затопляющем городские улицы, будет не легко, а очень легко, это факт. Но во-первых до утра еще дотянуть следовало. Ведь не исключалось, что жандармские ищейки уже взяли наш след. Во-вторых же, как верно заметила Эдна-Девяткина, продираться через поток тот, вышеупомянутый, могло стать сущей мукой. И если жандармам известно описание автомобиля, номер его, если эта братия в погонах подсуетится да расставит посты по всему городу — ни хрена мы тогда не затеряемся. Наоборот, нужную машину, стоящую перед светофором или в очередной пробке, заметить будет гораздо проще, чем если бы оная машина неслась на полной скорости.
И в итоге… в общем, не грех было бы признать, что женщины тоже способны быть убедительными. В том числе и в вопросах, в коих вроде как мужчинам положено разбираться лучше. Иными словами, Эдне ли, Наталье Девяткиной ли, но удалось нас с Вилландом убедить. Не стали мы время тратить, а, наспех собравшись, вышли в темный двор, где ждал автомобиль.
На пути к машине деловитая его хозяйка успела свериться с картой Отраженска и окрестностей, загруженной в мобильный телефон. И выяснила, что дабы покинуть город побыстрее, нам нужно ехать сперва на северо-восток, а потом на север — к так называемому тракту Джекила.
Микрорайоны, в одном из которых жил и работал Андрей Ливнев, мы покинули без проблем и задержек. Просто выехали из двора да вскоре свернули на одну из городских транспортных артерий. Эту улицу-трассу щедро и не в пример дворам, освещали фонари. Отчего в ночные часы мир окрашивался в красновато-оранжевые тона.
Мимо единственной машины с мигалкой, чего-то ждавшей у обочины, мы пронеслись пулей. Затихшие жилые многоэтажки и цветастые вывески уже закрывшихся магазинов промелькнули и остались позади.
Дорога была отличная, однако все хорошее имеет свойство быстро заканчиваться. Миновав несколько километров — сущая ерунда для нового автомобиля на пустой трассе — мы вынуждены были свернуть. Район, через который пришлось нам теперь продвигаться, был застроен убогими двухэтажными домами, похожими на бараки. Многие из дворов загораживали дощатые заборы в рост человека — потемневшие от времени, покосившиеся.
Дороге сузилась — теперь на ней при желании могли бы разъехаться, от силы, две легковушки. Асфальт под колесами сделался хуже: то и дело машина Девяткиной спотыкалась о выбоины.
Страница 21 из 47
