Главная героиня — девушка Зена. Она — человек, практически выросший в лаборатории, как и ее брат Алан. Они не знали, что такое свобода и какая она на вкус, но не переставали мечтать о ней. Пришло время этой мечте осуществиться…
Добавить в моё избранное
281 мин, 18 сек 2848
Выпроводив Джейка, я пошла переодеваться. Единственная нормальная одежда, которая осталась, это синие джинсы и клетчатая красная рубашка. Мой гардероб никогда не блистал и не сиял. Но, что-то из «Спортивного стиля» можно найти и никакого«романтического» или«выходного» варианта нет. Даже не пытайтесь искать. Переодевшись, мы пошли на завтрак. Первыми, кто нас встретил и пожалуй первые, кто нас ДРУЖЕЛЮБНО встретили были Алан и Эд. Они, ругаясь, не заметили, что мы смотрим на них. Они что-то яро обсуждали и мне кажется, под таким высоким давлением, не то, что не видели, даже не слышали никого и ничто. Все-таки заметили нас, поздоровались. Ну, хоть что-то.
Сев, получили по тарелке манной каши. Для уточнения: повара у нас нет. Точнее был, но умер. Насчет того, как он умер ходили разные слухи. Была даже теория, что он сам себя запек в духовке! Но, это уже фантазии подопытных.
Без повара, мы жили так же как и с ним — спокойно. Подопытные сами готовили всем стряпню говоря, что мы якобы «одна семья». Хорошая семья, где все (кроме Джейка) готовы избить тебя за зоной. И, я не только про себя говорю.
Поев, Дин — парень-блондин с не хилым по объему ирокезом и двадцатью проколами на нижней губе. По лицу — смазливый. Серьезно, даже с этими проколами. Они его как-то дополняли что ли… А, еще это тот, кто приготовил на сегодня завтрак, обед и ужин. Откашлявшись, начал:
— Кто следующий будет готовить? — голос у него был слишком басистый. Его можно сравнить с ржавой тубой.
Я задумалась. Перебирала в голове кто еще, собственно, не занимался этим.
— Зена! — хором ответили все. И это «моя семья».
— А… что я? — как будто бы только что проснувшись окончательно, сказала я.
— Да, ты, — продолжил Дрэйк-высоких парень с челюстью крокодила. Да-да, и не такое из-за экспериментов можешь получить. Помню его без этой челюсти: высокий шатен, с головой по форме напоминавшей треугольник, синие глаза, напоминавшие облачную погоду и родинкой у левого глаза. Относится ко мне сносно. И, этот мутант, если можно так выразиться, готовит обалденную похлебку из чеснока и масла. Надо будет как-нибудь узнать секрет. — все уже готовили, — сказал он, окинув взглядом этих самых «всех». Голос тоже низкий, но не настолько. Его можно сравнить с нотой «до».
— Ладно, — с пофигизмом ответила я. Почему с пофигизмом? Готовить я умела и очень даже. Но, это никак не влияло и не влияет на мой устоявшийся авторитет серой мыши.
— Завтра в шесть ноль-ноль, чтоб стояла на кухне, — сказал Дин. Ему бы работу следователя. С таким голосом, из любого выбьет признание.
— Поняла, — с таким же пофигизмом ответила я на это. Ненавижу, когда мной помыкают. Детская травма, ничего особенного.
Выйдя из столовой, я отправилась на кружок кузнецов. И такие есть. Там мы работали с металлом: делали украшения или оружие… Этот кружок мало кто посещал. Многим было интереснее метать кинжалы, стрелять из лука, готовить. Везде строгий контроль. И, убить кого-то и слинять по тихому просто невозможно!
Там, я делала из металла какую-то загагулину. И эта загагулина, должна была быть лошадкой. Но, сдавшись, вышла из «кабинета», пошла к себе в камеру.
Гулять на зоне как-то не хотелось. Я ведь говорила, что могут запросто избить за зоной?
Осознав, что мне нечего делать и о сохранности моего здоровья, потопала в библиотеку. Зайдя туда, удивилась: вся лаборатория сидела там!
«Почитать им, что ли захотелось?» — мелькнула в голове мысль. Ненавижу, когда клоповник становится реальным клоповником!
Слава кому-то меня позвал Дин.
— Зена! Подойди. — Я приблизилась к нему. Даже не подумала, что он может меня запросто избить на месте. Агх, Зена, одно насилие в голове, уймись. Вроде, парень не злится. — Тебя профессор Хэнсс звал.
«И что моему папе надо?»
Отец стоял недалеко.
— Привет, доча, — сказал он с хитрой улыбкой. Такой мне противной, мерзкой… улыбкой.
— С каких пор я тебе стала дочей? — ответила я, смотря на него с подозрением.
— Что за вопросы? — он старался быть как можно вежливее.
— Ладно, тебе чего надо? — спросила я прямо.
— У меня есть предложение, — сказал мой папаша. — Я беру тебя и сына на эксперимент B-16.
— Почему мы? — спросила я. Хотя, что за вопрос? Всегда будем МЫ. — Ты же без нашего согласия все делал.
— Значит, нет? — спросил он.
— Значит, нет, — сказала я спокойно и оставила отца, направившись к себе в камеру.
Там на кровати лежали две открытки с надписью «С Днем рождения!». Я знала, от кого они, и улыбка сама поползла к ушам.
Слезы сами полились ручьем. Убрав открытки в тумбочку, я переоделась в пижаму и вдруг услышала странный шорох. Взглянув на решётку, я обнаружила человека в капюшоне, лица его не было видно из-за темноты.
«И кто это так шутит?» — подумала я.
Сев, получили по тарелке манной каши. Для уточнения: повара у нас нет. Точнее был, но умер. Насчет того, как он умер ходили разные слухи. Была даже теория, что он сам себя запек в духовке! Но, это уже фантазии подопытных.
Без повара, мы жили так же как и с ним — спокойно. Подопытные сами готовили всем стряпню говоря, что мы якобы «одна семья». Хорошая семья, где все (кроме Джейка) готовы избить тебя за зоной. И, я не только про себя говорю.
Поев, Дин — парень-блондин с не хилым по объему ирокезом и двадцатью проколами на нижней губе. По лицу — смазливый. Серьезно, даже с этими проколами. Они его как-то дополняли что ли… А, еще это тот, кто приготовил на сегодня завтрак, обед и ужин. Откашлявшись, начал:
— Кто следующий будет готовить? — голос у него был слишком басистый. Его можно сравнить с ржавой тубой.
Я задумалась. Перебирала в голове кто еще, собственно, не занимался этим.
— Зена! — хором ответили все. И это «моя семья».
— А… что я? — как будто бы только что проснувшись окончательно, сказала я.
— Да, ты, — продолжил Дрэйк-высоких парень с челюстью крокодила. Да-да, и не такое из-за экспериментов можешь получить. Помню его без этой челюсти: высокий шатен, с головой по форме напоминавшей треугольник, синие глаза, напоминавшие облачную погоду и родинкой у левого глаза. Относится ко мне сносно. И, этот мутант, если можно так выразиться, готовит обалденную похлебку из чеснока и масла. Надо будет как-нибудь узнать секрет. — все уже готовили, — сказал он, окинув взглядом этих самых «всех». Голос тоже низкий, но не настолько. Его можно сравнить с нотой «до».
— Ладно, — с пофигизмом ответила я. Почему с пофигизмом? Готовить я умела и очень даже. Но, это никак не влияло и не влияет на мой устоявшийся авторитет серой мыши.
— Завтра в шесть ноль-ноль, чтоб стояла на кухне, — сказал Дин. Ему бы работу следователя. С таким голосом, из любого выбьет признание.
— Поняла, — с таким же пофигизмом ответила я на это. Ненавижу, когда мной помыкают. Детская травма, ничего особенного.
Выйдя из столовой, я отправилась на кружок кузнецов. И такие есть. Там мы работали с металлом: делали украшения или оружие… Этот кружок мало кто посещал. Многим было интереснее метать кинжалы, стрелять из лука, готовить. Везде строгий контроль. И, убить кого-то и слинять по тихому просто невозможно!
Там, я делала из металла какую-то загагулину. И эта загагулина, должна была быть лошадкой. Но, сдавшись, вышла из «кабинета», пошла к себе в камеру.
Гулять на зоне как-то не хотелось. Я ведь говорила, что могут запросто избить за зоной?
Осознав, что мне нечего делать и о сохранности моего здоровья, потопала в библиотеку. Зайдя туда, удивилась: вся лаборатория сидела там!
«Почитать им, что ли захотелось?» — мелькнула в голове мысль. Ненавижу, когда клоповник становится реальным клоповником!
Слава кому-то меня позвал Дин.
— Зена! Подойди. — Я приблизилась к нему. Даже не подумала, что он может меня запросто избить на месте. Агх, Зена, одно насилие в голове, уймись. Вроде, парень не злится. — Тебя профессор Хэнсс звал.
«И что моему папе надо?»
Отец стоял недалеко.
— Привет, доча, — сказал он с хитрой улыбкой. Такой мне противной, мерзкой… улыбкой.
— С каких пор я тебе стала дочей? — ответила я, смотря на него с подозрением.
— Что за вопросы? — он старался быть как можно вежливее.
— Ладно, тебе чего надо? — спросила я прямо.
— У меня есть предложение, — сказал мой папаша. — Я беру тебя и сына на эксперимент B-16.
— Почему мы? — спросила я. Хотя, что за вопрос? Всегда будем МЫ. — Ты же без нашего согласия все делал.
— Значит, нет? — спросил он.
— Значит, нет, — сказала я спокойно и оставила отца, направившись к себе в камеру.
Там на кровати лежали две открытки с надписью «С Днем рождения!». Я знала, от кого они, и улыбка сама поползла к ушам.
Слезы сами полились ручьем. Убрав открытки в тумбочку, я переоделась в пижаму и вдруг услышала странный шорох. Взглянув на решётку, я обнаружила человека в капюшоне, лица его не было видно из-за темноты.
«И кто это так шутит?» — подумала я.
Страница 2 из 80
