Фандом: Гарри Поттер. О том, как люди могут любить книги, науку и камины. И друг друга.
Добавить в моё избранное
9 мин, 27 сек 3324
— Лучше не надо.
В тот день Гермиона второй раз оказалась в Малфой-мэноре. В будущем же возвращалась туда ещё много раз и в конце концов переехала. Её даже не пришлось уговаривать, потому что за жалкие пару-тройку месяцев она по-настоящему полюбила этот дом. А может, и его хозяина тоже.
Оказалось, что Люциус относится к книгам с тем же уважением и трепетом, что и она. Когда он впервые её поцеловал, Гермиона предположила, что этот трепет связан не только с книгами, но и с ней. И не ошиблась.
Камин в поместье Малфоев был просто волшебным. То есть, волшебным не только в прямом смысле этого слова, но и в переносном. Слушая потрескивание пламени, Гермиона не могла думать ни о чём плохом.
Она попросила у домовика плед и, укутавшись в него, сидела прямо на полу, но рядом с камином. Читала книгу. И уже почти закончила главу, как сзади послышалось строгое:
— Сколько раз я говорил тебе не сидеть на голом полу и не читать в полумраке? Ты хотя бы наколдовала согревающие чары? — Люциус взмахнул в воздухе палочкой, проверяя свою догадку. — Вижу, что нет.
— Здесь тепло и без них.
Тут Гермиона почувствовала, что стало по-настоящему тепло. Видимо, Люциус наложил чары сам, это было очень в его стиле.
— Если ты простудишься и будешь лежать с температурой под тремя одеялами, станет даже жарко.
Гермиона нахмурилась, в который раз слыша этот назидательный тон.
— Почему ты постоянно говоришь со мной как с ребёнком?
— Потому что иногда ты ведёшь себя как ребёнок. В остальное время я общаюсь с тобой соответствующе, — он присел на пол рядом и коснулся губами её виска. Стало совсем тепло, не только снаружи, но и внутри — где-то в области сердца.
— Мне больше нравится, когда ты ведёшь себя со мной… иначе. Понимаешь?
— Можешь не сомневаться, мне это тоже нравится гораздо больше…
Люциус произнёс это таким тоном, что она, скрывая смущение, спрятала лицо у него на груди.
Гермиона не могла точно сказать, как случилось так, что вместо библиотеки мэнора она стала проводить время в спальне того же мэнора. Казалось, в течение последних трёх месяцев она делала по одному маленькому шажочку раз в день, медленно переходя из одной комнаты в другую. Из комнаты с книгами в комнату с кроватью. А потом для неё стал родным почти весь дом. Гостиная с камином уж точно. Даже в Хогвартсе ей было не настолько комфортно заниматься, как здесь. Ещё один несомненный плюс — тут её никто не тревожил… Почти никто.
— Долго тебе ещё? — спросил Люциус, мягко приобняв её за плечи.
— Почти закончила, дай мне немного времени.
— Мне подождать тебя наверху?
— Лучше не надо… Посиди со мной.
В тот день Гермиона второй раз оказалась в Малфой-мэноре. В будущем же возвращалась туда ещё много раз и в конце концов переехала. Её даже не пришлось уговаривать, потому что за жалкие пару-тройку месяцев она по-настоящему полюбила этот дом. А может, и его хозяина тоже.
Оказалось, что Люциус относится к книгам с тем же уважением и трепетом, что и она. Когда он впервые её поцеловал, Гермиона предположила, что этот трепет связан не только с книгами, но и с ней. И не ошиблась.
Камин в поместье Малфоев был просто волшебным. То есть, волшебным не только в прямом смысле этого слова, но и в переносном. Слушая потрескивание пламени, Гермиона не могла думать ни о чём плохом.
Она попросила у домовика плед и, укутавшись в него, сидела прямо на полу, но рядом с камином. Читала книгу. И уже почти закончила главу, как сзади послышалось строгое:
— Сколько раз я говорил тебе не сидеть на голом полу и не читать в полумраке? Ты хотя бы наколдовала согревающие чары? — Люциус взмахнул в воздухе палочкой, проверяя свою догадку. — Вижу, что нет.
— Здесь тепло и без них.
Тут Гермиона почувствовала, что стало по-настоящему тепло. Видимо, Люциус наложил чары сам, это было очень в его стиле.
— Если ты простудишься и будешь лежать с температурой под тремя одеялами, станет даже жарко.
Гермиона нахмурилась, в который раз слыша этот назидательный тон.
— Почему ты постоянно говоришь со мной как с ребёнком?
— Потому что иногда ты ведёшь себя как ребёнок. В остальное время я общаюсь с тобой соответствующе, — он присел на пол рядом и коснулся губами её виска. Стало совсем тепло, не только снаружи, но и внутри — где-то в области сердца.
— Мне больше нравится, когда ты ведёшь себя со мной… иначе. Понимаешь?
— Можешь не сомневаться, мне это тоже нравится гораздо больше…
Люциус произнёс это таким тоном, что она, скрывая смущение, спрятала лицо у него на груди.
Гермиона не могла точно сказать, как случилось так, что вместо библиотеки мэнора она стала проводить время в спальне того же мэнора. Казалось, в течение последних трёх месяцев она делала по одному маленькому шажочку раз в день, медленно переходя из одной комнаты в другую. Из комнаты с книгами в комнату с кроватью. А потом для неё стал родным почти весь дом. Гостиная с камином уж точно. Даже в Хогвартсе ей было не настолько комфортно заниматься, как здесь. Ещё один несомненный плюс — тут её никто не тревожил… Почти никто.
— Долго тебе ещё? — спросил Люциус, мягко приобняв её за плечи.
— Почти закончила, дай мне немного времени.
— Мне подождать тебя наверху?
— Лучше не надо… Посиди со мной.
Страница 3 из 3
