Фандом: Гарри Поттер. Между устремлённых в небо игольчатых строений, охваченных пожаром. Посреди заброшенной вертолётной площадки. Едва проглядывая среди чёрных едких клубов дыма, виднелись две затянутые в серебристые комбинезоны фигуры.
Добавить в моё избранное
18 мин, 44 сек 15169
Не прислушиваясь к рекомендациям невыразимцев, твёрдо запретивших ему вмешиваться, нет — самому. Выследить, как волк выслеживает добычу.
Что потом? Он сам до конца не знал, но глаза ему застила кровавая пелена. «Она не должна была так со мной поступать».
— Никто не имеет права решать за другого, — прошептал Тед. — Это… неуважение. Люди — не марионетки.
Флёр потупила взгляд, теребя кружевную оторочку пенюара и продолжая улыбаться. Теда уж тошнило от этой постоянной полуухмылки.
— Ты правда так думаешь? — она провела кончиком языка по нижней губе, быстро и нервно. — Неужели? Тогда почему всё время проводишь на работе, среди тех, кто легко поддаётся твоему обаянию?
— На работе всё не так уж гладко, — пробормотал Тед, вцепившись в первую же возможность перевести разговор на нейтральную тему. — Многие за исчезновение Эдварда винят меня.
Даже крёстный Гарри. Он знал семейство Уизли со всеми чадами и домочадцами. И Виктуар симпатизировал. Раньше. Теперь же они столкнулись в коридоре Аврората — и от холодного взгляда, которым одарил его Гарри, Теду стало не по себе.
— Поговорят и забудут, — пожала плечами Флёр. — Давно?
— Месяцев девять, может больше, — вздохнул Тед, чувствуя приступ парадоксального желания выговориться. — Вначале мне было не до них, так что…
— Понимаю, — быстро кивнула Флёр, прерывая его на полуфразе, как будто внезапно заскучав. Или как будто вспомнила о важной встрече и пыталась закруглить разговор. Бросила взгляд на циферблат. — Пятнадцать минут прошли, и я всё ещё жива. Да здравствует новый день!
Она улыбнулась: ослепительно, молодо и беззаботно, будто не отравляла Теда только что тоской и сомнениями. Он словно проснулся. Действительно, что это он придумал: делиться с миссис Уизли переживаниями! Так можно проболтаться, а Виктуар не простит, если его раскусят…
Хотел встать, но Флёр его остановила.
— Ну, что загрустила? — провела тыльной стороной ладони по лицу, большим пальцем легонько нажала ему на нос, как иногда делают с совсем маленькими детьми. — Всё будет хорошо. А теперь поцелуй мамочку.
Тед потянулся к ней, собираясь по-девичьи «клюнуть» Флёр в щёку — и наконец-то убраться из спальни прочь.
Он коснулся её кожи — и в тот же миг Флёр сделала неуловимое движение головой, поймав его губы своими. Он ответил. Все раздражение, боль, разочарование, которые причиняла ему эта хрупкая женщина каждым словом и взглядом… Отомстить. Разбить насмешливую невозмутимость, стереть ухмылку, затаившуюся по углам рта, показать…
Что, к дракклам, он делает?!
Тед отодвинул Флёр от себя, крепко держа её за плечи.
— Что ты творишь?!
Она медленно провела пальцем по нижней губе.
— Ты думал, я не догадаюсь? — прошипела в ответ. — Липкий, жалкий, похотливый взгляд, который ты безуспешно пытался скрыть. Каждый мужчина на этой земле, от моего первого вздоха и до могилы… Нравится? — она рывком села на подушках: так, что тонкая ткань рубашки ещё яснее очертила грудь. Тед не смог отвести глаза. Флёр хрипло рассмеялась. — Нравится. Тебе всегда были по душе мертвецы…
Она вдруг резко оборвала свой смех.
— Подделка… Вот ты кто. А я не имею дело с подделками. Хватит уже притворяться! — она с размаху ударила его по щеке.
Жар пощёчины смешался с всё ещё горевшим на губах поцелуем. Как он мог? А как она могла? Очертания лица и тела Теда размылись — и в следующую секунду перед Флёр стоял Билл Уизли.
— Если ты всё поняла сразу, то почему ждала целый год?! — закричал он. — Или тебе нравилось?
Она ударила снова: теперь по другой щеке.
— Хватит прятаться! Стань собой. Ну же! — она опять занесла руку. — Хочу поглядеть в твои глаза, дракклов…
На этот раз он поймал её ладонь. На Флёр Уизли смотрел Тед Люпин. Он едва сдерживался, чтобы не сжимать, сжимать эту тонкую руку, пока не сломает. Но Флёр это, похоже, не пугало.
— Иди и верни мою дочь! — коротко приказала она, толкнув его в грудь. — И чтобы без неё не возвращался.
Оставшись в одиночестве, Флёр снова добавила воспоминания в думосброс.
Когда болезнь добралась до нейронов, отвечавших за память, ей пришлось признаться. Мелкие чудачества: тут забытый список покупок, там — вновь прорезавшийся французский акцент… Но Билл сразу понял, что здесь что-то не так.
— Всё будет хорошо, Билл.
Она улыбнулась, но он не улыбнулся в ответ. На глаза Флёр навернулись слёзы.
— Ты… бросишь меня?
— Что ты говоришь? — Билл возмущённо выдохнул и провёл рукой по волосам, вцепляясь в них так, что едва не вырывал с корнем. — Ты не бросила меня, когда…
— И это всё? — прервала она. — Ты… остаёшься со мной из… чувства долга?!
— Нет, я не…
Она не стала слушать. В его глазах была вина и страх, но куда хуже оказалось то, чего там не было: восхищения.
Что потом? Он сам до конца не знал, но глаза ему застила кровавая пелена. «Она не должна была так со мной поступать».
— Никто не имеет права решать за другого, — прошептал Тед. — Это… неуважение. Люди — не марионетки.
Флёр потупила взгляд, теребя кружевную оторочку пенюара и продолжая улыбаться. Теда уж тошнило от этой постоянной полуухмылки.
— Ты правда так думаешь? — она провела кончиком языка по нижней губе, быстро и нервно. — Неужели? Тогда почему всё время проводишь на работе, среди тех, кто легко поддаётся твоему обаянию?
— На работе всё не так уж гладко, — пробормотал Тед, вцепившись в первую же возможность перевести разговор на нейтральную тему. — Многие за исчезновение Эдварда винят меня.
Даже крёстный Гарри. Он знал семейство Уизли со всеми чадами и домочадцами. И Виктуар симпатизировал. Раньше. Теперь же они столкнулись в коридоре Аврората — и от холодного взгляда, которым одарил его Гарри, Теду стало не по себе.
— Поговорят и забудут, — пожала плечами Флёр. — Давно?
— Месяцев девять, может больше, — вздохнул Тед, чувствуя приступ парадоксального желания выговориться. — Вначале мне было не до них, так что…
— Понимаю, — быстро кивнула Флёр, прерывая его на полуфразе, как будто внезапно заскучав. Или как будто вспомнила о важной встрече и пыталась закруглить разговор. Бросила взгляд на циферблат. — Пятнадцать минут прошли, и я всё ещё жива. Да здравствует новый день!
Она улыбнулась: ослепительно, молодо и беззаботно, будто не отравляла Теда только что тоской и сомнениями. Он словно проснулся. Действительно, что это он придумал: делиться с миссис Уизли переживаниями! Так можно проболтаться, а Виктуар не простит, если его раскусят…
Хотел встать, но Флёр его остановила.
— Ну, что загрустила? — провела тыльной стороной ладони по лицу, большим пальцем легонько нажала ему на нос, как иногда делают с совсем маленькими детьми. — Всё будет хорошо. А теперь поцелуй мамочку.
Тед потянулся к ней, собираясь по-девичьи «клюнуть» Флёр в щёку — и наконец-то убраться из спальни прочь.
Он коснулся её кожи — и в тот же миг Флёр сделала неуловимое движение головой, поймав его губы своими. Он ответил. Все раздражение, боль, разочарование, которые причиняла ему эта хрупкая женщина каждым словом и взглядом… Отомстить. Разбить насмешливую невозмутимость, стереть ухмылку, затаившуюся по углам рта, показать…
Что, к дракклам, он делает?!
Тед отодвинул Флёр от себя, крепко держа её за плечи.
— Что ты творишь?!
Она медленно провела пальцем по нижней губе.
— Ты думал, я не догадаюсь? — прошипела в ответ. — Липкий, жалкий, похотливый взгляд, который ты безуспешно пытался скрыть. Каждый мужчина на этой земле, от моего первого вздоха и до могилы… Нравится? — она рывком села на подушках: так, что тонкая ткань рубашки ещё яснее очертила грудь. Тед не смог отвести глаза. Флёр хрипло рассмеялась. — Нравится. Тебе всегда были по душе мертвецы…
Она вдруг резко оборвала свой смех.
— Подделка… Вот ты кто. А я не имею дело с подделками. Хватит уже притворяться! — она с размаху ударила его по щеке.
Жар пощёчины смешался с всё ещё горевшим на губах поцелуем. Как он мог? А как она могла? Очертания лица и тела Теда размылись — и в следующую секунду перед Флёр стоял Билл Уизли.
— Если ты всё поняла сразу, то почему ждала целый год?! — закричал он. — Или тебе нравилось?
Она ударила снова: теперь по другой щеке.
— Хватит прятаться! Стань собой. Ну же! — она опять занесла руку. — Хочу поглядеть в твои глаза, дракклов…
На этот раз он поймал её ладонь. На Флёр Уизли смотрел Тед Люпин. Он едва сдерживался, чтобы не сжимать, сжимать эту тонкую руку, пока не сломает. Но Флёр это, похоже, не пугало.
— Иди и верни мою дочь! — коротко приказала она, толкнув его в грудь. — И чтобы без неё не возвращался.
Оставшись в одиночестве, Флёр снова добавила воспоминания в думосброс.
Когда болезнь добралась до нейронов, отвечавших за память, ей пришлось признаться. Мелкие чудачества: тут забытый список покупок, там — вновь прорезавшийся французский акцент… Но Билл сразу понял, что здесь что-то не так.
— Всё будет хорошо, Билл.
Она улыбнулась, но он не улыбнулся в ответ. На глаза Флёр навернулись слёзы.
— Ты… бросишь меня?
— Что ты говоришь? — Билл возмущённо выдохнул и провёл рукой по волосам, вцепляясь в них так, что едва не вырывал с корнем. — Ты не бросила меня, когда…
— И это всё? — прервала она. — Ты… остаёшься со мной из… чувства долга?!
— Нет, я не…
Она не стала слушать. В его глазах была вина и страх, но куда хуже оказалось то, чего там не было: восхищения.
Страница 5 из 6
