Только настоящий гриффиндорец

Получили передышку. Гермиона села в постели — мягкой, удобной, пахнувшей накрахмаленными простынями и, кажется, ландышами. Или не ландышами, но все равно очень приятно. Все тело ломило, даже кончики волос, казалось, болели, шею жгло, и, с трудом подняв руку, она нащупала там рваный косой шрам. Сбоку на стуле спал Рон, прислонившись к стене и смешно приоткрыв рот.

Гермиона тихонько, чтобы его не разбудить, выбралась из кровати и подошла к окну. Интересно все-таки, где они? И как они тут оказались? Раз Рон здесь, значит, и Гарри тоже? А… а меч? Тоже здесь?

За окном было темно. Высоко-высоко в небе медленно кружились звезды, пахло морем и тишиной, из сада доносился странный звук, как будто кто-то копает землю. Вручную. Лопатой. Задумываться о том, кто и почему, Гермиона не стала. Она просто стояла у окна, дышала полной грудью, несмотря на боль, и ни о чем не думала.

Дверь за спиной скрипнула. Рон вскинулся, вскочил, потянулся за палочкой. Вошли прихрамывающий Дин с царапиной через всю щеку и встревоженная сердитая Флер, и Гермиона как-то очень отчетливо поняла, что ничего еще не кончилось…

Как ни странно, как ни стыдно было признаваться самому себе в этом, но когда все только началось, Невилл почувствовал себя сперва практически счастливым. Ну то есть не то чтобы счастливым, конечно, — какое тут счастье, когда вот-вот начнется… Но Гарри был с ними, Кэрроу лежали в башне Рейвенкло, крепко связанные, словно откормленные индейки перед Рождеством, Снейп вылетел в разбитое окно летучей мышью, а этот мутный, вязкий и безумный год подошел к концу. А главное — ему не нужно больше было отвечать за всех сразу.

Невилл с удовольствием подчинялся командам декана МакГонагалл и профессора Спраут, таскал из теплиц мандрагоры, блокировал проходы. Все было просто и ясно: на них нападают, они защищаются. Он думал о Беллатрисе Лестрейндж, превратившей его родителей в то, чем они стали, о Том, кого нельзя называть, но можно ненавидеть… О Луне и Джинни, по которым он ужасно соскучился и которые снова были с ними, где-то здесь, среди остальных. О бабушке, от которой ему с трудом удалось отделаться (ее увела мадам Помфри, сказав, что без помощи Августы ей никак не справиться). Об Отряде Дамблдора, который собрался вместе (наверное, в последний раз, потому что сегодня они либо победят, либо погибнут, другого выхода у них нет).

— Да не туда! — крикнул он тащившему большой горшок Эрни Макмиллану, увидев, что тот сворачивает налево. — Давай к воротам! Они наверняка там полезут, вот и получат от нас подарочек.

Эрни кивнул, подчиняясь. Профессор Спраут одобрительно улыбнулась Невиллу. Да, в самом начале того, что назовут Битвой за Хогвартс, Невилл был счастлив.

Потом ему стало за это нелепое счастье стыдно. Нет, не тогда, когда рушились стены, разбивались окна и гигантские пауки шныряли по коридорам. Тогда было не до стыда, нужно было бежать, уворачиваться от заклятий и падающих камней, выкрикивать заклинания, разбрасывать горстями ядовитую тентакулу. Потом. Когда им дали час передышки и он отправился вместе с Оливером и остальными, чтобы перенести в замок тела.

Гарри появился из ниоткуда, и, несмотря ни на что, Невилл был рад его видеть. Рад, что тот еще жив. Что все не кончено. Но не собирается же Гарри…

— Гарри… Гарри, ты же не собираешься сдаваться?

Потому что если Гарри сейчас сдастся и отправится к… к тому, кто его позвал, значит, все напрасно. И Колин, который как будто спал, раскинувшись посреди двора, — тоже напрасно.

— Нет, — сказал Гарри, и Невиллу пришлось поверить. — Нет, конечно. Послушай, Невилл… У Волдеморта есть огромная змея. Ты должен ее убить.

— Убить змею? — на всякий случай переспросил Невилл.

— Убить змею.

— Ладно, Гарри.

Змею так змею. Раз Гарри говорит, что так надо — убить змею. После всего, что было в последний год и в этот день, убить змею Волдеморта… теперь уже наплевать на табу, он все равно здесь… Если нужно — Невилл убьет.

— Сам-то ты как?

— Нормально.

Невилл кивнул. Нормально. Он сам тоже был… нормально. Только нужно обязательно, чтобы Гарри знал:

— Мы все будем сражаться дальше, понимаешь?

— Да, — ответил ему Гарри.

И ушел, потому что у него был какой-то план. А Невилл остался, потому что кто-то же должен был перенести тела в Большой зал… Вот только почему-то он совсем не удивился, когда над замком раздался высокий, холодный, чем-то неуловимо похожий на змеиное шипение — убить змею, помнишь? — голос:

— Гарри Поттер мертв… Ваш герой мертв… Преклоните предо мной колени, и я пощажу вас!

Страшно закричала декан МакГонагалл, рванулась вперед Джинни, которую еле успел перехватить мистер Уизли. Что-то выкрикнул Рон, толпа вокруг зашумела — и снова смолкла, злым, напряженным молчанием, готовым прорваться наружу. Убить змею, напомнил себе Невилл.