Шерлок — женское имя. Новая жизнь

Совершенно.

— Хорошо.

Подозрительно посмотрев на Джона, Шерлок вытерла ладонью нос и отодвинулась подальше.

— Давай ты пересядешь на диван, — предложил Джон, вставая с пола, и протянул руку. — А я тут приберусь и заварю нам чай. Ну и поищу пластырь, раз тебе так плохо с бинтами.

— Там ещё оставался пирог, — негромко сказала Шерлок, всё так же пристально глядя на Джона, но всё же взялась за его руку.

— Я принесу.

Джон выпрямился, помогая Шерлок встать, усадил её на диван, а затем взял со спинки стула плед и укутал Шерлок до самой макушки, невзирая на недовольное фырканье, крайне возмущенное выражение лица и содержательное: «Эй!».

— Ты замёрзла, вообще-то, — напомнил он и, собрав с пола лекарства, удалился на кухню.

Ночное чаепитие успокаивающе подействовало на обоих жильцов дома 221б, подтвердив старую мудрость: «В любой непонятной ситуации заваривай чай». Они с ногами забрались на диван, каждый укрылся своим пледом (Шерлок предложила Джону взять себе такой в нижнем ящике на кухне, и Джон не хотел знать, как он туда попал) и в уютной тишине принялись запивать чаем поровну поделенный пирог.

— Похоже на студенческие годы, — заметил Джон.

— То есть?

— Ну, в смысле, сидеть ночами вот так, смотреть телевизор и есть что-то липкое в постели.

— Обязательно липкое?

— Нет, — он улыбнулся. — Но почему-то так выходило. Знаешь же, как это бывает.

— Не совсем, — коротко ответила Шерлок, ставя опустевшую кружку на столик у дивана, и Джону резко расхотелось продолжать эту тему.

— Слушай, то, что ты вот так… Тебе стало легче? Просто, я подумал: может, тебе и правда нужно что-то посерьёзнее. А я помешал…

— И поэтому ты подлил мне успокоительное в чай?

— Я? Нет!

— Джон, ради бога… Я определяю на вкус три сотни препаратов, применяемых в психиатрии. Сказать, сколько капель было в этой кружке? Двадцать.

— Прости, — опустив голову, выдохнул Джон. — Я подумал, что так будет правильно.

— Возможно.

— И что тебе станет легче. Ты сможешь нормально заснуть.

— Скорее всего.

Поерзав на диване, Шерлок поплотнее завернулась в плед. Джон помог ей подоткнуть край, избавившись от собственной кружки. Некоторое время они молча сидели рядом друг с другом, согреваясь и думая каждый о своём.

— Грег обещал позаботиться, чтобы этому Груману было несладко, — чуть повернув голову к Шерлок, сказал Джон.

— Значит, позаботится, — пожала плечами она.

— Он сломал нам стул.

— Негодяй.

— Поцарапал стол.

— Мерзавец.

— Твою руку и шею, — Шерлок промолчала. — Ты сильно испугалась?

— Нет, Джон. У меня не было на это времени.

— Подожди. Но как же тогда?

— Ты видел постреакцию. Отложенное осознание организмом того, какому риску он подвергся некоторое время назад. Неконтролируемое, психически обоснованное, жалкое.

— Ты не выглядела жалкой!

— Не надо лгать, Джон. Ты бы не стал меня жалеть, если бы это было не так.

— Я тебя не жалел, — быстро возразил Джон.

— Серьёзно? — недоверчиво посмотрела на него Шерлок.

— Да, — ответил он честным взглядом. — Я всего лишь решил, что ты замерзаешь на полу, и, на всякий случай, сравнил твою температуру с моей. Для этого, правда, мне понадобилось тебя обнять.

— Ещё скажи, что проводил эксперимент.

— Он самый! — обрадовался Джон. — Не всё же тебе опыты на людях ставить. Я тоже иногда хочу. Так что… ничего личного. Никаких эмоций, чувств, всего такого. Эксперимент, Шерлок. И только.

Несколько секунд они смотрели друг на друга, старательно пряча улыбки, чтобы не испортить серьёзность момента. Затем Шерлок поднялась с дивана.

— Собираешься спать? — встал и Джон.

— Да. Ты выбрал сильный транквилизатор.

— В порядке того же эксперимента, — развёл он руками.

— Я поняла. Вероятно, этот опыт можно даже назвать удачным.

Шерлок прошла мимо Джона к выходу из гостиной.

— Спокойной ночи, Шерлок! — пожелал он вдогонку.

— Спокойной ночи, Джон.