Фандом: Гарри Поттер. Смерть одной из студенток Хогвартса стала лишь одним из звеньев в цепочке убийств. Что послужило их причиной — древнее зло, разбуженное археологами при раскопках святилища богини Дану, или демоны, таящиеся в душе обычного человека?
Добавить в моё избранное
143 мин, 53 сек 21790
— …
— Пойди вымой рот с мылом.
— Да не помешало бы.
— Вот и иди. И коньяк заодно принесешь. Шампанского у меня все равно нет.
Драко вернулся через десять минут, запрыгнул под одеяло, трясясь мелкой дрожью, холодный и пупырчатый, как корнишон.
— Как ты тут живешь? — пролязгал он зубами. — На улице, наверное, теплее.
— Сейчас согреешься… А бокалы где?!
— Ах ты, черт. Забыл совсем.
Только мрак, ослабивший действие огненного Снейпова взгляда, спас Драко от увечий.
— Иди за бокалами.
— Нет.
— Немедленно.
— Не пойду. Давай пить из горлышка.
— Это что тебе, пиво? Извращенец.
— Да еще какой. — Драко исчез под одеялом, явно намереваясь подтвердить свои слова делом. — Есть и другие способы согреться, — невнятно произнес он.
Снейп вздохнул и открыл бутылку, глотнул, жмурясь от удовольствия.
Сегодня условности рушились, как стены Бастилии. Ритуалы и традиции следует чтить хотя бы потому, что нарушать их так приятно. «Где нет закона, нет и преступления» — и как же тогда распробовать сладость запретного плода?
— Утро скоро, — пробормотал Снейп. — Уймись уже.
— Все грубишь, — вздохнул Драко. — Нет бы комплимент мне сделать.
— Какой, например?
— Ну… сказать, что я был великолепен.
— А ты был? Видишь ли, нельзя делать подобные заявления, если не с кем сравнивать. Вот если бы мой опыт по части однополой любви оказался более обширным…
— Вот что, Снейп, — решительно сказал Драко. — Опыт — дело, конечно, хорошее, но я тебе клянусь, если ты надумаешь провести сравнительный анализ эмпирическим путем, я тебя отравлю.
— Вручаешь мне официальную ноту протеста?
— Смейся, смейся, — проворчал Драко. — Посмотрим, кто будет смеяться последним. Зачем ты пригласил Забини в Хогвартс?
— Затем, что нам нужен преподаватель З. О.Т. И. Люпин-то уходит.
— Вам нужен именно этот преподаватель?
— Драко, я не склонен к однополым контактам. И вообще не понимаю, как ты тут оказался… Что касается Забини — он возбуждает меня не больше, чем домовый эльф.
— Эээ… что касается контактов — тут уже на дне.
— А ты говорил — много.
— Поверь мне, много. Я же завтра ходить не смогу.
— А ты потихонечку, — холодно посоветовал Снейп. — Потихонечку, помаленечку.
— Северус?
— Да уснешь ты, наконец?!
— Так тебе было хорошо?
— Утром выдам тебе справку с печатью.
— Отлично. Продам ее на аукционе, поправлю свое материальное положение… Северус.
— О, Мерлин.
— А ты был таки великолепен.
— Гм.
— Не в этом.
— Что?!
— Да нет. В этом тоже, но я про убийства. Просто звезда частного сыска.
— Тьфу.
— Ты мне в глаз плюнул!
— И поделом… возьми, вытрись. И никогда не вспоминай больше про убийства в моем присутствии.
— Нет, правда. Как тот парень у Эдгара По.
— Я не читаю маггловских детективов.
— Арсен Люпен.
— Рассказы про Люпена писал Леблан. К тому же, Люпен был не сыщиком, а преступником.
— И кто тут у нас не читает маггловских детективов? Как же его звали, того типа? Я теперь заснуть не смогу… Какое-то французское имя. Вульф, что ли?
— Да, это французское имя. Только произноси его с прононсом.
— Тебе бы только издеваться… Пуаро, нет?
— С такой памятью тебе преподавать нельзя: может оказаться, что ты знаешь меньше своих студентов.
— Чтобы знать меньше своих студентов, мне пришлось бы сделать себе лоботомию… Мегрэ, вот как. Или нет, Мегрэ — полицейский комиссар, вроде нашего Хмури, только посообразительней. У тебя никогда не создавалось впечатления, что Хмури изучал сыскное дело на заочных курсах?
— Нет, не создавалось. — Снейп понял, что Драко готов бормотать, перебирая имена, до самого рассвета. — Драко.
— А?
— Это был Огюст Дюпен.
— Спасибо.
— На здоровье. Смотри, не потеряй.
«Я не заслужил этой похвалы, — подумал Снейп, пока сон кружился вокруг него, темный, мягкий, неодолимый. — Звенья цепи случайных догадок скрепляло лишь везение, не мастерство. Один просчет, один faux pas, и цепь неминуемо бы лопнула… Рок направлял меня… рука судьбы»…
Он запутался в своих рассуждениях; странные образы проносились в сознании, переступившем порог иной реальности.
Мне приснился странный сон… мне разбил бы сердце он… если б только сердце билось… сновиденью в унисон…
Проснись. Я хочу рассказать тебе еще одну историю.
~ fin
— Пойди вымой рот с мылом.
— Да не помешало бы.
— Вот и иди. И коньяк заодно принесешь. Шампанского у меня все равно нет.
Драко вернулся через десять минут, запрыгнул под одеяло, трясясь мелкой дрожью, холодный и пупырчатый, как корнишон.
— Как ты тут живешь? — пролязгал он зубами. — На улице, наверное, теплее.
— Сейчас согреешься… А бокалы где?!
— Ах ты, черт. Забыл совсем.
Только мрак, ослабивший действие огненного Снейпова взгляда, спас Драко от увечий.
— Иди за бокалами.
— Нет.
— Немедленно.
— Не пойду. Давай пить из горлышка.
— Это что тебе, пиво? Извращенец.
— Да еще какой. — Драко исчез под одеялом, явно намереваясь подтвердить свои слова делом. — Есть и другие способы согреться, — невнятно произнес он.
Снейп вздохнул и открыл бутылку, глотнул, жмурясь от удовольствия.
Сегодня условности рушились, как стены Бастилии. Ритуалы и традиции следует чтить хотя бы потому, что нарушать их так приятно. «Где нет закона, нет и преступления» — и как же тогда распробовать сладость запретного плода?
— Утро скоро, — пробормотал Снейп. — Уймись уже.
— Все грубишь, — вздохнул Драко. — Нет бы комплимент мне сделать.
— Какой, например?
— Ну… сказать, что я был великолепен.
— А ты был? Видишь ли, нельзя делать подобные заявления, если не с кем сравнивать. Вот если бы мой опыт по части однополой любви оказался более обширным…
— Вот что, Снейп, — решительно сказал Драко. — Опыт — дело, конечно, хорошее, но я тебе клянусь, если ты надумаешь провести сравнительный анализ эмпирическим путем, я тебя отравлю.
— Вручаешь мне официальную ноту протеста?
— Смейся, смейся, — проворчал Драко. — Посмотрим, кто будет смеяться последним. Зачем ты пригласил Забини в Хогвартс?
— Затем, что нам нужен преподаватель З. О.Т. И. Люпин-то уходит.
— Вам нужен именно этот преподаватель?
— Драко, я не склонен к однополым контактам. И вообще не понимаю, как ты тут оказался… Что касается Забини — он возбуждает меня не больше, чем домовый эльф.
— Эээ… что касается контактов — тут уже на дне.
— А ты говорил — много.
— Поверь мне, много. Я же завтра ходить не смогу.
— А ты потихонечку, — холодно посоветовал Снейп. — Потихонечку, помаленечку.
— Северус?
— Да уснешь ты, наконец?!
— Так тебе было хорошо?
— Утром выдам тебе справку с печатью.
— Отлично. Продам ее на аукционе, поправлю свое материальное положение… Северус.
— О, Мерлин.
— А ты был таки великолепен.
— Гм.
— Не в этом.
— Что?!
— Да нет. В этом тоже, но я про убийства. Просто звезда частного сыска.
— Тьфу.
— Ты мне в глаз плюнул!
— И поделом… возьми, вытрись. И никогда не вспоминай больше про убийства в моем присутствии.
— Нет, правда. Как тот парень у Эдгара По.
— Я не читаю маггловских детективов.
— Арсен Люпен.
— Рассказы про Люпена писал Леблан. К тому же, Люпен был не сыщиком, а преступником.
— И кто тут у нас не читает маггловских детективов? Как же его звали, того типа? Я теперь заснуть не смогу… Какое-то французское имя. Вульф, что ли?
— Да, это французское имя. Только произноси его с прононсом.
— Тебе бы только издеваться… Пуаро, нет?
— С такой памятью тебе преподавать нельзя: может оказаться, что ты знаешь меньше своих студентов.
— Чтобы знать меньше своих студентов, мне пришлось бы сделать себе лоботомию… Мегрэ, вот как. Или нет, Мегрэ — полицейский комиссар, вроде нашего Хмури, только посообразительней. У тебя никогда не создавалось впечатления, что Хмури изучал сыскное дело на заочных курсах?
— Нет, не создавалось. — Снейп понял, что Драко готов бормотать, перебирая имена, до самого рассвета. — Драко.
— А?
— Это был Огюст Дюпен.
— Спасибо.
— На здоровье. Смотри, не потеряй.
«Я не заслужил этой похвалы, — подумал Снейп, пока сон кружился вокруг него, темный, мягкий, неодолимый. — Звенья цепи случайных догадок скрепляло лишь везение, не мастерство. Один просчет, один faux pas, и цепь неминуемо бы лопнула… Рок направлял меня… рука судьбы»…
Он запутался в своих рассуждениях; странные образы проносились в сознании, переступившем порог иной реальности.
Мне приснился странный сон… мне разбил бы сердце он… если б только сердце билось… сновиденью в унисон…
Проснись. Я хочу рассказать тебе еще одну историю.
~ fin
Страница 42 из 42
