Фандом: Ориджиналы. Люди бы удивились, узнав, о чем поет кошка. Ведь у кошек свои секреты и свои легенды. И людям там отводится не так уж много места.
Добавить в моё избранное
7 мин, 1 сек 288
Они больше не были вежливы и обходительны, занимали кошачьи домики, портили лестницы и подвесные мосты. Они были везде и всюду. Теперь даже Самый Маленький Котенок понимал, за что наказал Волшебник вероломных мышей. Если и возле него они творили обман, пользуясь добротой и простодушием, то они еще легко отделались!
… С тех самых пор мы люто ненавидим мышей, а они делают все, чтобы напомнить, как ловко всех обманули.
… Кошки не знали, что теперь делать. Собрались они на берегу, подумали-помозговали, да и решили плыть на корабле к тому самому волшебнику, чтобы у него спросить совета. А Самый Любопытный Котенок, конечно же, стал юнгой, а гораздо позже — самым первым Корабельным Котом-Капитаном. Но это уже другая история, а сейчас большой корабль с целой тысячей кошек на борту отплыл в сторону острова, на котором жил Волшебник.
Даже ветер помогал кошкам, все время дул попутный зюйд-вест, и судно благополучно прибыло к желанному острову, на котором стоял прекрасный волшебный замок. Волшебство этого замка было таково, что он всегда отражал настроение своего создателя — Волшебника. И вот теперь черные злые тучи скрыли высокие шпили и башенки, вокруг сверкали яркие молнии и огненными зигзагами плясали вокруг замка. Чудесные кипарисы были сожжены дотла этими огненными хлыстами, вместо травы чернели только обугленные поляны, а вода в пруду кипела.
Страшно стало кошкам туда идти, тысяча хвостов — это очень много, а молнии били так часто! Только Самый Любопытный Котенок не побоялся и ловко — прыг! прыг! прыг! — проскочил между смертоносными молниями, быстро оказавшись на парадной лестнице, и прошмыгнул в дверь. Волшебник точно предвидел, что к нему пожалуют гости, и оставил входную дверь приоткрытой. Никто не знает, о чем они говорили, и кошки истомились от ожидания, но молнии вдруг исчезли, и небо снова стало синим. Когда наконец Волшебник вышел из замка, опираясь на когда-то лакированную, а теперь погрызенную трость, у него на плече сидел Самый Храбрый Котенок и напевал свою кошачью песню о дальних странствиях, быстром ветре и море, полном рыбы.
— Знаю, зачем вы пришли, доверчивые звери, но нет у меня заклинания, которое вернуло бы вам крылья. Может, вы захотите что-нибудь другое?
Кошки растерялись и от стеснения даже позабыли, как мяукать. А Храбрый Котенок вдруг пропищал с волшебникова плеча:
— Я не хочу быть серым, как мышь! Уважаемый волшебник, не могли бы вы меня перекрасить в какой-нибудь другой цвет?
И стал он по воле Волшебника самым первым Рыжим Котом. Что тут началось! Ни одна кошка не желала быть серой, хотели отличаться хотя бы полосками. Целый день Волшебник перекрашивал кошек. Рыжие, белые, черные, пятнистые, полосатые, коричневые, черепаховые. От обилия разных цветов рябило в глазах. Не осталось ни одной серой кошки. И пока чудодей играл с красками, над замком засверкала двойная радуга, поляны вокруг зазеленели новой травкой, а в погибшей кипарисовой роще то тут, то там проклюнулись новые молодые побеги.
Но вы же знаете, котятки мои, что серые кошки все-таки на свете бывают. Это оттого, что мудрый Волшебник внес в свое заклинание одну поправку. Все знают, что у кошек девять жизней. Такие уж мы загадочные. Так вот, если кошка в одной жизни совершает недостойный, «мышиный» проступок, то в следующей кошачьей жизни об этом узнают все по заметному мышиному окрасу. А загладить проступок можно только честными кошачьими делами. Так-то вот. И вы должны знать, мурчалочки мои, Самый Любопытный Котенок, который стал Самым Первым Котом Капитаном по прозвищу Рыжий Хвост, ваш пра-пра-пра-и еще много раз прадедушка…
Так закончила свою сказку Большая Белая Кошка, вокруг которой мельтешили котята самых разных расцветок. И один, рыжий с лап до кончика хвоста, совсем как его предок, спросил:
— Если волшебник столько мог, то почему он не починил свою трость, которую испортили вредные мыши?
— Наш пращур Рыжий Хвост тоже задал этот вопрос, — ответила Мама-Кошка. — И Волшебник сказал, что эта трость служит ему напоминанием о собственной глупости и доверчивости. Такие уж Волшебники странные существа.
Маленькие котята, позабыв, что они ночные хищники, уютно свернулись клубочками около кошки и уснули, а она пела и пела им колыбельную — ту самую песню, которую придумал Самый Храбрый Котенок, сидя на плече волшебника. О дальних странствиях, быстром ветре и море, полном рыбы.
… С тех самых пор мы люто ненавидим мышей, а они делают все, чтобы напомнить, как ловко всех обманули.
… Кошки не знали, что теперь делать. Собрались они на берегу, подумали-помозговали, да и решили плыть на корабле к тому самому волшебнику, чтобы у него спросить совета. А Самый Любопытный Котенок, конечно же, стал юнгой, а гораздо позже — самым первым Корабельным Котом-Капитаном. Но это уже другая история, а сейчас большой корабль с целой тысячей кошек на борту отплыл в сторону острова, на котором жил Волшебник.
Даже ветер помогал кошкам, все время дул попутный зюйд-вест, и судно благополучно прибыло к желанному острову, на котором стоял прекрасный волшебный замок. Волшебство этого замка было таково, что он всегда отражал настроение своего создателя — Волшебника. И вот теперь черные злые тучи скрыли высокие шпили и башенки, вокруг сверкали яркие молнии и огненными зигзагами плясали вокруг замка. Чудесные кипарисы были сожжены дотла этими огненными хлыстами, вместо травы чернели только обугленные поляны, а вода в пруду кипела.
Страшно стало кошкам туда идти, тысяча хвостов — это очень много, а молнии били так часто! Только Самый Любопытный Котенок не побоялся и ловко — прыг! прыг! прыг! — проскочил между смертоносными молниями, быстро оказавшись на парадной лестнице, и прошмыгнул в дверь. Волшебник точно предвидел, что к нему пожалуют гости, и оставил входную дверь приоткрытой. Никто не знает, о чем они говорили, и кошки истомились от ожидания, но молнии вдруг исчезли, и небо снова стало синим. Когда наконец Волшебник вышел из замка, опираясь на когда-то лакированную, а теперь погрызенную трость, у него на плече сидел Самый Храбрый Котенок и напевал свою кошачью песню о дальних странствиях, быстром ветре и море, полном рыбы.
— Знаю, зачем вы пришли, доверчивые звери, но нет у меня заклинания, которое вернуло бы вам крылья. Может, вы захотите что-нибудь другое?
Кошки растерялись и от стеснения даже позабыли, как мяукать. А Храбрый Котенок вдруг пропищал с волшебникова плеча:
— Я не хочу быть серым, как мышь! Уважаемый волшебник, не могли бы вы меня перекрасить в какой-нибудь другой цвет?
И стал он по воле Волшебника самым первым Рыжим Котом. Что тут началось! Ни одна кошка не желала быть серой, хотели отличаться хотя бы полосками. Целый день Волшебник перекрашивал кошек. Рыжие, белые, черные, пятнистые, полосатые, коричневые, черепаховые. От обилия разных цветов рябило в глазах. Не осталось ни одной серой кошки. И пока чудодей играл с красками, над замком засверкала двойная радуга, поляны вокруг зазеленели новой травкой, а в погибшей кипарисовой роще то тут, то там проклюнулись новые молодые побеги.
Но вы же знаете, котятки мои, что серые кошки все-таки на свете бывают. Это оттого, что мудрый Волшебник внес в свое заклинание одну поправку. Все знают, что у кошек девять жизней. Такие уж мы загадочные. Так вот, если кошка в одной жизни совершает недостойный, «мышиный» проступок, то в следующей кошачьей жизни об этом узнают все по заметному мышиному окрасу. А загладить проступок можно только честными кошачьими делами. Так-то вот. И вы должны знать, мурчалочки мои, Самый Любопытный Котенок, который стал Самым Первым Котом Капитаном по прозвищу Рыжий Хвост, ваш пра-пра-пра-и еще много раз прадедушка…
Так закончила свою сказку Большая Белая Кошка, вокруг которой мельтешили котята самых разных расцветок. И один, рыжий с лап до кончика хвоста, совсем как его предок, спросил:
— Если волшебник столько мог, то почему он не починил свою трость, которую испортили вредные мыши?
— Наш пращур Рыжий Хвост тоже задал этот вопрос, — ответила Мама-Кошка. — И Волшебник сказал, что эта трость служит ему напоминанием о собственной глупости и доверчивости. Такие уж Волшебники странные существа.
Маленькие котята, позабыв, что они ночные хищники, уютно свернулись клубочками около кошки и уснули, а она пела и пела им колыбельную — ту самую песню, которую придумал Самый Храбрый Котенок, сидя на плече волшебника. О дальних странствиях, быстром ветре и море, полном рыбы.
Страница 2 из 2
