Фандом: Гарри Поттер. Снейп смотрит на Гарри потому, что наблюдать за мальчиком вошло у него в привычку. Или все же есть что-то еще?
Добавить в моё избранное
23 мин, 0 сек 10858
Минерва МакГонагалл никогда еще не видела настолько несчастного, съежившегося в жалкий комочек человека. За долгую учительскую карьеру ей часто приходилось видеть первоклассников, плачущих от тоски по дому. Ей приходилось видеть игроков в Квиддич, корчащихся от боли после падения с метлы. За семьдесят прожитых лет она достаточно насмотрелась на людское горе. Но она еще не видела никого несчастнее Северуса Снейпа, скорчившегося в ту кошмарную ночь около камина в кабинете Альбуса Дамблдора.
Заметив ее, он громко шмыгнул носом, но она была уверена, что парень не плакал. МакГонагалл не особенно хорошо знала этого молодого человека, несколько лет назад закончившего Слизерин, но в его темных глазах было нечто, заставляющее понять — слез не будет.
Он уже выпрямил спину и поднял голову. Минерва никак не ожидала, что человек, с которым она должна была встретиться в эту проклятую ночь, окажется нахохлившимся слизеринцем, и не смогла скрыть своего удивления. Впрочем, она почувствовала, что несмотря на трагичность ситуации, парню было приятно это заметить. Его мантия — отвратительная белая мантия — порвалась и перепачкалась. Лицо и руки были в грязи, под настороженными черными глазами залегли глубокие тени. Сейчас он казался намного старше того гордого восемнадцатилетнего мальчика, который года 3-4 назад окончил школу и исчез из ее поля зрения.
— Этой ночью у нас есть работа, мистер Снейп, — сказала она, и осталась очень довольна своим строгим, деловым тоном. Есть вещи, про которые не стоит забывать даже в кризисных ситуациях.
Он кивнул, потом нахмурился. — Вы мне доверяете?
У него был глубокий, бархатный голос, лишь отдаленно напоминавший подростка, старательно выговаривавшего заклинания в ее классной комнате. — Тебе доверяет Альбус Дамблдор, — ответила она. — Для меня этого достаточно.
Он снова кивнул, и Минерва обнаружила, что верит собственным словам. «У меня есть шпион, — сказал ей Альбус, — очень необычный и совершенно непохожий на героя.» Слизеринец, повернувший против Волдеморта. Действительно необычно.
Она окинула молодого человека критическим взглядом. — Ты не можешь пойти в таком виде. — Он посмотрел на себя так, будто только сейчас понял, во что одет. А заодно и то, насколько это странно — сидеть в кабинете Директора в таком неподходящем облачении.
— У меня больше ничего нет, — негромко сообщил он, и снова поднял голову. По его выразительным губам скользнула тень улыбки. — Мне пришлось довольно неожиданно уйти из дома.
Минерва не захотела ответить на его улыбку, и через секунду она угасла. — Тогда я принесу тебе что-нибудь переодеться. Сегодня вряд ли найдется место, в котором будут рады человеку в такой мантии.
— Ну почему же, несколько местечек я знаю.
— Но мы туда не собираемся, — она вдруг вспомнила, что волосы у парня всегда были примерно той же длины, и всегда спутанные, как будто он забывал причесаться. — А ты пока приготовь нам чай, договорились? — Она показала на полку со всем необходимым. Снейп ответил очередным кивком.
В прачечной всегда хранилось некоторое количество запасных форменных мантий — студенты время от времени ухитрялись забыть свою дома или привести ее в полную негодность. Высокому слизеринцу придется довольствоваться простой студенческой мантией, но Минерве казалось, что он не будет возражать — особенно после того, что ему приходилось носить последние несколько лет. Когда она вернулась, ее подопечный снова сидел около холодного камина, не пожелав устроиться ни в одном из множества мягких кресел и уютных диванчиков, к которым Альбус питал особую слабость.
— Я приготовил чай, — сказал он, подняв на пару секунд голову, и тут же снова уставился на собственные колени.
— Тогда почему ты его не пьешь? — Поинтересовалась она, бросая принесенную мантию на спинку ближайшего кресла. — Давай-ка, сегодня ночью нам понадобятся силы.
— Я не уверен, что мой желудок… — парень замолчал, не договорив, и Минерва увидела, как дернулся у него кадык, когда он с трудом сглотнул.
— Иди в спальню и переоденься, — велела она, и удивилась, а потом испугалась тому, как быстро он вскочил, повинуясь ее приказу. Пока его не было, Минерва разожгла огонь в камине и заказала на кухне тосты. Поднос появился как раз в то время, когда молодой человек вернулся, неся с собой свернутую белую мантию. Ни секунды не колеблясь, он швырнул грязный сверток в огонь.
— Поешь, а то от тебя не будет никакого толку, — сказала Минерва тоном, подсказывающим, что она не спустит с парня глаз, пока не убедится, что он послушался. Откусив кусок тоста, он налил чай в две кружки, первую протянул ей, а во вторую щедро насыпал сахара.
Минерва устроилась в том кресле, которое было ближе к камину, а Снейп занял соседнее. — Палочка у тебя? — Он молча кивнул, продолжая жевать тост. Это снова напомнило Минерве, каким он был в школьные годы — всегда чересчур серьезным.
Заметив ее, он громко шмыгнул носом, но она была уверена, что парень не плакал. МакГонагалл не особенно хорошо знала этого молодого человека, несколько лет назад закончившего Слизерин, но в его темных глазах было нечто, заставляющее понять — слез не будет.
Он уже выпрямил спину и поднял голову. Минерва никак не ожидала, что человек, с которым она должна была встретиться в эту проклятую ночь, окажется нахохлившимся слизеринцем, и не смогла скрыть своего удивления. Впрочем, она почувствовала, что несмотря на трагичность ситуации, парню было приятно это заметить. Его мантия — отвратительная белая мантия — порвалась и перепачкалась. Лицо и руки были в грязи, под настороженными черными глазами залегли глубокие тени. Сейчас он казался намного старше того гордого восемнадцатилетнего мальчика, который года 3-4 назад окончил школу и исчез из ее поля зрения.
— Этой ночью у нас есть работа, мистер Снейп, — сказала она, и осталась очень довольна своим строгим, деловым тоном. Есть вещи, про которые не стоит забывать даже в кризисных ситуациях.
Он кивнул, потом нахмурился. — Вы мне доверяете?
У него был глубокий, бархатный голос, лишь отдаленно напоминавший подростка, старательно выговаривавшего заклинания в ее классной комнате. — Тебе доверяет Альбус Дамблдор, — ответила она. — Для меня этого достаточно.
Он снова кивнул, и Минерва обнаружила, что верит собственным словам. «У меня есть шпион, — сказал ей Альбус, — очень необычный и совершенно непохожий на героя.» Слизеринец, повернувший против Волдеморта. Действительно необычно.
Она окинула молодого человека критическим взглядом. — Ты не можешь пойти в таком виде. — Он посмотрел на себя так, будто только сейчас понял, во что одет. А заодно и то, насколько это странно — сидеть в кабинете Директора в таком неподходящем облачении.
— У меня больше ничего нет, — негромко сообщил он, и снова поднял голову. По его выразительным губам скользнула тень улыбки. — Мне пришлось довольно неожиданно уйти из дома.
Минерва не захотела ответить на его улыбку, и через секунду она угасла. — Тогда я принесу тебе что-нибудь переодеться. Сегодня вряд ли найдется место, в котором будут рады человеку в такой мантии.
— Ну почему же, несколько местечек я знаю.
— Но мы туда не собираемся, — она вдруг вспомнила, что волосы у парня всегда были примерно той же длины, и всегда спутанные, как будто он забывал причесаться. — А ты пока приготовь нам чай, договорились? — Она показала на полку со всем необходимым. Снейп ответил очередным кивком.
В прачечной всегда хранилось некоторое количество запасных форменных мантий — студенты время от времени ухитрялись забыть свою дома или привести ее в полную негодность. Высокому слизеринцу придется довольствоваться простой студенческой мантией, но Минерве казалось, что он не будет возражать — особенно после того, что ему приходилось носить последние несколько лет. Когда она вернулась, ее подопечный снова сидел около холодного камина, не пожелав устроиться ни в одном из множества мягких кресел и уютных диванчиков, к которым Альбус питал особую слабость.
— Я приготовил чай, — сказал он, подняв на пару секунд голову, и тут же снова уставился на собственные колени.
— Тогда почему ты его не пьешь? — Поинтересовалась она, бросая принесенную мантию на спинку ближайшего кресла. — Давай-ка, сегодня ночью нам понадобятся силы.
— Я не уверен, что мой желудок… — парень замолчал, не договорив, и Минерва увидела, как дернулся у него кадык, когда он с трудом сглотнул.
— Иди в спальню и переоденься, — велела она, и удивилась, а потом испугалась тому, как быстро он вскочил, повинуясь ее приказу. Пока его не было, Минерва разожгла огонь в камине и заказала на кухне тосты. Поднос появился как раз в то время, когда молодой человек вернулся, неся с собой свернутую белую мантию. Ни секунды не колеблясь, он швырнул грязный сверток в огонь.
— Поешь, а то от тебя не будет никакого толку, — сказала Минерва тоном, подсказывающим, что она не спустит с парня глаз, пока не убедится, что он послушался. Откусив кусок тоста, он налил чай в две кружки, первую протянул ей, а во вторую щедро насыпал сахара.
Минерва устроилась в том кресле, которое было ближе к камину, а Снейп занял соседнее. — Палочка у тебя? — Он молча кивнул, продолжая жевать тост. Это снова напомнило Минерве, каким он был в школьные годы — всегда чересчур серьезным.
Страница 1 из 7
