Ожерелье

Теперь, когда она держала украшение в руках, стало очевидно соотношение габаритов: тоненькая Ольга, чей рост не превышал ста шестидесяти пяти сантиметров — и мощное, несмотря на изящное плетение цепочки, ожерелье. И про длину Оля тоже верно отметила: надень она это ожерелье на себя, и последняя изумрудная капля свесилась бы гораздо ниже солнечного сплетения.

— Мне кажется, — продолжая разглядывать украшение, медленно произнесла Ольга, — что это очень старая вещь. Уж точно не из твоих «девяностых». Подозреваю, что оно из тех времен, когда мужчины такое носили — не знаю, века из пятнадцатого или шестнадцатого… В любом случае, не могу себе представить женщину, на которой бы оно удачно смотрелось. А вот…

Ольга в задумчивости осмотрела троих мужчин перед нею. Брата она отвергла сразу — тот был ненамного выше нее. На широкие плечи мужа ожерелье легло бы идеально, но черноглазому жгучему брюнету подошли бы совершенно другие камни, скажем, рубины. Взгляд Ольги остановился на Женьке. Его золотистые волосы вполне могли соперничать по оттенку с цепочкой, а изумруды отлично сочетались с весенним цветотипом.

— Вот Женечке бы оно отлично пошло! — ухмыльнувшись, заявила Ольга, и прежде, чем кто-либо успел что-нибудь сказать, она накинула ожерелье на плечи растерянному Женьке и застегнула цепочку.

В этот миг за окном потемнело — словно город накрыла грозовая туча. Закатные лучи будто отсекло ножом, и комната погрузилась во мрак.

Никто не успел даже толком испугаться, когда темнота поредела, и очертания предметов снова выступили из вечерних сумерек.

Вот только среди этих предметов не оказалось ни одного знакомого, да и сама комната уже не была прежней. Она раздалась вдаль и вширь, стены, затянутые портьерами, тонули в полумраке, слегка разгоняемым неярким светом свечей. Олег, опомнившийся первым, бросился к окну: вместо седьмого этажа они находились максимум на третьем, а панорама вместо детской площадки и торчащей за ней многоэтажки открывала вид на ухоженный парк.

Глава 1

— Ох… ренеть! — к Арнольдику вернулся дар речи, и великан заозирался. — Это что за фокус?

— Это тебя надо спросить! — Олег отвернулся от окна и обвиняюще посмотрел на зятя. — Что за фигню ты притащил в наш дом?

— Почему сразу я? — не понял Арнольдик.

— Не кричите, вы, оба! — прервала их беседу на повышенных тонах Ольга, не отрывая взгляда от лица Женьки.

В отличие от остальных, чьи фигуры слегка размывались в полумраке, его бледное лицо и белоснежная футболка, на которой нелепо выделялось изумрудное ожерелье, были отчетливо видны. И выражение на этом лице Ольге совершенно не нравилось.

— Слушай, я несколько раз брал эту штуку в руки — ничего не было! — послушно понизив голос, не прекратил защищаться Арнольдик. — И Оля спокойно ее держала. И только когда она надела ее на Жеку…

— Неизвестно за каким чертом, — парировал Олег, и теперь его мрачный тяжелый взгляд достался и сестре. По косой взгляд достался и Женьке, и Олег тихонько вздохнул.

— Жень, ты вообще как? — спросил он уже совсем тихо.

Несколько мгновений Женька казался окаменевшим. Он сидел настолько неподвижно, что его можно было принять за статую самому себе. Казалось, он даже не моргал и не дышал. Наконец, он слегка пошевелился. Поднял руку, и его пальцы быстро, словно по клавиатуре, пробежались по изумрудам на ожерелье. Женька будто пытался осмыслить, что это на нем — а может, вспомнить, как оно там оказалось.

— Меня больше интересует, — заговорил он в конце концов, — где мы оказались и как отсюда выбираться.

— Сразу видно практичного человека, — Олег вздохнул.

В принципе, Женька был прав. Выяснять отношения, обвинять друг друга и разбираться, кто в произошедшем виноват, можно и потом. В каком-нибудь спокойном месте, желательно — у себя дома. А вот придумать, как в этот дом вернуться, следовало в самую первую очередь.

Ольга уже начала обходить помещение. Оно оказалась не таким уж огромным, как им почудилось вначале. Конечно, оно было несравнимо больше, чем комната Олега, из которой они так некстати переместились сюда, но все-таки это был не зал, а нечто вполне жилое.

Более чем жилое, убедилась Ольга, когда разобралась, что очередные портьеры, на которые она наткнулась, являлись балдахином.

— Ничего себе траходром! — восхищенно присвистнула девушка, оглядывая огромную кровать.

— Не выражайся, — поморщился Олег.

— А как еще предлагаешь назвать вот ЭТО? — Ольга насмешливо фыркнула. — Тут нас всех четверых можно уложить, и еще место останется!

— Я не думаю, что нам стоит сюда ложиться, да еще и всем вместе, — Олег неодобрительно нахмурился. — Это явно жилая комната, здесь кто-то обитает, и рано или поздно хозяин вернется. Я даже не хочу представлять, что он подумает, когда увидит нас здесь.

— Почему он? — вмешался Арнольдик.