Ожерелье

Олег отлично понимал, что ни за что на свете Женька не стал бы даже упоминать о своем состоянии, если бы не был убежден, что от этого могут пострадать все остальные.

Олег тщетно пытался для начала подобрать успокаивающие слова, когда стук в окно заставил обоих подскочить на месте. Женька судорожно вздохнул, и Олег на мгновение испугался, как бы у него не остановилось сердце. Однако Женька, прикрыв глаза, легонько повел головой, и Олег поспешил к окну.

По ту сторону, отчаянно цепляясь за лепнину, почти висела Ольга в своих капри и тунике. Олег от души выматерился себе под нос, но окно все-таки открыл, впуская сестру. Та ввалилась в комнату и шумно перевела дух.

— Так, черепашка-ниндзя, — негромко, но очень зло заявил Олег, мрачно глядя на Ольгу, — я тебя сейчас придушу.

Та ловко перебралась поближе к королевской кровати, пристроилась на краю и нагло заявила:

— Только не у Женечки на глазах! Он тебе этого не простит, правда же? — только тут она посмотрела на Женьку, чье лицо сейчас имело прозрачно-голубоватый оттенок, и тихонько ойкнула.

— Вот именно, — все так же зло отрезал Олег, возвращаясь обратно. — Ты нас перепугала.

— Ну извини, — Ольга нахмурилась и поджала под себя босые ноги. — В дверь я зайти не рискнула.

— И правильно, — заговорил Женька, но голос его прозвучал чуть громче шепота. — Канцлер королевства знает, что мы подменыши, но про вас с Арнольдом мы не сказали.

— Знает… не сказали… — Ольга переводила взгляд с него на Олега и обратно. — Ясно, все еще хуже, чем я думала.

— А чем ты думала? — ехидно поинтересовался Олег, устраиваясь рядом.

Ольга зябко поежилась.

— Надо срочно отсюда валить, — заявила она, не отвечая брату напрямую. — Мы с Арни еще могли обмануть слуг — им вообще, как я поняла, думать не положено; но в том гадюшнике, что называется «двором королевы» меня съедят.

Возникла неловкая пауза.

— Так что у вас там случилось-то? — не выдержал первым Олег, ни капли не смягчив интонаций.

— Пока не случилось, — отодвинулась от него на пару сантиметров Ольга. — Но если мы ничего не предпримем, то очень скоро случится. Понимаешь, я никогда не обитала в чисто женских коллективах, а здесь все только и делают, что плетут интриги и перемывают друг другу кости.

Она жалобно посмотрела на Женьку и выпалила:

— Я допускаю, что придворные дамы вряд ли додумаются до пришельца из будущего, но что-нибудь они наверняка заподозрят. Я ничего не знаю про эту жизнь, а там везде еще и двойное дно сквозит. Я не знаю, с кем мне полагается дружить — и против кого дружить. Я не знаю, кому искренне улыбаться, а кому ехидно. Я не знаю, кому предложить составить мне компанию, а к кому близко не подходить. Я даже не…

— Боже, как у женщин все сложно! — не выдержал Олег. — Успокойся, у тебя совершенно ерундовые проблемы.

— Не ерундовые! — разозлилась Ольга. — Это то, чего я всю жизнь старательно избегала, а тут оно еще десятикратно усилено тем, что все эти дамочки — из высшего света. Поверь, еще немного, и я разобью графин об чью-нибудь расфуфыренную голову!

— Не надо никого бить, — прежде, чем Олег ответил сестре, вмешался Женька. — Надо идти к сокровищнице.

Он кратко пересказал Ольге историю с исчезновением ожерелья и в конце добавил:

— Я понимаю, что Арнольд наверняка отдал за него бешеные деньги, но если мы не вернемся, то тебе все равно вряд ли позволят носить коронационное украшение.

— Да черт с этими деньгами! — отмахнулась Ольга. — Все равно я бы такое не надела… даже если бы мы никуда из нашего мира не пропали. Женечка, ты абсолютно прав, нужно это ожерелье вернуть на место.

— Ну и как мы будем добираться до сокровищницы, — поинтересовался Олег, — если даже тебе хватило ума не заходить сюда через дверь? На что угодно готов поспорить, что бдительный канцлер велел тщательно охранять выход из королевских покоев, и стоит нам с Женей высунуть отсюда нос, как ему тут же об этом доложат.

Ольга помолчала немного, а потом, глядя на свои коленки, тихонько, но настойчиво произнесла:

— Однако окно вряд ли охраняется. По крайней мере, если бы оно охранялось, меня бы увидели, и давно бы сюда прибежали. А снаружи, как слышишь, тихо.

— Окно, — сухо кивнул Олег. — Снова окно. Сколько мы там в прошлый раз метров насчитали? Пять? Шесть?

— Арни может выйти из наших покоев и дальше на улицу, — по-прежнему не глядя на друзей, сказала Ольга. — Он встанет под вашими окнами, вы спрыгнете, и он вас поймает.

— Угу, а матрасик под окнами ты расстелить не додумалась? — скривился Олег.

Идея была откровенно глупой. Если его самого — при условии, что он вообще прыгнет — Арнольдик теоретически и мог ухватить, то как можно поймать долговязого Женьку, Олег не представлял. Ольга отлично поняла его сомнения.