Преступление

Уильям не догадывался, что мистер Парсонс хочет, чтобы он как можно больше узнал о компании и о механизмах работы. Когда откроется филиал в Европе, туда уедет вести дела Парсонс, а здесь понадобится новый управляющий. Незаметно для себя самого Уильям набирался опыта.

Один из консультантов привел в кабинет Уильяма клиента. С людьми в возрасте всегда тяжелее работать. Им приходится по нескольку раз объяснять одно и тоже, либо разубеждать в том, что какую-то процедуру можно сделать, ведь соседка так сказала. Для стариков технологии компании казались практически магией, а у чудес ведь нет ограничений, в отличие от глупой науки. Уильям приготовился задействовать всю свою выдержку.

— Добрый день, меня зовут Уильям, — он указал на табличку со своим именем. — А как ваше имя? — Уильям приветливо и располагающе улыбался.

— Барри Лэмб.

Уильям сделал несколько пометок в лежащем перед ним планшете. Даже если сидящий перед ним джентльмен не станет клиентом «Memoria», любой разговор должен быть запротоколирован.

— Мистер Лэмб, вы хотите удалить воспоминание, давайте обсудим детали.

Клиенты редко хотели удалить счастливые воспоминания. Они приходили, чтобы избавиться от болезненных, постыдных, уничтожающих эпизодов, засевших в памяти. И им приходилось рассказывать об этом посторонним людям, что всегда было очень сложно. Уильяму предстояло помочь преодолеть барьер и дать выговориться. Обтекаемыми универсальными фразами он убеждал клиента, что об этом разговоре он даже не вспомнит, в компании удалят следы вмешательства; что в итоге он сможет избавиться от отравляющих его жизнь вещей и счастливо жить дальше; что один разговор ничто по сравнению с будущим освобождением.

— Сорок лет назад я совершил убийство. И теперь хочу избавиться от этого воспоминания.

Уильям замер. На тренингах для сотрудником они моделировали различные ситуации и учились быстро находить решение. Успокоить буйного клиента, помочь заполнить договор оферты и десятки других ситуаций. Но Уильям не мог вспомнить, чтобы ему рассказывали, как реагировать на подобное признание.

— Вы… — он прочистил горло, стараясь справиться с волнением. — Вы понесли наказание?

— Да, две недели назад я вышел из тюрьмы. — О своем заключении мистер Лэмб говорил спокойно.

Незаметно Уильям выдохнул от облегчения. Окажись иначе, ему бы пришлось вызвать копов, вдруг это такой извращенный способ чистосердечного признания. Впрочем, информацию он все равно собирался проверить, случай неординарный.

— Так, от какого именно воспоминания вы ходите избавиться?

— От момента убийства, — мистер Лэмб опустил глаза.

Того, что он убийца, он стыдился намного больше, чем того, что бывший заключенный. Для него это были две совершенно разные категории. Причина и следствие. Он мог спокойно говорить о годах в тюрьме, но хоть слово об убийстве, о той злополучной ночи, сломавшей несколько жизней, причиняло ему боль. Именно поэтому Барри здесь. Сколько бы лет ему ни осталось, он хотел прожить их в мире с собой.

— Мистер Лэмб, вы понимаете, обычно мы стараемся не просто удалить воспоминания, но и… хм… расходящиеся от него волны. Но в вашем случае это совершенно невозможно. Последствия для вашей жизни слишком сильные. Пусть вы избавитесь от причины заключения, но сорок лет тюрьмы…

— Нет, — мистер Лэмб покачал головой. — Мне не нужно, чтобы вы «избавляли меня от последствий» или как там говорят в ваших рекламах, я хочу избавиться от этого эпизода. Он мучает меня. Мне не нужно удалять знание об этом убийстве, суд, тюрьму и приход сюда и все остальное. Только одну ночь, ту самую ночь.

Мистер Лэмб вытащил платок и протер лоб от пота. Годы кошмаров, когда он видел одни и те же повторяющиеся сцены, которые когда-то происходили в реальности. Каждый раз он просыпался в поту и жалел, что ничего нельзя изменить. Кошмары подкрадывались незаметно: иногда он несколько недель спал спокойно, а иногда три ночи подряд мог просыпаться, парализованный болью и страхом со слезами на глазах.

Когда мистер Лэмб понял, что в мире появилась возможность излечиться, он стал ждать конца срока, только чтобы попасть в «Memoria». До этого ему было плевать, выйдет ли он из тюрьмы или сгниет там. После освобождения он не видел кошмаров и почти решил, что теперь свободен не только от решеток, но вчерашней ночью все повторилось. Теперь он решился окончательно.

— Это возможно, — кивнул Уильям. — Процедура не сложная и будет рассчитана по минимальному тарифу.

Случаи, когда не нужно было разбираться с последствиями, а достаточно было вырезать одно воспоминание и факт посещения компании, оправданно считались самыми легкими и наименее затратными. Услуга оценивалась соответственно. Уильям принялся делать соответствующие пометки в стандартном договоре.

— Давайте подпишем договор.