Фандом: Гарри Поттер. Хогвартс после войны. Героическое трио заканчивает последний год. Неожиданно оправданных родителей Драко Малфоя находят убитыми. Драко не может справиться с тяжестью потерь и решает покончить с собой. Поттер становится свидетелем всего и спасает недруга. К чему приведет такая помощь?
Добавить в моё избранное
271 мин, 33 сек 9097
За последние пять дней ей удалось поспать всего часов шесть, когда Рон, обеспокоенный усталым видом невесты, вызвался последить за готовящимися отварами. Но последние двое суток были самыми тяжелыми — зелья требовали постоянного присутствия зельевара. После того, как в них были добавлены предпоследние ингредиенты, требовалось особо тщательно следить за силой кипения целительных эликсиров и чаще их помешивать.
— Привет, Гермиона! — в Выручай-комнату, улыбаясь, вошел Поттер.
— Гарри! — она обняла друга. — Как ты?
— Мадам Помфри сказала, я в порядке, — Поттер заглянул в один из котлов и поморщился от неприятного запаха. — Фу, отвратительно пахнет! Что это?
— Зелья для ритуала, — ответила Гермиона. — Это для Драко, а вот тут, — она указала на другой котел, — для тебя.
Поттер подошел к сосуду. Там, пузырясь, кипело густое, болотного цвета варево.
— Цвет отвратительный, — сказал он и, принюхавшись, добавил: — Зато пахнет лесом…
— Да, — согласилась Гермиона, — там в составе настойка хвои Шероховатой ели.
— Тебе нужна помощь? — спросил Поттер.
— Нет, спасибо, уже почти все готово, осталось только добавить последние ингредиенты, — улыбнулась Гермиона.
— Когда зелья будут готовы?
— Завтра вечером, — ответила она. — Кстати, Гарри, пока я буду следить за зельями, тебе нужно ознакомиться с порядком проведения ритуала, — Гермиона подошла к другу и открыла книгу на нужной главе, — вот, прочитай.
Удобно устроившись в кресле, Поттер погрузился в чтение.
Гермиона стояла посреди комнаты и, очерчивая пространство вокруг себя, тягуче распевала какое-то старинное заклинание. Подобно ветру, из её палочки вырывался магический поток, обвивая в тесный круг трех человек. Драко, бледный и истощенный, лежал на полу. Рядом сидел Поттер. Магический круг становился все теснее, с каждой секундой дышать становилось все труднее и труднее.
«Кровь… — прошипел кто-то рядом. — Мне нужна твоя кровь»… — Гарри обернулся на голос. Над ним стояла Гермиона. Её некогда каштановые волосы теперь седыми волнами спадали на плечи, карие глаза смотрели, не мигая, зрачки превратились в два вертикально расположенных эллипса, как у кошки. В костлявой руке она сжимала нож.
— Кровь, Гарри, кровь, — шипела ведьма и тянула к нему уродливые руки.
— Нееет! — закричал Поттер и открыл глаза.
— Гарри, что с тобой? — Гермиона испуганно трясла его за плечо.
— Гермиона? Что случилось? — он инстинктивно отодвинулся от подруги и окинул комнату непонимающим взглядом.
— Тебе опять приснился кошмар? Ты кричал, — взволнованно говорила подруга.
— Я спал? — удивился Поттер.
— Да, — ответила Гермиона, — видимо, книга настолько увлекательна, что ты заснул! — она рассмеялась. — Дай мне свою руку.
— Руку? Зачем? — помня свой сон, Гарри насторожился.
— Мне нужно шесть капель твоей крови, — ответила Гермиона, — это последний компонент зелья для Драко.
— А, тогда держи, — и он протянул ладонь. — А ты уверена, что это надо делать именно этим ножом? — Гарри с ужасом смотрел на фамильную реликвию Малфоев, которой Гермиона собралась надрезать его запястье.
— Да, уверена. Так в книге написано, ты что — не читал? А, ну да, ты же уснул… — недовольно ворчала она.
Сжавшись от страха, Гарри смотрел как острое лезвие рассекает тонкую кожу, выпуская на свободу струйку крови. Гермиона поднесла фиал и собрала в него бурые капли. Прошептав над рукой друга заживляющее заклинание, она протянула Гарри пустой пузырек и сказала:
— Через час мне нужно шесть капель крови Драко. Тебе же можно к нему заходить? Сможешь достать?
— Постараюсь, — прошептал Поттер и, спрятав фиал в карман мантии, пошел в больничное крыло.
Зачарованный букет стоял в вазе на прикроватном столике и, периодически фыркая, выпускал в воздух легкое облачко розовой пыльцы. Ненадолго замерев, оно с тихим звоном взрывалось мириадами блестящих искр и вновь замирало, превращаясь в большое сердце, окруженное золотой дымкой слов «Люблю тебя».
Джинни сидела в кресле и мечтательно улыбалась, вдыхая сладкий цветочный аромат. Вчерашний вечер был великолепен. Казалось, что теплые, сильные руки Генриха до сих пор нежно обнимают её за талию, а на губах все еще трепещет сладкий вкус поцелуя. Казалось бы: просто касание губ, легкое, едва ощутимое скольжение ладони по спине — но еще никогда от этого не было так безумно жарко, так томительно сладко и так невероятно хорошо.
На двоих один вдох, один выдох, и мир стремительно ускользает из-под ног, оставляя вместо себя? ощущение полета и шлейф мелодичного перезвона в ушах.
«Люблю тебя» — говорят его глаза, когда он, разорвав поцелуй, ловит её затуманенный взгляд.
«Люблю тебя» — шепчут его губы, даря волшебное удовольствие каждой веснушке на щеке.
— Привет, Гермиона! — в Выручай-комнату, улыбаясь, вошел Поттер.
— Гарри! — она обняла друга. — Как ты?
— Мадам Помфри сказала, я в порядке, — Поттер заглянул в один из котлов и поморщился от неприятного запаха. — Фу, отвратительно пахнет! Что это?
— Зелья для ритуала, — ответила Гермиона. — Это для Драко, а вот тут, — она указала на другой котел, — для тебя.
Поттер подошел к сосуду. Там, пузырясь, кипело густое, болотного цвета варево.
— Цвет отвратительный, — сказал он и, принюхавшись, добавил: — Зато пахнет лесом…
— Да, — согласилась Гермиона, — там в составе настойка хвои Шероховатой ели.
— Тебе нужна помощь? — спросил Поттер.
— Нет, спасибо, уже почти все готово, осталось только добавить последние ингредиенты, — улыбнулась Гермиона.
— Когда зелья будут готовы?
— Завтра вечером, — ответила она. — Кстати, Гарри, пока я буду следить за зельями, тебе нужно ознакомиться с порядком проведения ритуала, — Гермиона подошла к другу и открыла книгу на нужной главе, — вот, прочитай.
Удобно устроившись в кресле, Поттер погрузился в чтение.
Гермиона стояла посреди комнаты и, очерчивая пространство вокруг себя, тягуче распевала какое-то старинное заклинание. Подобно ветру, из её палочки вырывался магический поток, обвивая в тесный круг трех человек. Драко, бледный и истощенный, лежал на полу. Рядом сидел Поттер. Магический круг становился все теснее, с каждой секундой дышать становилось все труднее и труднее.
«Кровь… — прошипел кто-то рядом. — Мне нужна твоя кровь»… — Гарри обернулся на голос. Над ним стояла Гермиона. Её некогда каштановые волосы теперь седыми волнами спадали на плечи, карие глаза смотрели, не мигая, зрачки превратились в два вертикально расположенных эллипса, как у кошки. В костлявой руке она сжимала нож.
— Кровь, Гарри, кровь, — шипела ведьма и тянула к нему уродливые руки.
— Нееет! — закричал Поттер и открыл глаза.
— Гарри, что с тобой? — Гермиона испуганно трясла его за плечо.
— Гермиона? Что случилось? — он инстинктивно отодвинулся от подруги и окинул комнату непонимающим взглядом.
— Тебе опять приснился кошмар? Ты кричал, — взволнованно говорила подруга.
— Я спал? — удивился Поттер.
— Да, — ответила Гермиона, — видимо, книга настолько увлекательна, что ты заснул! — она рассмеялась. — Дай мне свою руку.
— Руку? Зачем? — помня свой сон, Гарри насторожился.
— Мне нужно шесть капель твоей крови, — ответила Гермиона, — это последний компонент зелья для Драко.
— А, тогда держи, — и он протянул ладонь. — А ты уверена, что это надо делать именно этим ножом? — Гарри с ужасом смотрел на фамильную реликвию Малфоев, которой Гермиона собралась надрезать его запястье.
— Да, уверена. Так в книге написано, ты что — не читал? А, ну да, ты же уснул… — недовольно ворчала она.
Сжавшись от страха, Гарри смотрел как острое лезвие рассекает тонкую кожу, выпуская на свободу струйку крови. Гермиона поднесла фиал и собрала в него бурые капли. Прошептав над рукой друга заживляющее заклинание, она протянула Гарри пустой пузырек и сказала:
— Через час мне нужно шесть капель крови Драко. Тебе же можно к нему заходить? Сможешь достать?
— Постараюсь, — прошептал Поттер и, спрятав фиал в карман мантии, пошел в больничное крыло.
Зачарованный букет стоял в вазе на прикроватном столике и, периодически фыркая, выпускал в воздух легкое облачко розовой пыльцы. Ненадолго замерев, оно с тихим звоном взрывалось мириадами блестящих искр и вновь замирало, превращаясь в большое сердце, окруженное золотой дымкой слов «Люблю тебя».
Джинни сидела в кресле и мечтательно улыбалась, вдыхая сладкий цветочный аромат. Вчерашний вечер был великолепен. Казалось, что теплые, сильные руки Генриха до сих пор нежно обнимают её за талию, а на губах все еще трепещет сладкий вкус поцелуя. Казалось бы: просто касание губ, легкое, едва ощутимое скольжение ладони по спине — но еще никогда от этого не было так безумно жарко, так томительно сладко и так невероятно хорошо.
На двоих один вдох, один выдох, и мир стремительно ускользает из-под ног, оставляя вместо себя? ощущение полета и шлейф мелодичного перезвона в ушах.
«Люблю тебя» — говорят его глаза, когда он, разорвав поцелуй, ловит её затуманенный взгляд.
«Люблю тебя» — шепчут его губы, даря волшебное удовольствие каждой веснушке на щеке.
Страница 36 из 80
