Фандом: Гарри Поттер. Хогвартс после войны. Героическое трио заканчивает последний год. Неожиданно оправданных родителей Драко Малфоя находят убитыми. Драко не может справиться с тяжестью потерь и решает покончить с собой. Поттер становится свидетелем всего и спасает недруга. К чему приведет такая помощь?
Добавить в моё избранное
271 мин, 33 сек 9130
Кикимер, слышащий за последние дни только «Отстань, Кикимер, дай мне спокойно умереть», лишь иногда появлялся в комнате Поттера, чтобы принести свежую еду. Глядя на хозяина, лежащего на кровати и смотревшего в потолок пустым взглядом, домовик тяжело вздыхал и забирал нетронутыми принесенные блюда.
Шел седьмой день добровольного поттеровского затворничества, когда из гостиной под визгливые вопли старухи Блэк, прервавшиеся так же неожиданно, как и возникли, раздалось недовольное:
— По-оттер, да у тебя тут пыли-ища!
«Наверное, я сплю, и мне это снится», — пронеслось в затуманенном сознании Гарри.
— Твой эльф окончательно обнаглел, Поттер! — все тем же капризным тоном констатировал голос Малфоя. — Кстати, у меня для тебя новость, — зайдя в комнату, Драко бросил на кровать свежий выпуск «Пророка».
Первая полоса магического издания была посвящена самой главной сенсации последней недели: Мальчик-Который-Выжил, Мальчик-Победивший-Волдеморта, на которого стремились быть похожими все юные волшебники, устроив на выпускном балу грандиозный скандал, исчез с него вместе с Драко Малфоем, совершенно забыв о невесте! Статья, занявшая более половины выпуска, не стесняясь, разоблачала подробности произошедшего, ссылаясь на рассказы очевидцев и подтверждая это сомнительными колдографиями.
— Ну и где твое воспитание, Поттер? Разве так в приличном обществе встречают гос… — осекся Драко, глядя на него. Выглядел тот неважно: осунувшееся, бледное лицо, залегшие под глазами глубокие тени.
— Нет, не надо, уходи, не могу больше… — метался по кровати Гарри, отмахиваясь от подошедшего Малфоя, как от наваждения. — Виноват, только я виноват, лучше сразу Авадой, не надо слов…
— Поттер… — Драко потрясенно присел на краешек кровати и провел рукой по его спутанным волосам. — Кикимер, — едва Малфой произнес имя эльфа, как он тут же появился в комнате, нервно теребя край надетой на нем старой наволочки.
— Хозяин Драко вернулся! Кикимер рад, очень рад! Хозяин Гарри Поттер наконец-то поест! — радостно лепетал домовик.
— И долго он так лежит? — осведомился Малфой у эльфа.
— С тех пор, как хозяин Драко исчез… — стыдливо опустив глаза, прошептал Кикимер.
— Ясно. Неси завтрак и Ободряющее зелье, — приказал Драко.
Спустя несколько мгновений он, силком усадив слабо сопротивляющегося Поттера на кровати, вливал в того горячий бульон.
— Драко, я… — начал было пришедший в себя Гарри.
— Виноват, — резко перебил его Малфой. — Видимо, знаменитое гриффиндорское благородство навсегда тебя покинуло…
— Я… — и вновь попытка вымолить прощение была пресечена на корню.
— Я много думал о том, что произошло… — говорил Драко, глядя в пустоту. — И, знаешь, мы столько пережили с тобой практически бок о бок за последний год, что… Это все действительно не стоит целой жизни, Поттер… То, что случилось… Но я тоже виноват… А признавать свои ошибки и исправлять их намного тяжелее… Так что ты опять в выигрыше, глупое гриффиндорское чучело! — и он усмехнувшись, потрепал Гарри по и без того растрепанной шевелюре. — Но это не значит, что я тебя уже простил…
— Я не могу без тебя… — прошептал тот, уткнувшись лбом в плечо Драко.
— Знаю, — ответил Малфой, — поэтому береги меня, Поттер… — и, поднявшись, он исчез, оставив в раскаявшемся сердце надежду, что всё будет хорошо.
Спустя три года…
Лето впервые за последние несколько лет выдалось на редкость теплым и солнечным. Легкий ветерок, врываясь в окна, наполнял комнату ароматами цветов, теребил прозрачные занавески и перебирал разложенные на столе пергаменты.
Отложив перо и добавив очередной лист отчета в большую стопку, Гарри взглянул на большие часы в углу кабинета и, еще раз вздохнув, чуть громче, чем обычно, произнес:
— Прошел еще час…
— Угу, — раздалось из-за двери, и в комнату вошел Драко. — Ну, как тебе? — он покрутился на месте, демонстрируя новую парадную мантию, заказанную у мадам Малкин специально для сегодняшнего торжества.
— Вообще-то, — оценивающе оглядывая его, заметил Поттер, — самой красивой сегодня должна быть невеста…
— Но… — попытался защититься Малфой, наблюдая, как Поттер медленно подходит к нему.
— Боюсь, мне придется постоянно находиться рядом, — вкрадчиво прошептал Гарри, наклонившись к уху Малфоя, — чтобы какой-нибудь завистник не выкрал мое сокровище…
— Сокровище не против… — облизнув внезапно пересохшие губы, прошептал Драко и, глядя, как нахмурились брови Поттера, поспешил добавить: — Находиться под бдительной опекой Аврората.
— Слизеринец, — ухмыльнулся Поттер и легонько поцеловал его в уголок губ. — Нет, нет, нет, Драко, — он лукаво сощурился и покачал головой, когда Малфой попытался продлить увлекательное занятие, — иначе летучемышиный сглаз нам обеспечен! Джинни никогда не простит опоздания…
Шел седьмой день добровольного поттеровского затворничества, когда из гостиной под визгливые вопли старухи Блэк, прервавшиеся так же неожиданно, как и возникли, раздалось недовольное:
— По-оттер, да у тебя тут пыли-ища!
«Наверное, я сплю, и мне это снится», — пронеслось в затуманенном сознании Гарри.
— Твой эльф окончательно обнаглел, Поттер! — все тем же капризным тоном констатировал голос Малфоя. — Кстати, у меня для тебя новость, — зайдя в комнату, Драко бросил на кровать свежий выпуск «Пророка».
Первая полоса магического издания была посвящена самой главной сенсации последней недели: Мальчик-Который-Выжил, Мальчик-Победивший-Волдеморта, на которого стремились быть похожими все юные волшебники, устроив на выпускном балу грандиозный скандал, исчез с него вместе с Драко Малфоем, совершенно забыв о невесте! Статья, занявшая более половины выпуска, не стесняясь, разоблачала подробности произошедшего, ссылаясь на рассказы очевидцев и подтверждая это сомнительными колдографиями.
— Ну и где твое воспитание, Поттер? Разве так в приличном обществе встречают гос… — осекся Драко, глядя на него. Выглядел тот неважно: осунувшееся, бледное лицо, залегшие под глазами глубокие тени.
— Нет, не надо, уходи, не могу больше… — метался по кровати Гарри, отмахиваясь от подошедшего Малфоя, как от наваждения. — Виноват, только я виноват, лучше сразу Авадой, не надо слов…
— Поттер… — Драко потрясенно присел на краешек кровати и провел рукой по его спутанным волосам. — Кикимер, — едва Малфой произнес имя эльфа, как он тут же появился в комнате, нервно теребя край надетой на нем старой наволочки.
— Хозяин Драко вернулся! Кикимер рад, очень рад! Хозяин Гарри Поттер наконец-то поест! — радостно лепетал домовик.
— И долго он так лежит? — осведомился Малфой у эльфа.
— С тех пор, как хозяин Драко исчез… — стыдливо опустив глаза, прошептал Кикимер.
— Ясно. Неси завтрак и Ободряющее зелье, — приказал Драко.
Спустя несколько мгновений он, силком усадив слабо сопротивляющегося Поттера на кровати, вливал в того горячий бульон.
— Драко, я… — начал было пришедший в себя Гарри.
— Виноват, — резко перебил его Малфой. — Видимо, знаменитое гриффиндорское благородство навсегда тебя покинуло…
— Я… — и вновь попытка вымолить прощение была пресечена на корню.
— Я много думал о том, что произошло… — говорил Драко, глядя в пустоту. — И, знаешь, мы столько пережили с тобой практически бок о бок за последний год, что… Это все действительно не стоит целой жизни, Поттер… То, что случилось… Но я тоже виноват… А признавать свои ошибки и исправлять их намного тяжелее… Так что ты опять в выигрыше, глупое гриффиндорское чучело! — и он усмехнувшись, потрепал Гарри по и без того растрепанной шевелюре. — Но это не значит, что я тебя уже простил…
— Я не могу без тебя… — прошептал тот, уткнувшись лбом в плечо Драко.
— Знаю, — ответил Малфой, — поэтому береги меня, Поттер… — и, поднявшись, он исчез, оставив в раскаявшемся сердце надежду, что всё будет хорошо.
Спустя три года…
Лето впервые за последние несколько лет выдалось на редкость теплым и солнечным. Легкий ветерок, врываясь в окна, наполнял комнату ароматами цветов, теребил прозрачные занавески и перебирал разложенные на столе пергаменты.
Отложив перо и добавив очередной лист отчета в большую стопку, Гарри взглянул на большие часы в углу кабинета и, еще раз вздохнув, чуть громче, чем обычно, произнес:
— Прошел еще час…
— Угу, — раздалось из-за двери, и в комнату вошел Драко. — Ну, как тебе? — он покрутился на месте, демонстрируя новую парадную мантию, заказанную у мадам Малкин специально для сегодняшнего торжества.
— Вообще-то, — оценивающе оглядывая его, заметил Поттер, — самой красивой сегодня должна быть невеста…
— Но… — попытался защититься Малфой, наблюдая, как Поттер медленно подходит к нему.
— Боюсь, мне придется постоянно находиться рядом, — вкрадчиво прошептал Гарри, наклонившись к уху Малфоя, — чтобы какой-нибудь завистник не выкрал мое сокровище…
— Сокровище не против… — облизнув внезапно пересохшие губы, прошептал Драко и, глядя, как нахмурились брови Поттера, поспешил добавить: — Находиться под бдительной опекой Аврората.
— Слизеринец, — ухмыльнулся Поттер и легонько поцеловал его в уголок губ. — Нет, нет, нет, Драко, — он лукаво сощурился и покачал головой, когда Малфой попытался продлить увлекательное занятие, — иначе летучемышиный сглаз нам обеспечен! Джинни никогда не простит опоздания…
Страница 69 из 80
